Читать онлайн «Лорел каньон». Страница 41

Надо сказать, что как песня-протест она этому не совсем соответствовала. Прежде всего, несмотря на то, что принято считать сегодня, песня не является комментарием к протестам против войны во Вьетнаме. Это далеко не так. Рассматриваемым мероприятием был так называемый "Бунт на Сансет Стрип", в котором участвовало около 1000 пареньков, протестовавших против введения комендантского часа и объявления о том, что популярный клуб "Ящик Пандоры" на бульваре Сансет 8118 должен быть закрыт.

Сцены "бунта" (скриншоты фильма "Модник Мондо")

"Пандора" был небольшим кафетерием, в котором проводились вечера поэзии, фолк-музыки... и выступления групп Лорел каньона таких как Love и Buffalo Springfield. И это было малость проблематично, так как клуб располагался на островке безопасности на пересечении Сансет и Кресент-Хайтс (вход в Лорел каньон), а переполненные толпы изливались на бульвар, блокируя трафик. Ещё до наступления проблем здание планировали снести в рамках проекта расширения дороги.

Сцены "бунта" (скриншоты фильма "Модник Мондо")

Тем не менее, объявление о его закрытии вызвало демонстрацию, и в ночь 12 ноября 1966 года 200 пoлицейских встали в боевую стойку против примерно 1000 пареньков. Пoлиция, будучи пoлицией Лос-Анджелеса, начала разбивать бошки и всех подряд арестовывать. Протестующие в ответ бросали камни, поджигали автомобили и пытались поджечь автобус. Спустя месяц песня посвящённая этому событию будет громко звучать из автомобильных радиоприемников по всему городу. Восемь месяцев спустя "Пандору" снесут.

Сцены "бунта" (скриншоты фильма "Модник Мондо")

Даже если бы песня и была об антивоенных протестах, то это всё-равно странный выбор для песни-протеста. Такие слова как "Поём песни и несём плакаты: только нашим — ура!", похоже отрицают какие-либо озабоченности протестующих. А строка "нет правых, если все неправы" позволяет предположить, что протестующие не лучше того, против чего они протестуют.

Интересная ирония песни и в том, что её автором был Стивен Стиллз, по прозвищу "Сержант"; и если кого и считать авторитарной личностью, ратующей за закон и порядок, то он и был таковым. Сам Стиллз позже осыпал насмешками саму идею песни протеста: "Мы не хотели сочинять ещё одну песню, как For What It’s Worth. Мы не хотели быть протестной группой. На самом деле это бегство от действительности, и я ненавижу это. Сидеть и говорить: 'Мне не нравится это, и мне не нравится то', — это просто глупо".

Писать безвкусные поп-песенки о Джуди Коллинз, я полагаю, было гораздо более разумным образом действий.

Хотя сегодня песня For What It’s Worth является самой известной "протестной" песней 1960-х годов, наиболее успешной в то время была запись Барри Макгуайера песни Пи-Эф Слоуна "Канун разрушения" (The Eve of Destruction),[166] которая также была любопытным выбором для "протестной" песни по причинам лучше всего объяснённым Полом Джонсом из группы Манфреда Мэнна: "Я думаю, что Государственный департамент должно быть заплатил Барри Макгуайеру. 'Канун разрушения' ни против чего не протестует. Это просто 'И вот твоя кончина' — песня без смысла".

Ещё одной любопытной песней "протеста" 1960-х годов было переложение Гленом Кэмпбеллом[167] антивоенного знамени Баффи Сент-Мари "Универсальный солдат".[168] Тот же самый Глен Кэмпбелл рассказал журналу "Варьете" (Variety), что сжигающие призывные повестки "должны быть повешены... Если у тебя не хватает мужества сражаться за свою страну — ты не мужчина". Между тем, молодой Боб Сигер сочинил и записал "Балладу Жёлтого Берета" (Ballad of the Yellow Beret),[169] злое унижение уклонистов от призыва, но это может быть немного не по теме.

Сцены "бунта" (скриншоты фильма "Модник Мондо")

Возвращаясь к Buffalo Springfield, думаю можно с уверенностью сказать, что для большинства любителей музыки существует огромная разница между такой группой как Springfield и такой как "Манкис". Однако такое восприятие не обязательно верное. Как написал Унтербергер, "не так уж много стеснительной коммерциализации разделяло "Манкис" и дерзкий передовой отряд с Сансет Стрип, как это принято считать. Byrds, Buffalo Springfield и Барри Макгуайер могли записывать хиты с социальным протестом, в равной мере нежные и зажигательные, но они были привязаны к корпоративному медиаистеблишменту от которого зависело донесение этих посланий. В телепрограмме "Where the Action Is" можно видеть как Byrds исполняют под фонограмму "The Bells of Rhymney"[170] перед праздными улыбающимися любительницами пляжей и мускулистыми мужчинами прыгающими с трамплина и плавающими на пластиковых кругах. Когда Buffalo Springfield стали исполнять For What It’s Worth[171] на шоу братьев Смозер, им пришлось стерпеть вставку кадра с Томом Смозером, направлявшим пистолет на камеру во время строки "Там человек с пистолетом" под заготовленный взрыв громкого смеха".

