Читать онлайн ««Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем». Страница 104

Но некоторые бывшие солдаты и офицеры «Голубой дивизии» и «Голубого легиона» никак не могли забыть о том, что их «немецкие братья по оружию» продолжают вести «борьбу против большевизма» на Востоке. Генерал Франко приказал закрыть испано-французскую границу для таких добровольцев, желавших снова вернуться в Германию. Несмотря на это, нескольким небольшим группам молодых испанцев – примерно 150 человек – удалось нелегально пересечь границу. Как только они оказались во Франции, германские власти помогли им добраться до учебного лагеря в Штаблатте, близ Кенигсберга. Оттуда вместе со 100 другими испанскими добровольцами они были отправлены в Германию и включены в состав подразделений войск СС. В апреле 1945 г. под командованием бывшего капитана «Голубой дивизии», а теперь штандартенфюрера СС (полковника войск СС) Мигеля Эскуэрра, находились три роты испанцев и некоторое количество уцелевших солдат из французских и бельгийских дивизий «Войск СС». Преданность этих добровольцев была вознаграждена тем доверием, которое оказал им Гитлер, – «Соединение Эскуэрра» охраняло рейхсканцелярию и участвовало в последних боях за правительственный квартал Берлина в мае 1945 г. Сам Мигель Эскуэрра попал в плен, однако ему удалось совершить побег и вернуться в Испанию. Позднее он написал и опубликовал свои воспоминания об этих событиях.

Но скоро мобилизация «добровольцев» в войска СС стала проводиться в принудительном порядке под угрозой оружия. Отказ от принципа «добровольности» при комплектации войск СС и мобилизация коллаборационистов различных национальностей не могли не отразиться на боеспособности этих «колониальных войск».

Многие подразделения по нескольку раз расформировывались, перебрасывались на другие участки фронта (поэтому так трудно определить их точное количество). Часть из них так и не приняла участия в боевых действиях, а большинство использовалось только как карательные и полицейские части для борьбы с партизанами и расправ с местными жителями оккупированных районов. Немецкие командиры не питали иллюзий относительно боеспособности «иностранных» войск СС и предпочитали не рисковать, посылая их на фронт, поскольку дивизии, состоявшие из предателей, часто предавали вторично, на этот раз самих немцев, и переходили на сторону противника. Так случилось, например, с «Русской дружиной СС».

В действительности было даже две «Дружины» – «1-я и 2-я русские дружины СС». Бывший начальник разведывательной службы СС (VI управления РСХА) Вальтер Шелленберг писал в своих мемуарах, что «Дружина» был сформирована в рамках операции «Цепеллин» из советских военнопленных. Изначально их готовили к заброске в советский тыл в качестве разведчиков, диверсантов, радистов. Но, так как отправка агентов на задание часто задерживалась, было решено объединить их в боевую часть, получившую название «Дружина». Ее командиром был назначен бывший советский подполковник Родионов (агентурная кличка – Гилль). Позднее, в марте 1943 г., 1-я и 2-я дружины были объединены в «1-й русский национальный полк СС», а три месяца спустя образовали «1-ю русскую национальную бригаду СС». Родионов, соответственно, стал командиром полка, а затем и бригады. Шелленберг утверждает, что он якобы неоднократно предупреждал свое руководство о том, чтобы «Дружину» не использовали в карательных акциях против партизан. Он опасался, что бывшие советские военнопленные, возмутившись действиями оккупантов, перейдут на сторону партизан. Так оно и случилось.

В августе 1943 г. «Дружина» (впрочем, к тому времени уже ставшая бригадой) в очередной раз была привлечена для участия в операции по прочесыванию деревни в поисках партизан. Русские «дружинники», конвоировавшие колонну пленных, атаковали и уничтожили отряд СС, сопровождавший конвой. После этого бригада ушла к партизанам. Переход был заранее спланирован командиром бригады Родионовым, который установил связь с местным партизанским отрядом (отряд им. Железняка) и руководством партизанского движения в Москве. Родионов предусмотрел даже арест наиболее закоренелых предателей из числа командиров «Дружины», которых невозможно было склонить на свою сторону и которые могли при переходе к партизанам оказать сопротивление.

Но, пожалуй, самым удивительным и труднобъяснимым явлением были всевозможные мусульманские, кавказские и тюркские формирования из тех, кого Гиммлер называл «дикими народами». Создание подобных формирований в рамках «Войск СС» противоречило всем расовым доктринам нацистов и самой цели организации СС как «союза специально отобранных нордических немцев».

