Читать онлайн «ЗЕМЛЯ ЗА ОКЕАНОМ». Страница 251

Предложение это было отклонено ещё на стадии обсуждения из-за "нехватки серебра в колониях и и невозможности закупать оное в достаточных количествах". Как вдруг, в бесплодной пустыне, ударил золотой фонтан. Чем не знак свыше?

Симон Вульф не смог сразу броситься в Калифорнию, ибо туда отправился правитель. Но весной 1849г. он, получив разрешение Митькова, оставил дела на помощников и отбыл на "Константине" в Сан-Франциско, куда и прибыл 2 июня.

В первый же день, увидя, как лавочники принимают в уплату золотой песок, который сначала взвешивает на своих весах покупатель, а потом, на своих - продавец, Вульф понял какие возможности представляет нехватка в Калифорнии звонкой монеты.

Но ни Компания, ни сам Вульф не могли чеканить золотую монету не нарушая законы российской империи, которые однозначно требовали полной сдачи добытого или скупленного золота государству. Поэтому, посетив 3 июня пробирную палату и познакомившись там с молодым, честолюбивым клерком по имени Дэвид Бродерик, тут же предложил тому совместную деятельность. Через неделю компания Royal Aurum Company начала выпускать первые, ещё очень грубые, кругляши с буквами R.A.C. и стилизованным двуглавым орлом на аверсе, достоинством в 5 и 10 долларов (с содержанием золота в 4 и 8 долл.) Маленькая литейная фабричка превратилась в неофициальный монетный двор.

А как раз, когда Бродерик отливал пробные экземпляры своих монет, на Русской пристани складывалась новая компания, но с той же абревиатурой R.A.C. Это было необходимо, чтобы далекоидущие планы Вульфа получили должное развитие.

21 июня в "Альта Калифорния" было помещено объявление о том, что Rocket Aurum Company изъявляла готовность "перевозить грузы, посылки и любые пакеты до всех городов и лагерей Калифорнии, а также Нью-Йорка и Европы ". Кроме того "покупать и продавать золотой песок, слитки и денежные ассигнации, оплачивать и принимать расписки, счета и чеки".

Конституция Калифорнии запрещала создание банковских корпораций, а R.A.C., объединившая всех калифорнийских малемутов, имела контору буквально в каждом лагере старателей и взяла на себя ведение банковских операций. Когда лавочник принимал у старателя золото для доставки в Сан-Франциско, он делал пробу золота, взвешивал его, выдавал старателю расписку и гарантировал сохранность золота. Заставленные окованными железом ящиками задние комнаты лавок превратились таким образом в местные банки. В первый же год своей деятельности Rocket Aurum Company получила 500 000 долларов чистой прибыли. А в июле 1851г., когда "Архангельск" привёз первую партию новых ассигнаций Руско-Американского банка на 2 миллиона рублей, эти рубли быстро разошлись через сеть R.A.C.

За прошедшие два года Вульф успел получить все необходимые разрешения. Превратить бумагу, пусть и сделанную Экспедицией заготовления государственных бумаг, в полновесное золото? Подобную алхимию грех было не одобрить.

Секрет же Вульфа был на удивление прост. Он ревальвировал старый рубль РА банка, приравняв его к полновесному пиастру, и обеспечил свободный размен его на звонкую монету.

Привыкшие уже к абревиатуре R.A.C. старатели быстро приняли новые деньги и стали брать их наравне с долларами, даже те, кто не мог прочитать напечатанный на банкнотах по русски и по английски текст обязательства: "Выпуск этих банкнот гарантирован золотым запасом Руско-Американского банка, хранящимся в Казначействе Российской империи в Санкт-Петербурге. Руско-Американский банк выплатит держателю банкнот по требованию… (сумма) …(рублей) долларов. Банкноты принимается по номиналу во всех частях Русских колоний в Америке в уплату всех платежей, а также являются средством выплаты жалования, пособий и других долговых обязанностей". Тем более, что были они одного номинала с долларами, а в лавках и салунах брали их безо всяких вопросов. Не прошло и года, как рубли, разменивающиеся на золото без всякого лажа, стали брать охотнее, чем ненадёжные доллары.*(13)

От идеи создать новую торговую монету Вульф отказался, приведя свой рубль к золоту, и небольшое количество серебра нужное в колониях стали чеканить на столичном Монетном дворе. Медную монету всех достоинств для внутреннего пользования разрешено было чеканить на Читинском заводе, так как, во избежании ввоза фальшивых денег, чеканиться они должны были по восьмирублёвой стопе (т.е. из пуда меди изготовлялось монеты на 8 рублей).

