Читать онлайн «Битва за небеса». Страница 78

Ракета, мчась на жертву, управляется по радио. От нее не могут уйти цели, летящие со скоростью менее полукилометра в секунду. А их на одной плавающей машине – целых шесть.

В середине 1980-х конструкторы сумеют довести минимальную высоту поражения противника до 25 метров, сделав укусы «осы» смертельными для новейших самолетов и крылатых ракет, способных летать на бреющем с автоматическим огибанием рельефа земли. А ракеты станут уже знакомыми нам «консервами», упакованными в уникальные транспортно-пусковые цилиндры. «Оса-АКМ» научилась бить и очень трудноуязвимых «зверей» – малые самолеты-роботы. То есть, мы получили оружие и против БПЛА, которые принесли евреям победу при подавлении сирийской ПВО в долине Бекаа.

Эта модификация может стрелять со скоростью 1 ракета в четыре секунды. Ее можно соединять в большие комплексы по принципу «боевой тоталитарности», связывая много ЗРК одним пунктом управления. Но в основном она рассчитана на самостоятельное, автономное «плавание». Цель, мчащуюся на скорости 1100-1800 км/час такая машина поражает максимум с десяти, а минимум – с полутора километров. Антенна ее станции обнаружения щелей вращается, как пластинка старого проигрывателя, – 33 оборота в минуту. Отраженные от цели сигналы улавливаются той же антенной и передаются на индикатор кругового обзора. Цель опознается, и антенна сопровождения наводится на летящую жертву по азимуту. Оператор поиска подводит отметку-маркер на экране кругового обзора на пятнышко цели и нажимает кнопку целеуказания. Компьютер тем временем вырабатывает команды на поворот антенно-пускового устройства. Операторы угловых координат и дальности захватывают цель на автоматическое сопровождение, компьютер рассчитывает точные координаты, готовит данные к стрельбе. За шесть секунд до входа цели в радиус поражения вспыхивает табло «Внимание». Потом – «Цель в зоне». Потом звучит команда «Пуск».

Ракета с ревом уносится с направляющих. Чуть погодя широкий луч двухканальной станции визирования захватывает охотницу и автоматически сопровождает ее в полете. Когда ракета оказывается в трехстах пятидесяти метрах от жертвы, импульс команды взводит радиовзрыватель. Он испускает в эфир короткие частые импульсы, ловя их отражение. И как только их «эхо» становится частым, УР взрывается. …Уродливый, похожий на треугольного ската-манту, Ф-117 был обречен. Все решилось за какую-то минуту.

Сначала он мчался сквозь ночь к передовым позициям иракской армии, огибая песчаные дюны, и только невидимый конус ударной волны взвихрял песок позади машины, похожей на перепончатокрылого дьявола. Пилот не смотрел в лобовое стекло, похожее на почти черный экран, лишь слабо подсвеченный холодными огоньками далеких звезд. На шлеме летчика было опущено компьютерное забрало, и он стал полуроботом, созерцающим проносившийся внизу угрюмый пейзаж сквозь магическую призму виртуальной реальности. Пески, холмы и впадины в этом светящемся потусторонним светом мире не знали ни мглы, ни темноты. То был мир глазами электронной машины, расчерченный координатной сметкой стерильный и бесстрастный.

Казалось, пилоту не угрожает ничто. Его «хромающий гоблин» считался чудом высокой технологии, его поверхность казалась словно разбитой на множество треугольных граней, и потому лучи чужих локаторов, которые обшаривают небо, должны были рассеиваться в ночном пространстве, так и не возвращаясь к пославшей их антенне. А значит, сверхзвуковой «скат» невидим. Он – как призрак во плоти, готовый плюнуть во врага огненной стрелой сверхточной ракеты.

Позади остались передовые, разбитые бомбежками линии траншей, искореженные остовы танков, грузовиков и бронетранспортеров, шахматные ряды выжженных окопов с останками бронированных машин. Впереди была цель – настоящие скопления танков среди тьмы муляжей и прочей бутафории, ложных целей. Настоящие блиндажи командования. Настоящие хранилища горючего – железные бочки, укрытые в песке под маскировочными сетями. Включился второй тепловизор, отыскивая зеленоватые блики – свидетельства скоплений теплых человеческих тел, остывающих моторов техники, работающих внизу дизель-генераторов подвижных электростанций. Локаторы изготовились ловить пульсацию морзянки от армейских раций…

Предупредительный сигнал заставил пилота вздрогнуть. Тепловизор полыхнул огнем – где-то впереди враждебная сила взметнула в небо две ракеты. И теперь они неслись прямо на «гоблина», оставляя за собой длинные тепловые хвосты.

«Невидимка», заложив отчаянный вираж, пытался уйти, прижимаясь к унылой равнине, вздрагивая от порывов несущего песок ветра. Но невидимые импульсы радара уже хлестали его по корпусу, не выпуская из поля зрения. И операторы иракской «осы» видели теперь не только бледное отражение уходящего самолета: на экране их радара четко виднелась крохотная точка – голова летчика в массивном шлеме.

