Читать онлайн «Яйцо Чингисхана или Вася-василиск». Страница 39

Киберяшка-пилот не отвечал, он как раз был занят переписыванием своих модулей в боди-комп.

— Готово, переписался и скомпилировался без ошибок. — рапортовал пилот уже с непосредственной близи.

— А тот прежний? — вспомнил Василий о командном модуле бодика, который обладал куда меньшими руководящими способностями и набором сведений, однако казался более симпатичным.

— Да ассимилировал я его личностную матрицу. Он мне уже не помеха.деловито сообщил пилот и продолжил в своей напористой манере. — Времени в обрез, и я бы посоветовал вам поскорее взять кое-какое оружие. Например, укороченный, бесшумный, с ночным прицелом…

— Ты не про хер случаем говоришь?

Однако открылся люк оружейной секции, и Василий стал оснащаться.

Штурмовая винтовка под беспатронные реактивные боезаряды, она сохранила скорострельность и вес автомата, но стреляла почти что гранатами, имела лазерный прицел, который мог при расширении фокуса еще и ослепить врага. Пистолет-пулемет и боезаряды к нему: пули типа «бутон» повышенного останавливающего действия, которые разворачиваются именно в теле; кассетные пули, нашпигованные скрученными двадцатимиллиметровыми иглами. Четыре ползучие самонаводящиеся кибермины, похожие на толстых черных тараканов. Также некоторый пакет «икс», который надлежало применить в самый ответственный момент. Ну и прочие вещи, входящие в джентльменский набор современного ниндзя. Трехслойный жилет для защиты от пуль, осколков, игл и поражающих факторов ВВ. К нему прилагается капюшон, газовая маска, накокотник для надежной оборон яичек, детекторы и анализаторы всяких опасностей. Противоминные башмаки с датчиками. Термический нож с выбрасывающимся лезвием. Еда в многосекционных саморазогревающихся банках.

Василий завершил экипировку, подключив управляющие чипы оружия к операционной системе боди-компа, и подытожил:

— Ну все, настоящий десантник. Или разведчик. Только презерватива не хватает.

— Это тоже имеется, — рапортовал пилот. — Мы должны предусмотреть любые, даже самые внештатные ситуации. Посмотрите там на донышке.

И действительно, на дне оружейного ящика лежал маленький пакетик с изображением легкомысленной красотки в расслабленной позе.

— Непонятно, зачем я тащу лишнюю тяжесть, — проворчал Василий засовывая резиновое изделие в один из сотни кармашков. — Он явно не пуленепробиваемый.

Вопреки худшим ожиданиям Василия, его экраноплан не стоял на открытом месте, а находился в укрытии, которое, видимо, представляло остатки подвального гаража. Там и сям балки перекрытия обрушились, вместе с ними просыпались груды земли, мусора, обломков бетона. Воняло здесь и паленой резиной, и какой-то едкой химией, и обычной копотью.

Программный пилот посоветовал надеть поскорее бимоны и стал рисовать «поверх» живой визуальной картинки путеводные стрелочки.

За крайним уцелевшим столбом имелся люк, напоминающий канализационный. Впрочем, то, куда спустился Василий, более смахивало на подземный переход. От прежней торговой жизни остались алюминиевые коробки киосков, правда, с напрочь вылетевшими стеклами. От прежнего веселья — графитти на стенах, в основном лозунги пацифистского содержания, в том числе и на русском: «Хрюшки вместо пушки», «Пуля — дура, хер — молодец.»

Здесь Василий увидел первый труп. Обычный пожилой бюргер даже без следов каких-либо поражений. Похоже, что в этом переходе случилась крупная давка — весь пол застилали пакеты, сумки, коробки, даже женские туфли попадались. Из-за брошенного шмотья царила такая пестрота, что хоть майский луг рисуй. Бюргера или слишком сильно стиснули, или его сердце просто лопнуло от страха. Много ли требуется гражданину, привыкшему к спокойной размеренной жизни?

Пилот завел Василия в какую-то дверь. Просквозив вереницу служебных комнаток, новоявленный десантник остановился возле решетки вентиляционной камеры.

— Ломайте, — велел пилот.

Ниндзя-программист попробовал отодрать сетчатую железку своими «сильными» пальцами, привыкшими бегать по «клавам» и «батонам». Однако с позором отступил.

— Вот лопух, — проворчал «еле слышно» пилот. — На что ему оружие, в носу ковырять что ли… Стреляйте, Василий Самуилович, только не в упор, не то вас самих разнесет.

Два выстрела из штурмовой винтовки по скобам, крепящим стальную сетку. Удушливая горячая волна толкнула Василия, даже закрутила, что-то резко стегнуло по жилету. Правда, и решетка бессильно повисла на одной петле.