Чеканку золотой монеты Royal Aurum Company продолжала до 70-х годов, хотя Дэвид Бродерик, разбогатев, подался в политику и вскоре погиб на дуэли. Правда уже в конце 1849г. золотые монеты стал чеканить образованный в Сан-Франциско Горный банк, а затем и другие. Но Вульф прислал из Новороссийска превосходного гравера Кузьму Терентьева*(14), который быстро сделал монеты с абревиатурой R.A.C. и двуглавым орлом (но без императорских регалий и корон) самыми качественными в Калифорнии. Он же спроектировал самую крупную монету номиналом в 50 долл., которая, из-за своей восьмиугольной формы, получила название "октогон". Появилась даже поговорка: "Хочу стать октогонистом".

Тем временем золотая лихорадка перекинулась и на русские земли. Летом 1850г., в среднем течении реки Рог, на землях такелма и умпакуа было обнаружено золото. Не такое богатое, как на Сакраменто, однако достойное разработки. Открытие это совершил горный инженер, поручик Матвей Иванович Кованько.

К моменту подписания указа о снаряжении Американской пограничной экспедиции в начале 1846г. никаких сведений, заверенных топографическими работами, о географии восточной части Орегона и Нового Альбиона не существовало. Весьма смутное представление имелось о хребтах Скалистых гор, принятых за границу России с Соединенными Штатами. Предполагалось, что это один хребет, тянущийся от верховий Рио-Гранде на юге, до Ледовитого океана. При подписании договора о разграничении не происходило обмена картами с изображением границы, а сам "хребет гор" представлял собой, по выражению составителя инструкции для Американской экспедиции, "умственную границу нашу с Американскими Соединенными Штатами".

Формирование Пограничной экспедиции началось в августе, ещё до получения официального известия о подписании договора. Руководителем её был назначен подполковник Генерального штаба Николай Христианович Агте. Согласно инструкции, главной целью было "обследование границы с Соединенными Штатами Америки на всем ее протяжении с проведением глазомерных съемок, определением астрономических пунктов". Для непосредственного осуществления этих работ в состав экспедиции были включены ассистент Дерптской обсерватории Людвиг Эдуардович Шварц и два унтер-офицера корпуса военных топографов Карликов и Крутиков. Экспедиция должна была также произвести геологические исследования. С этой целью были откомандированы с алтайских заводов горные инженеры Кованько и Метлицкий. Нижние горные чины должны были присоединиться к ним в Нерчинском округе, по особому назначению.

Экспедиция со всем своим снаряжением прибыла в Новороссийск из Аяна на бриге "Охотск" в августе 1847г. Казалось бы, получив в своё распоряжение целую команду ценных специалистов, правитель Этолин должен был только возрадоваться, тем более, что подполковник Агте, из лифляндских немцев, был почти его земляком. Однако Адольф Карлович оказался очень раздосадован. Виною тому было то, что правитель сам готовился отправить картографическую экспедицию. Размечать границу должны были находящиеся в службе РАК морские офицеры. Кроме того не следует забывать о давней, наверное со времён Ноева ковчега, соперничества военного и морского ведомств. А экспедиция подполковника Агте действовала под эгидой Генерального штаба.

Правитель не мог задержать санкционированную государем экспедицию. Снабдив конкурентов провизией и письмом к правителю Благонамеренской крепости Фёдору Сысоевичу Слободчикову, он отправил их на боте "Чинук" под командованием шкипера Гиллеля Марковича для съёмки южной границы, но зло затаил и передал сменившему его правителю Митькову. А уж тот, вернувшись летом 1848г. из поездки на золотые калифорнийские прииски, отправил к Агте с нарочным письмо с требованием "передать в распоряжение правления Рус-Ам компании находящихся при указанной экспедиции Корпуса горных инженеров поручиков Кованько и Метлицкого для геогностической (геологической - А.Б.) разведки на предмет обнаружения золотых песков". Экспедиция в это время находилась в бесплодных горах Овихи, где не иогли прокормиться даже неприхотливые шошоны. Подчинённые подполковника Агте производили замеры координат верховий южных притоков Змеиной: Алкали, Ваинеи и Овихи, отодвигая этим границы российских владений на 100 верст к югу.

Не желая портить отношения со всесильным правителем, от благосклонности которого мог зависить успех всего предприятия, Николай Христианович всё же не мог лишиться разом обоих горных инженеров и отправил в Новороссийск Кованько и Дудина, одного из трёх, имеющихся в наличие штейгеров - руководителей горных работ.