Читать онлайн «Судьба наизнанку». Страница 94

— Щербинин абоненту один, — сказал он после соединения, не дожидаясь ответа невидимого собеседника. Все разговоры по этим линиям всё равно записывались, и тратить время на обмен любезностями было не надо – подтверждение утечки оружия с верхнего уровня. Необходима срочная ревизия всего переносного вооружения. Немедленно.

"Вот ведь сука!" — непечатно подумал Михаил, убрав радиотелефон, — "нашёл время и место, мент грёбаный. Мало что сейчас настроение испортил, так и потом всю работу в Москве осложнил. Теперь ходи, оглядывайся – ещё больше топтунов к нам приставит"

Развернувшись, он не успел сделать и пяти шагов в сторону стоявших тесной группкой харьковчан, как был остановлен голосом с американским акцентом

— Мистер Щербинин?

"А это ещё кто?" Михаил обернулся. За левым плечом стоял, растянув лицевые мышцы в радостной улыбке, крепко сбитый джентльмен в дорогом костюме с блокнотом в левой руке и занесённой для исторических записей карандашом в правой.

— Очень рад нашей встрече! — энергично воскликнул темноволосый представитель второй древнейшей профессии. Принадлежность к этому вёрткому племени дополнительно выдавала запечатанная в рыжий кофр фотокамера, удерживаемая тонким ремешком на левом плече журналиста – Роберт МакКинли, специальный корреспондент "Нью-Йорк Таймс".

— Здравствуйте, — Михаил постарался сохранить возможно более спокойное выражение лица.

В шпионские игры он не играл даже в детстве, а сейчас перед ним стоял несомненный разведчик. Найденный в Штатах методом случайного тыка в трансивер одним из его замов, Николаем Меркушевым еще в первые сутки после переноса. Николай, тогда ещё бизнесмен, планировал свалить с территории Харьковской области и сумел за пару дней, в одиночку, весьма серьёзно подготовиться к такому мероприятию. Даже раздобыть где-то подобие американского загранпаспорта с проставленными советскими визами. Чем вызвал неподдельное изумление своего старого куратора из Службы Безопасности ещё Украины, отчаянно пытавшегося найти какой-либо выход из сжимавшегося вокруг области смертельного тупика.

Можно сказать, всё произошло совершенно случайно и сошлось в итоге удивительно хорошо для всех заинтересованных лиц. Николай избавился от неопределённости бытия, перебравшись в правительство, харьковские спецслужбы получили практически даром весьма тонкую, но всё же ниточку, ведущую к не самым последним людям в американском истэблишменте, куратор…. Он всего-навсего остался работать на прежней должности. Что по меркам постпереносного Харькова было если не совсем "айс", то весьма близко к нему.

— Мистер Щербинин! — старательно выговаривая слова, затараторил американец. Уже прозвенел звонок, приглашающий гостей в некогда только театральный зал. — Читатели "Нью-Йорк Таймс" жаждут получить информацию о вашей земле из первых рук! Интервью, мистер Щербинин, всего лишь одно интервью!

Михаил заколебался. До сих пор с иностранной прессой им доводилось общаться только через соответствующий отдел НКИДа. Сами харьковчане подобных контактов по возможности старались избегать, стараясь не сильно возбуждать крайне ревниво относящихся к подобным вольностям советских коллег. На советской территории приходилось крайне осмотрительно подходить к контактам с иностранцами, чтобы не создавать дополнительных проблем ни им, ни самим участвующим в общении представителями республики. В Швеции было гораздо проще, но и там харьковчане сторонились от частого общения с журналистами.

Вдалеке, за спиной напряжённо ждущего МакКинли блеснуло знакомое пенсне "А хрен тебе, товарищ коммисар внутренних дел!" бесшабашно подумал Щербинин "не будешь свободу слова нам ограничивать! Давайте, предки, начинайте к демократии приучаться, пока мирная жизнь не закончилась!"

— Завтра, в четыре после полудня, приезжайте к нам в представительство, — решил вице-премьер. Подобный шаг с его стороны вполне укладывался в рамки должностных полномочий и официальных договорённостей с Советами. А что там Берия с Молотовым думать станут, пусть голова у товарища Сталина болеть будет, — адрес вам известен?

— Конечно! — воскликнул журналист.

— Приезжайте, — уже на ходу сказал Михаил, направляясь к отведённой харьковчанам ложе. Скоро начнётся первая в этом мире Интернет-трансляция выступления вождя и учителя, лучшего друга советских физкультурников. Даже начало такого зрелища никак нельзя было пропустить.

Войдя в оставшееся неизменным с царских времён помещение, охраняемое снаружи строгим энкаведешником неопределённых лет службы, Щербинин прошёл к лакированному барьеру. Небрежно облокотился, посмотрел на чинно рассаживающихся в партере совграждан, затем перевёл взгляд на сцену. Небольшой президиум, трибуна для докладчика, затянутый кумачом задник с большим ленинским бюстом, молча взирающим на продолжателей революционного дела. По кумачовым полотнам искрились шитые золотом буквы "Да здравствует двадцать третья годовщина Великой Октябрьской Социалистической Революции!". Ничего более на обтянутой красным сцене не обнаружилось. Скромно так и со вкусом, в стиле революционного минимализма.

Самое важное Михаил оставил напоследок. В середине зала на небольшой платформе, почти перекрывающей центральный проход, возвышалась обычная для начала двадцать первого века студийная телекамера, в окружении доброго десятка техников и охранников в штатском. Одна из двух, презентованных Московскому телецентру вместе с подобающим комплектом аппаратуры. Приглашённые косились на чудо техники, но подходить и выражать своё восхищение не рисковали. Мало ли что могли придумать советские инженеры, украсив своё творение большими латинскими буквами "SONY". Видно, что здесь не выставка достижений, а вполне серьёзная работа, осуществляемая серьёзными людьми.

Ничего суперсложного в применяемой технологии не было. Цифровой сигнал уходил с камеры в развёрнутую в одном из помещений Большого мобильную аппаратную. Затем, сжатый до транспортабельного состояния, по радиоканалу и уплотнённым телефонным линиям сливался в телецентр. Там его раскодировали и выдавали в обычный для сорокового года теле- и радиоэфир. Все сто с небольшим телевизоров, составляющих абонентскую базу новейшего вида вещания, скорее всего, были уже включены. Жители Харькова получали сигнал через высокоскоростную Интернет-линию, использующую существующие кабели ВЧ-связи.

Отвлёкшись на технические подробности, