Читать онлайн «Ген Атлантиды». Страница 75

Оба мальчика внимательно разглядывали изображение.

– Какой приз? – спросил один из них.

– Я бы тоже об этом спросил! – развел Дориан руками. – Ух, ты умный, очень-очень умный.

И огляделся. Вот уж действительно, какой приз? Он и не думал, что они спросят. Он ощутил к этим огольцам почти такую же неприязнь, как и к их вопросам.

– Вообще-то у нас есть несколько призов. Что… какой приз вы хотели бы получить?

– Кейт, – проговорил второй мальчик, отложив распечатку на скамейку.

– Вы хотите видеть Кейт? – уточнил Дориан.

Оба мальчика дружно кивнули в такт с раскачиванием ног.

– Что ж, вот что я вам скажу. Если вы найдете эту комнату, спрячетесь там и подождете, Кейт придет туда и найдет вас. – Увидев, как мальчики вытаращили глаза, Дориан кивнул. – Вот именно. Я знаю Кейт. Вообще-то, мы старые друзья. – Дориан усмехнулся себе под нос этой шутке для собственного употребления, но ухмылка принесла желаемый результат. Мальчики в восторге начали сидя припрыгивать на скамье.

Тут вошел лаборант с рюкзачками.

– Вот они, сэр. – Он помог Дориану надеть рюкзачки на детей. – Застежка активирует боеголовки. Мы из кожи вон лезли, делая защиту от взлома. Если застежку расстегнут, боеголовки сдетонируют. Как вы и просили, после активации никакая ручная или дистанционная дезактивация уже невозможна. Мы установили таймер на четыре часа.

– Отличная работа. – Дориан защелкнул нагрудные ремешки и придержал обоих мальчиков за плечи. – А теперь очень важная часть игры. Снимать эти рюкзаки нельзя. Если снимете, игра окончена. Никаких призов. Никакой Кейт. Я знаю, что они тяжеловаты. Если потребуется, можете остановиться, чтобы передохнуть, но помните: если вы их снимете, Кейт не ждите. И последнее…

Вынув конверт, Дориан пришпилил его к груди более рослого ребенка. На нем большими печатными буквами было написано «Папе». Слоун закрепил конверт еще несколькими булавками, чтобы тот не двигался.

– Если увидите там человека, пожилого человека в военном мундире, то вы победили в игре – если отдадите ему конверт. Так что если вы его увидите, бегите прямо к нему и скажите, что вас послал Дитер. Запомните?

Оба мальчика кивнули.

Пятнадцать минут спустя Дориан наблюдал из командного центра, как два ребенка заковыляли к Колоколу почти в двух милях ниже лаборатории.

Смертоносный аппарат даже не мигнул. Гигантские врата перед ними начали открываться слой за слоем. Как глаз рептилии, подумал Дориан.

Он повернулся к двум мониторам, показывающим видеотрансляцию с камер, встроенных в костюмы мальчиков. Обе картинки пропаноромировали вверх – мальчики задрали головы к Колоколу в нескольких сотнях ярдов над их головами, висящему под массивным ледяным куполом.

Дориан нажал на кнопку микрофона.

– Он вам не повредит. Просто входите. Помните о комнате с трубами. – Отпустив кнопку, он повернулся к дежурному инженеру командного центра. – Можете передать компьютерное изображение труб на дисплей в их костюмах? Хорошо. – Он снова включил связь с костюмами мальчиков. – Вот она. Заходите и найдите эти трубы.

Устроившись в кресле поудобнее, Дориан смотрел, как дети входят через врата. Как только врата закрылись, сигнал от их камер сменился шумом помех. На других экранах в центре управления Дориан видел наружный зал с Колоколом. Куполообразный вход был недвижен. Мертвая тишина.

На стене экранов цифровая индикация вела обратный отсчет секунда за секундой: 03:23:57, 03:23:56, 03:23:55.

Адам Райс (пресс-секретарь Белого дома): Доброго всем утра. Я намерен огласить краткое заявление, а затем готов ответить на несколько вопросов. «Президент и его администрация принимают меры по оценке и искоренению заболевания, именуемого в средствах массовой информации молниеносным гриппом. Сегодня ранее президент отдал распоряжение Центру профилактики и контроля заболеваемости бросить все имеющиеся ресурсы на оценку степени представляемой им угрозы. На основании этой оценки Белый дом может предпринять дальнейшие шаги по обеспечению безопасности жизни и здоровья каждого американца».

[Райс кладет заявление и указывает на первого журналиста.]