На самом деле узы между группами распространялись гораздо дальше, чем их взаимная любовь к броским телевизионным выступлениям. Стивен Стиллз, как мы помним, прослушивался для роли в "Манкис", так же как и певцы и авторы песен Гарри Нильссон и Пол Уильямс, и как Дэнни Хаттон из "Three Dog Night". Стиллз и Торк оставались близкими друзьями и часто играли вместе джем. Действительно, как Торк, так и его приятель из "Манкис" Микки Доленз присоединялись к Springfield на сцене в различных местных мероприятиях. А Стиллз, Янг и Дьюи Мартин все присутствовали на сессиях звукозаписи "Манкис".

2 июля 1967 года гитарист-виртуоз Джими Хендрикс играл в "Whisky" и, как говорили, сорвал крышу с заведения (образно говоря, конечно). Вскоре после этого он переехал в дом Питера Торка в Лорел Каньоне. К середине июля Хендрикс присоединился к туру "Манкис" для выступлений в разогреве. Однако всего после нескольких выступлений его сняли, в связи с тем, что поклонники "Манкис" не смогли вполне оценить стиль музыки Джими.

В течение всего лета 1967 года дом Стивена и Дьюи в Малибу был местом неофициальных джем-сессий с участием Стивена Стиллза, Джими Хендрикса, Бадди Майлза, Дэвида Кросби... и Питера Торка из "Манкис". Стиллз играл на басу, уступив обязанности ведущей гитары Хендриксу. Все они, в конечном итоге, переместились жить в усадьбе Торка в Лорел каньоне, в которой, как уже упоминалось ранее, разместилась стайка молодых групи, которые проводили чрезвычайно много времени слоняясь вокруг бассейна в различных состояниях наготы.

Сцены "бунта" (скриншоты фильма "Модник Мондо")

Те джем-сейшн как в Малибу, так и в Лорел каньоне, несомненно, подпитывались огромным количеством ЛСД. По словам анонимного инсайдера, у которого Джон Эйнарсон взял интервью, "Бывало Оусли (примечание редактора: помните его?) давал Брюсу (Палмеру) мешочки полные кислоты, тысяча фиолетовых таблеток. Каким-то образом он подружился с Брюсом, так что мы (группа и различные поклонники) никогда не испытывали недостатка в ЛСД".

Есть ещё одна любопытная связь между "Манкис" и Springfield: будучи вместе в Чикаго, неназванные члены обеих групп были якобы увековечены пресловутой Синтией Гипсолитейщицей[172]. Наш старый знакомый Фрэнк Заппа вскоре взял Синтию под своё крыло и перевёз её в Лос-Анджелес, чтобы она продолжила свою, гммм, работу, также как он принимал сексапильных девушек, которые становились членами GTO под его патронажем. Я полагаю, можно обоснованно утверждать, что Заппа сделал больше, чем кто-либо другой для создания одного из наиболее своеобразных артефактов 1960-х годов: супер-групи.

Кстати, Ахмет Эртегюн сыграл ключевую роль в старте карьеры мистера Заппы, так что Франк назвал одного из своих сыновей в его честь. Между тем, сомнительный менеджер Заппы Херб Коэн "был финансово связан с (Buffalo Springfield) ... Стивен знал Херба по Нью-Йорку", — согласно Эйнарсону. Компания Лорел каньона, конечно, была сплочённой группой, тем более, что многие из них, похоже, знали друг друга до прибытия туда.

Буквально за пару недель до дебюта Джими в "Whisky" он поразил толпу на Монтерейском поп-фестивале, где группа рассматриваемая сегодня, Buffalo Springfield тоже играла, хотя по мнению большинства, не очень хорошо. Нил Янг взял один из своих отпусков из группы, и Даг Гастингс замещал на второй соло-гитаре. Кроме того, Стиллз вывел на сцену своего приятеля Дэвида Кросби, чтобы присоединиться к группе, что по мнению многих, было довольно неудачным решением Стивена.

В книге "For What It’s Worth" Эйнарсон даёт следующую оценку выступления Кросби: "Его вид был настолько неброским, что многие не заметили его там, за исключением его вездесущей чёрной ковбойской шляпы, а его музыкальный вклад как инструментальный, так и вокальный был едва слышен". Некоторые из тех, кто был на сцене с Кросби, дают несколько менее терпимую оценку. По словам басиста Брюса Палмера, "Кросби в высшей степени лажал. Он понятия не имел, что делает ... он был само эго. Он вышел на сорок минут и опозорил нас". Гитарист Гастингс согласился, объяснив, что проблема Кросби "в том, что он не умеет хорошо играть на ритм-гитаре, хотя думает, что умеет ... это было одной из причин, почему мы так плохо играли в Монтерее".