Василий опустился по вентиляционной шахте на два пролета вниз. Там выбил своими противоминными башмаками ржавую заслонку и оказался в тоннеле, который служил, видимо, для чисто технических целей — здесь тянулись толстые линии кабелей, трубы отопления и посылочных пневмопроводов. Стояло вдобавок несколько тележек на электромоторах. Аккумуляторы, правда, сели уже. Василий это подземелье сразу невзлюбил. Сверху-то, над ним, все перелопачено, пробомблено, заминировано, в любой момент обвал может случиться.

Но у Василия Самуиловича давно не было выхода — с тех пор, как он ошибочно вошел не туда, куда надо.

И он двинулся вперед. Прошел первые пятьдесят метров и решил воспользоваться газовой маской. Химический анализатор, встроенный в жилет, показывал не слишком высокую концентрацию паров хлора, кроме того здесь застоялась гарь и оттого легкие все время напрягались, чтобы не разлаяться кашлем. Еще осилил Василий метров тридцать и стал ощущать чье-то присутствие. Так бывает только в безлюдных местах, когда даже единичное живое тело имеет достаточную «контрастность».

Впрочем, детекторы электромагнитных возмущений не зарегистрировали излучений живого объекта. Василий снял маску, прислушался и принюхался — как будто ничего примечательного.

— Что вы встрепенулись, аж даже пульс участился? Давайте не будем терять время. Нам еще идти и идти, — зазудел программный товарищ. Кажется, он не был слишком высокого мнения об умственных способностях своего подопечного.

— Не нравится мне что-то.

— Ну что тут может нравиться? Вполне естественно, что вы, будучи нормальным человеком, а не извращенцем каким-нибудь, воспринимаете ЭТО как сплошной негатив.

— Да причем тут негатив, вокруг и около меня давно уж сплошное дерьмо. — сообщил Василий и подумал, что с экстраморфином было бы, наверное, веселее. — Просто не могу я бодро топать вперед, как по Невскому. Потом мне перекроют путь назад — и вс", в коммуне остановка. Но, может, ты считаешь, что у меня оплачена дорога только в одну сторону?

— Я все время анализирую показания химических и электромагнитных детекторов. — стал успокаивать его пилот. — Понимаете, от грязного-то человека воняет на тридцать метров, а негрязного человека тут не может быть. Никого нет, если не считать крыс и насекомых, которых я не фиксирую.

— Ты как-то оскорбительно высказываешься о людях, — возмутился Василий. — Еще неизвестно как ты сам завоняешь, если тебя вместе с боди-компом сунуть в пионерский костер.

— Ну, ладно, ладно, — пошел на попятную пилот, — не будем выяснять, кто дурак, хотя это любимое занятие людей… Есть тут еще боковые тоннели, вернее дренажные каналы, и они, конечно, вне поля наблюдения.

И старший программный товарищ нарисовал еще несколько путеводных стрелочек.

Они привели Василия то ли к шпигату, то ли к люку возле стены тоннеля. Ниндзя, крякнув, поднял его и глянул вниз. Там, в самом деле, проходила канава высотой не более пятидесяти сантиметров, с малоприятной жидкой грязью на дне.

— Приятной прогулки, сударь мой, — ехидно пожелал пилот, — только крышку не забудьте за собой закрыть.

Василий соскочил в канаву, задвинул над собой люк и двинулся вперед на сильно согнутых ногах — в детсаду это называлось «как уточка». От грязи сильно разило дохлятиной, пришлось из-за этого снова воспользоваться газовой маской.

— Вы сами этого хотели, — примиряюще шепнул пилот.

Василий весьма обрадовался, когда канал двадцать метров спустя закончился кубической камерой вроде отстойника. Осталось проверить все ее углы, и с фонариком, и так. На дне камеры тоже имелись шпигаты, от которых уходили трубы совсем уже крысиного диаметра. А кроме этого только грязь и падаль. Но ему все время казалось, что в промежутках между своими шумными выдохами в маску он слышит чье-то дыхание. Впрочем, этого было мало для каких-либо мероприятий, и он решил, что просто газовая маска «фонит».

Лишь когда он уже выбирался наружу, луч фонаря почти случайно упал на свод камеры. Василий и раньше бросал туда взгляды сквозь инфрасканеры, но ничего особенного не замечал. Свод по периметру огибала балка, за ней в одном месте проглядывалась щель, из которой торчало тряпье. Сейчас Василий вдруг подумал, кто же его туда засунул?

Он подпрыгнул и смело ухватился за край тряпки. За этим краем потянулись и все остальное. Из рванины вдруг вынырнуло лицо, вернее выглянул глаз. А потом вся куча тряпья спрыгнула вниз и попыталась юркнуть мимо Василия в канал. И ей это удалось.