Журналист: Установил ли президент график закрытия границ?

[Райс со вздохом смотрит куда-то в сторону.]

Райс: Президент неоднократно говорил, что закрытие границ – последнее средство. Нам известно, какой удар оно нанесет предприятиям американского бизнеса – и большого и малого. Послушайте, мы понимаем, что речь идет о здоровье нации. Однако существует и экономическая угроза. Закрытие границ приведет к весьма реальному риску для американской экономики. Грипп может затронуть многих американцев, но закрытие границ наверняка приведет к немедленной рецессии, которая подвергнет опасности куда большее число американцев, чем эпидемия гриппа. Мы здесь демонстрируем сбалансированный подход. Президент не намерен подвергать риску кого бы то ни было – будь то со стороны гриппа или экономической рецессии.

Журналист: Какова ваша официальная реакция на сообщения из Азии, с Ближнего Востока и Европы?

Райс: Мы воспринимаем их со всей серьезностью, но также проводим тщательное, взвешенное рассмотрение сведений. Мы все еще работаем в условиях дефицита информации и, откровенно говоря, сомневаемся, что вся она надежна.

Журналист: Вы имеете в виду рассказы очевидцев, видеоматериалы…

[Райс поднимает ладонь.]

Райс: Что касается видеороликов в Интернете, то это то самое место, где на виду все самое худшее. Никто не станет выкладывать на YouTube видео о том, как он сидит дома живой и здоровый и ест овсяные хлопья или делает аэробику. Эти ролики снимают, когда наклевывается нечто сенсационное. В настоящее время мы все их видим, и таких роликов будет больше. Если строить свою жизнь на том, что видишь по YouTube, то будешь принимать очень непродуманные решения, а как раз этого мы и стремимся избежать. Неизвестно даже, не сфабрикованы ли эти видеоролики, а если они и настоящие, то могут касаться целого ряда различных острых заболеваний.

[Райс поднимает обе руки.]

Райс: Ладно, на сегодня все, благодарю всех присутствующих.

От заката над Гибралтарской бухтой прямо захватывало дух. Пастельные оттенки алого, оранжевого и розового встречались с темно-синей водой Атлантического океана вдалеке. Примерно сотней ярдов дальше гавань упиралась в скалу, возносящуюся и из моря, и с земли. Ее серые и черные тона схлестывались с пылающими лучами солнца, уходящего за ее склон.

Потянув за ручку стеклянной двери, Кейт вышла на выстеленную кафелем террасу в четырех ярусах выше порта. Внизу перед большим домом вышагивала вооруженная охрана, патрулирующая вход. Теплый средиземноморский воздух окутал ее, и Кейт прислонилась к перилам.

Сзади из-за стола вдруг донесся громкий смех. Оглянувшись, Кейт встретилась глазами с Дэвидом. Он выглядит тут таким счастливым, сидя в кругу дюжины других начальников и агентов отделений «Часовой башни», переживших ее падение и теперь ставших «Сопротивлением». Если бы она не знала, что происходит на самом деле, то, глядя отсюда, могла бы подумать, что это встреча однокашников, не видевшихся с колледжа и теперь шутящих, обменивающихся байками и планирующих завтрашние экскапады – небольшое возлияние и большой футбольный матч. Но Кейт знала, что они строят планы нападения на штаб-квартиру «Иммари Гибралтар». Беседа переходила от технических дискуссий по тактике к дебатам о планировке здания и вопросах о том, надежны ли добытые ими поэтажные планы и прочие разведданные. Покинув их, Кейт в одиночестве удалилась на террасу, будто новая подружка одного из членов стержневой группы, к которой она явно не принадлежит.

Во время авиаперелета из Индии они с Дэвидом поговорили по душам, впервые ничего не замалчивая и не испытывая колебаний. Она рассказала, как потеряла ребенка; как встретила мужчину, который будто сквозь землю провалился, стоило ей только забеременеть. Она уехала из Сан-Франциско в Джакарту через неделю после выкидыша, в последующие годы с головой ринувшись в работу по исследованиям аутизма.

Дэвид был не менее откровенен. Поведал Кейт, как его невеста погибла во время терактов 11 сентября, а сам он тяжело пострадал, был почти полностью парализован; потом о своем выздоровлении и решении посвятить себя поискам тех, кто был в этом повинен. Еще неделю назад Кейт отмахнулась бы от его предположений на предмет Иммари и глобального заговора, но на борту самолета только согласно кивала. Она не знала, как эти фрагменты согласуются друг с другом, но поверила ему безоговорочно.