Самолет тихоходнее ракет, и они неумолимо нагоняли его. Словно летучие мыши, преследующие жертвы с беззвучными ультразвуковыми криками, ракеты стали плескать в пространство короткими радиоимпульсами. И, как летучие мыши, ловили их эхо чуткими «ушами».

Первая взорвалась в десяти метрах от крыла Ф-117, бросив его набок ударом взрывной волны. Перед глазами летчика ослепительно полыхнуло – то сбился компьютер, скомкав стройную виртуальную картину. И тотчас вторая ракета поразила «гоблин» под раздвоенный хвост. Сбитый «призрак» косо врезался в песок…

Нам доподлинно известно то, что в январе 1991 наша «оса» уничтожила Ф-117. Американцы скрыли подробности.

Но мы знаем, что аппарат упал в нейтральной полосе между войсками Ирака и частями западной коалиции в Аравийской пустыне. И к нему в тайный рейд ходила разведгруппа Главного разведывательного управления Генштаба СССР. Рискуя жизнью, эти русские люди вернулись из рейда к могиле «гоблина», нагруженные снятой с самолета электроникой, с кусками радиопрозрачной и радиопоглощающей обшивки. Нас интересовали обтекатели антенн бортовых радаров и образцы лобового стекла. Все, что помогло бы Империи бороться с таким коварным, скрытным врагом.

А ведь это был подвиг. Живи Империя – и выстрел сработанной русскими руками «осы» приносил бы нам новые «гири» на чашу весов победы. Победы в глобальной битве цивилизаций.

Да, «оса» убила «хромающего гоблина». Она могла убить еще целые легионы этой ночной техногенной нечисти!

Во время войны 1991 года в Персидском заливе «оса» показала себя очень неплохо. 20 января, глубокой ночью, «торнадо» английских летчиков Беннета и Стенвея вылетели на охоту в районе западной окраины Багдада – чтобы помешать пускам баллистических ракет «скад» по Израилю. Внезапно они увидели факел взлетающей ракеты – в ста двадцати километрах от них, восточнее иракской столицы. Однако они не решились броситься на цель прямо через небо Багдада. Хотя ПВО арабов была уже практически разбита, древний город продолжали защищать подвижные «осы». Английскому экипажу пришлось огибать Багдад по дуге, уклоняясь от ракет, выпущенных «осами». Но пока они делали этот маневр, пусковая установка «скада» уже ушла с позиции.

В тот же день экипажи английских «торнадо» начали наносить удары по иракским аэродромам тяжелыми бетонобойными бомбами «пэйуэй», разбивая толстостенные, похожие на доты-крепости ангары, 908-килограммовые ракетоподобные снаряды имели лазерные головки наведения, и нужно было удерживать самолет на боевом курсе, подсвечивая цель лазерным лучом, а бомба летела на пятно подсветки. И вот 23 января «торнадо» из 31-й эскадрильи Королевских Британских ВВС. «зависший» при подсветке цели, получил страшный удар «осы». Это так перепугало других пилотов, что они принялись сыпать «пэйуэями» без разбору. Одна бомба без наводки даже угодила на городской базар, убив более сотни мирных жителей. Поэтому уже 24 января 1991 пришлось применять специальные самолеты подсветки – «буканиры» («Авиамастер», ј 2, 1997 г.).

Перебить всех иракских «ос» они так и не сумели. Пришлось вводить запреты: не снижаться при атаках ниже 4900 метров – верхней границы досягаемости ЗРК этого типа в иракской армии. Эх, если бы тогда у арабов были бы и другие комплексы в достаточном числе!

А у нас они были. Мы были в сотни раз мощнее Ирака.

Один августовский день 1969 года стал последним для шести из десяти израильских самолетов, которые привычно шли на бреющем через Суэцкий канал на дежурную бомбежку. Египетские солдаты тогда сделали дружный залп из ручных зенитных комплексов, детищ выдающегося русского конструктора Сергея Непобедимого («Военный парад», майиюнь 1994 г.). Отныне это означало – у русских есть мини-ракеты, которыми можно бить с плеча. И боец-одиночка с ПЗРК может уничтожить низколетящий самолет стоимостью в десятки миллионов долларов.

«Стрела» была создана в конце 60-х выходцем из семьи рязанского рабочего, выпускником Московского высшего технического училища 1945 года Непобедимым. В коломенском НИИ машиностроения. Именно этот ПЗРК уничтожил и повредил более двухсот летательных аппаратов американских военно-воздушных сил. «Стрелы» заняли прочное место в боеукладках боевых машин имперской пехоты. Они стали тем самым оружием, которым русские войска должны были отражать налеты американских штурмовиков и истребителей-бомбардировщиков на бронеколонны Империи.