Например, из советских военнопленных «туркестанских и кавказских народностей» (узбеков, казахов, татар, азербайджанцев и др.) в конце 1943 г. был сформирован «1-й Восточно-мусульманский полк СС». Позднее, в ноябре 1944 г., он был преобразован в «Восточно-тюркское соединение войск СС» под командованием немца турецкого происхождения, штандартенфюрера СС Харун-аль-Рашида. Одно время полк входил в состав 13-й (мусульманской) горно-стрелковой дивизии войск СС «Хандшар».

В мае 1944 г. Восточно-мусульманский полк участвовал в боях против Советской Армии в районе Минска, где сразу же «отличился»: большая группа казахов во главе с оберштурм-фюрером СС Асанкуловым перешла на сторону партизан. Правда, есть версия, что причиной этого была внутренняя междоусобица между офицерами полка. После этого он был реорганизован в «Восточно-тюркское соединение войск» и переброшен в Северную Словакию. Но и реорганизация не помогла. В декабре 1944 г. группа из 400 солдат и офицеров узбекской национальности взбунтовалась и перешла к партизанам. На этот раз инициатором бунта был узбек, оберштурм-фюрер СС Алимов, одно время бывший командиром Восточно-мусульманского полка.

Переход на сторону партизан бывших советских военнопленных, зачастую в принудительном порядке мобилизованных в войска СС и «восточные» части вермахта, становился массовым явлением не только на Востоке, но и на Западе. Особенно много различных «восточных» частей находилось во Франции. По свидетельствам английских и американских военных, высадившихся в Нормандии в составе союзного экспедиционного корпуса в июне 1944 г., выходцы из России и других союзных республик Советского Союза составляли около 10 % всех пленных, носивших немецкую форму. Как правило, они охотно сдавались в плен или еще раньше переходили к французским партизанам.

Но несправедливо было бы считать, что только советские военнопленные шли служить в войска СС или вермахт.

Предатели были всегда и везде, в том числе и среди английских пленных. Из них были специально сформированы Британский и Индийский легионы СС.

Немецкое командование, и особенно руководство СС, не брезговало никаким пушечным мясом. И раз рейхсфюрер СС Гиммлер пошел даже на такие меры, как создание русских, французских, мусульманских и прочих «национальных» частей, то немецким уголовникам сам бог велел бороться с партизанами в рядах «доблестных войск СС». И такая часть была сформирована в феврале 1942 г.: особый батальон СС Дирленвангера. К 1945 г. он был уже 36-й дивизией СС «Дирленвангер». В составе этого подразделения служили не только немцы, осужденные за различные уголовные преступления, но и предатели из украинских националистов.

К концу войны прием уголовников в СС осуществлялся прямо из концлагерей, а процедура проверки и отбора кандидатов была сведена к простой формальности. Все эти новоявленные эсэсовцы, как правило, были старейшими заключенными лагеря, имевшими лагерные номера от 1-го и далее, и исполняли обязанности капо, старших по блоку и т. п. В концлагерь Освенцим, к примеру, эта группа заключенных прибыла еще в 1940 г. вместе с первыми охранниками из частей СС «Мертвая голова», и с этого времени выполняла практически те же обязанности, что и охранники-эсэсовцы. Они стали необходимым элементом в каждом концлагере. Им не грозила ни газовая камера, ни даже отправка на какую-либо работу; они питались отдельно от других заключенных, многие оборудовали себе богато обставленные квартиры на территории лагеря, наживаясь за счет вещей уничтоженных в лагере узников.

Эта, казалось бы, малозначительная деталь показывает, насколько сильно Германии к тому времени были необходимы новые солдаты: в дело шел любой «человеческий материал».

Известно, что обергруппенфюрер СС Рейнхард Гейдрих, второй человек в СС после Гиммлера, незадолго до своей смерти в июне 1942 г. назвал СС «помойным ведром». Гейдрих в отличие от своего преемника на посту шефа РСХА Кальтенбруннера по крайней мере осознавал, что действия СС и его самого преступны. Так что «плохие люди» встречались всегда и везде…

Глава 5

1. В этой главе много места уделено персоналиям, и они отнюдь не вымышлены. Более того, хотелось бы отметить, что все события, в которые по воле автора оказались вовлечены Борис Мурукин и Петр Скворцовский, отнюдь не выдумка, а чистая правда!