Читать онлайн «Во славу Отечества». Страница 202

Тем временем, развернувшись на траверсе мыса Абу-Кир, британская эскадра неторопливо забрасывала защитников города двенадцатидюймовыми снарядами. Все побережье Александрии  окуталось дымами многочисленных разрывов, сквозь которые то тут, то там были видны клубы пожарищ. Британские наблюдатели вновь просмотрели русских, которые все-таки прибыли на зов своего эсминца. Правда, это пока были не линкоры Колчака, а лишь тяжелые гидропланы, которые быстро приближались к эскадре Лоренса, идя на небольшой высоте. Огромные бомбардировщики типа «Илья Муромец» шли двумя рядами по четыре самолета, лениво помахивая крыльями. Англичане уже знали, что русские научились использовать эти махины как торпедоносцы, поэтому на кораблях сразу объявили воздушную тревогу. 

Со страхом и напряжением всматривались английские моряки в темные силуэты русских аэропланов приближавшихся к их кораблям. Подобные эмоции были вызваны не только предчувствием скорого сражения с противником. Просто не каждый из кораблей адмирала Лоренса имел на своем борту пулеметные установки, несмотря на специальное предписание Адмиралтейства.                        

То, что случилось далее, было настоящим шоком для английских моряков. Не сбавляя скорости, несмотря на открытый пулеметный огонь, русские самолеты летели прямо британские корабли, явно намериваясь бомбить их с небольшой высоты. На каждый линкор англичан, за исключением «Имплэксибл» приходилось по одному бомбардировщику. «Имплэкейбл», русские летчики по ошибке приняли за флагманский корабль, и его атаковали два самолета. Британцы со страхом и трепетом смотрели на русские самолеты, ожидая от них какой-то каверзы, и они в этом не ошиблись. Прорвавшись сквозь слабый заградительный огонь кораблей, не снижая высоты, русские самолеты принялись сбрасывать бомбы на палубы морских громад.

В первые минуты боя англичан очень озадачила подобная тактика боя, но вскоре все стало на свои места. Руководствуясь непонятной логикой, вместо уже проверенных боем кумулятивных торпед, адмирал Колчак решил использовать новый вид оружия кумулятивные бомбы. Упав на бронированные крышки башен или палубу корабля, они легко прожигали металл и огненной струёй врывались внутрь корабля, сжигая всё на своем пути.   

Пройдя специальные курсы бомбометания, русские точно сбрасывали свои бомбы на крыши носовых башен линкоров, намериваясь в первую очередь поразить их, и это им удалось. Все  носовые башни семи британских линкоров попали под бомбовое накрытие, причем на двух линкорах были сразу поражены обе носовые башни.

Последствия попадания бомб были ужасными. Пробив броневое покрытие башен, смертельные струи огня сметали все на своем пути внутри замкнутого пространства. Несчастные комендоры гибли либо от удушья, либо получали сильнейшие ожоги. Один за другим выбывали со своих боевых постов орудийные расчеты, делая свои корабли уязвимыми перед артиллерией противника. 

Хуже всего была обстановка на «Имплэкейбле» и «Нельсоне». Атакованный сразу двумя самолетами, «Имплэкейбл» не только потерял обе свои носовые башни, но сразу лишился командования, поскольку русские бомбы поразили боевую рубку, где находился командир корабля с помощниками. Кроме этого, бомбы второго самолета вызвали сильный пожар внутри линкора в районе порохового склада.

Ничуть не лучше обстояли дела на флагмане. В результате бомбежки были приведены к молчанию все орудия передней носовой башни, над крышей которой взвились клубы черного дыма. Из всего боевого расчета башни никто не спасся, погибнув в возникшем пожаре.

Так же две бомбы упали на боевую рубку линкора, став причиной гибели трех человек находившихся в ней, включая командира корабля сэра Болтона. В числе раненых, оказался адмирал Лоренс, получивший осколочное ранение спины и от сильной боли потерявший сознание.   

Сами русские в результате этой атаки потеряли два самолета. Один из них получив многочисленные попадания, благополучно сел на воду и был в последствии спасен, а вот судьба второго биплана была более трагичной. Получив при атаке «Нельсона» повреждение одного из моторов, он тоже попытался сесть на воду, но в самый последний момент неожиданной завалился на бок и со всего размаха рухнул в море.

