Читать онлайн «А другого глобуса у вас нет?..». Страница 93

Вот тебе и оценка нашего с тобой суммарного гигантского интеллекта. Потому как это ж действительно гением надо быть, чтобы предположить, что разрушением макаронной фабрики можно добиться невиданного увеличения количества и качества вермишели в торговой сети. (Каковой тезис мы с гениальным же блеском экстраполировали на все – от космоса до уже упомянутых презервативов.) Так что ты себе, конечно, можешь и дальше с книжкой тестов имени профессора Айзенка утешаться. Но лучше уж за закрытыми дверями. Поскольку предаваясь онанизму – хоть даже и интеллектуальному – двери закрывать рекомендуется.

Посему и по поводу собственных выдающихся умственных способностей не получается на бедолагу-полицейского с такого уж занебесного высока взирать. Так вот и глядим друг на друга – глаза в глаза. Интересуясь вежливо: а вы, извините, из какой палаты?

Только и остается, что удивляться – как этот тип из зеркала всюду поспевает. Он тебе и в полиции, и в кабинете врача, и в тоге судьи или адвоката, и с маской на небритой физиономии в банке или магазине, и за учительским столом, и в редакторском кресле, и на телеэкране, и у телеэкрана. И даже – ежели в полной алкогольной отключке или в приступе маниакального психоза, не говоря об этих двух факторах сочетании – в политике.

А надежда – теплится. На то, что, может, не так уж я был неправ в начале этой книжки, когда предлагал каждому поглядеть суровым взглядом на этого гомо, пардон, сапиенса в зеркале и сурово же произнести: «Сегодня чтобы без глупостей!» Ну почему – ну почему вдруг нельзя? Ты же вот можешь, дорогой ты мой читатель? Можешь. И я постараюсь.

Хоть одним болваном чтобы меньше – и хоть на один чтобы день. И тут не о цепной реакции речь – это я уж сколько страниц тому назад к разряду утопий не без сожаления причислил. Но даже один день – оно ведь тоже победа. Как вот у Анонимных Алкоголиков заведено: по дню за раз.

Чтобы потом, какие-то там уж годы спустя, посмотреть на афоризм, в самое начало этой книги вынесенный, и, пожав плечами, заметить: «Странное даже какое-то сравнение. Водорода-то – неизмеримо больше.»

А пока это светлое будущее маячит на чрезвычайно далеком горизонте струйкой призрачной надежды – мы с ними (нами?) еще разок-другой пообщаемся. Поскольку вот ведь еще скольких их (нас?) вблизи предстоит рассмотреть:

– учителей и школьников,

– врачей и ученых,

– судей и адвокатов,

– художников и киношников,

– банкиров и миллионеров,

– звезд спорта, поп-культуры и даже культуры как таковой,

и так далее, и тому подобное. Встретимся неспешно, рассмотрим неторопливо, посмеемся снисходительно (до первого к зеркалу похода).

Когда? Да вот как только вы хором эту вот самую книженцию раскупите (включая, конечно, дополнительный тираж). Поскольку заготовки для всех последующих уже на тот самый верстак помещены – и ваш покорный слуга только и ждет одобрительного свистка из издательства, чтобы с безотказным рефлексом собаки имени Павлова и со скоростью венгерского виртуоза по фамилии Лист тут же на клавиатуру своего компьютера наброситься. С целью создания второго, третьего – и всех последующих – бессмертных томов.

Пока же – давайте все-таки попробуем, как и договорились. По дню за раз. Чтобы не только без глупостей вроде тех, что в данном томе представлены, но и вообще. Чтобы даже в будничном нашем существовании того же элемента не множить. В принципе. По дню за раз. Да вот вам такого моего тезиса невеликая иллюстрация.

Это когда муж приходит домой и застает жену в постели с абсолютно голым и абсолютно посторонним мужчиной. Которого он, муж, протирая запотевшие мгновенно очки, и спрашивает:

– А вы, извините, что тут делаете?

И жена, лениво поворачиваясь к любовнику:

– Ну, видишь? Я же тебе говорила – идиот.

Так вот, чтобы и это – не про нас.

В тексте использованы материалы из следующих книг:

Энциклопедический Словарь, изд. Брокгауза и Ефрона (С-Петербург, 1890-1907);

Reader's Digest Book of Facts (London, 1985);

The 20th Century by David Wallechinsky et al. (New York, 1995);

Panati's Extraordinary Endings of Practically Everything and Everybody by Charles Panati (New York, 1989);

Isaac Asimov's Book of Facts by Isaac Asimov (New York, 1979);

Odd and Eccentric People (Time-Life Books, 1992);

Felton Fowler's Best, Worst and Most Unusual (New York, 1975);

The Rich Are Different (New York, 1996);

Says Who? by Jonathon Green (London, 1988);

Political Babble by David Olive (New York, 1991);

The Broadview Book of Medieval Anecdotes by Richard Kay (London, 1988);

The Book Of Lists '90s by David Wallechinsky et al. (Boston – New York – Toronto – London, 1995);

Oxford Dictionary Of Humorous Quotations (Oxford Press, 1995),

газет и журналов:

Вестник Древней Истории;

Atlanta Journal;

Boston Globe;

Chicago Tribune;

Columbia Tribune;

Detroit Free Press;

Houston Chronicle;

Los Angeles Times;

Miami Herald;

Newsweek;

New York Post;

Ottawa Citizen;

San Francisco Examiner;

San Jose Mercury News;

Toronto Globe and Mail;

Toronto Sun;

Washington Post;

Washington Times,

интернет– публикаций:

News of the Weird by Chuck Sheperd;

Ovi's World of the Bizzare,

а также многих других книг и периодических изданий.

Родился в прошлом веке в Грозном, но в еще очень сопливом возрасте переехал с родителями в станицу Карабулакская в Ингушетии (впоследствии поселок Карабулак, а ныне, кажется, уже и город), которую и считает своей малой и главной родиной.

Перепробовал, как и положено индивиду, родившемуся под знаком Близнецов, несчетное множество занятий, побывав среди прочего студентом, грузчиком, слесарем, музыкантом, снова студентом, океанологом, нефтяником, диск-жокеем, драматургом, тунеядцем, переводчиком и инженером компьютерных систем.

В 1992 году перебрался в Канаду, где и присягнул на верность Ее Величеству королеве Елизавете II (которой при этом в Канаде почему-то не было).

В настоящее время живет в Бостоне (что в соседних Соединенных Штатах), за умеренную зарплату ковыряясь в компьютерных программах.

В прошлой эсэсэровской жизни неоднократно уличался в антисоветской деятельности теми, кто тогда со щитом и мечом стоял на страже завоеваний Октября, а ныне трудится на ниве новорусской охраны. Однако не сидел. Впрочем, еще не вечер, а поплатиться за язык не так уж сложно и по месту нынешнего проживания (хотя сам он предпочел бы Канаду, где тюрьмы не в пример комфортабельнее).

Терпимость (или, выражаясь более наукообразным языком, толерантность) по отношению к любым проявлениям идиотизма резко пониженная. (Отчего предыдущий абзац смотрится вполне реалистично.)

Место проживания – уже не Бостон (хороший город, но страна, в которой этот славный город располагается, энтузиазма в последнее время ох как не вызывает). Могла бы быть давно ставшая уютным домом Оттава, но на текущий момент, на пока – славный град Петров на берегах величавой и капризной Невы. («На пока»? Кгм… Всё в руках Божьих. Может статься, что и надолго…)