Когда корабли адмирала Колчака приблизились к мысу Абу-Кир, британская эскадра находилась в плачевном состоянии. Лишенные части орудий и общего командования они готовились вступить в сражение, главным призом которого был Египет. Русские корабли шли параллельным курсом по направлению к эскадре Лоренса, кильватерной колонной из шести вымпелов. Первыми плыли линкоры, затем крейсер «Измаил» и замыкали строй старые броненосцы. 

Так и останется тайной, кто из раненых офицеров адмиральского штаба отдал приказ по эскадре «Бить по головному кораблю противника», но именно это роковое решение, сыграло трагическую роль в битве при мысе Абу-Кир. Кроме этого, корабли британской эскадры не шли на сближение с противником, терпеливо дожидаясь его приближения. Эту пассивность, в некоторой мере объясняло нежелание британцев оказаться в зоне огня береговых батарей египтян, а так же утрата общего командования кораблями эскадры.

В отличие от британцев, Колчак сразу поделил калибры эскадры, приказав сосредоточить огонь линкоров на «Имплэкейбле» и «Нельсоне», а броненосцев по концевому «Куину». Двигаясь встречным курсом с противником, русская эскадра быстро приблизилась к англичанам и первой открыла пристрелочный огонь. Британцы не замедлили ответить и сражение при Абу-Кире, началось.

Идущий головным русской эскадры, линкор «Екатерина Великая» оказался в окружении белых столбов взрывов, которые впрочем, на первых минутах боя не принесли кораблю больших повреждений. Приказ бить по головному кораблю противника оказал скверную услугу британским морякам. Множественные разрывы вокруг русского линкора не давали возможность комендорам отделить разрывы своих снарядов от разрывов снарядов других кораблей. Сбиваясь в наведении, англичане впустую опустошали свои арсеналы, выполняя роковой приказ.   

Русским же удача сопутствовала с самого начала. Поединок между эскадрами ещё только набирал свои громогласные обороты, когда на «Имплэкейбле» разыгралась трагедия. Снаряды русских линкоров еще только начали пристрелочно падать вокруг британский корабль, совершая привычные для начала боя перелеты и недолеты, как неожиданно он с грохотом взлетел на воздух, словно предрекая горькую судьбу кораблям флота Его Величества.

Моряки обоих эскадр вскричали в один голос, кто от ужаса, кто от восторга при виде столь апокалипсической картины гибели могучего творения человеческих рук. Огромный бронированный корабль развалился в одно мгновение, раздираемый ужасной силой внутреннего взрыва. Потом, большинство моряков единогласно выскажутся за пожар в пороховом складе «Имплэкейбла» возникшей после налета русской авиации, полностью отрицая возможность попадания в носовой арсенал линкора случайного снаряда противника. Но это будет потом, а пока огромный столб темной воды, взнесенный взрывом к небесам, торжественно медленно оседал вниз, погребая под своей массой останки линкора вперемешку с не успевшими погибнуть моряками.

Впрочем, это зрелище ни на минуту не отвлекло внимание адмирала Колчака от командования боем. Едва только дозорные донесли о гибели головного противника, как он тут же приказал перенести огонь «Николая I» и «Измаила» на третий корабль британской эскадры, линкор «Лондон». И сражение разгорелось с новой, удвоенной силой и яростью. 

Теперь, когда обе эскадры уже сблизились и вели огонь из всех своих калибров, сражение вступило в свою кульминационную фазу. Отныне всё зависело лишь от мастерства комендоров, количества калибров и небольшой доли везения. 

Прошло пять минут боя, и противоборствующие стороны нанесли друг другу первый урон. На головном линкоре эскадры Колчака «Екатерина Великая» британцы снесли мачту и повредили трубу. К молчанию были приведены два орудия носовых башен, а от попадания вражеского снаряда в машинном отделении корабля возник пожар. В результате два котла вышли из строя и скорость линкора, сразу упала. Кроме этого на «Евстафии», по которому вёл огонь «Куин» видимо не разобрав приказ флагмана, возник сильный пожар и броненосец получил подводную пробоину по правому борту. Калибры британского линкора причинили много бед русскому кораблю, прежде чем, он смог открыть ответный огонь по врагу.

Но комендоры русских линкоров так же не оставались в долгу перед противником и все чаще и чаще, на британских кораблях взвивая черные столбы взрывов. Подобно бульдогу, русская эскадра вцепилась смертной хваткой в «Нельсона» и «Лондон», стремясь одержать победу над врагом во, чтобы то ни стало.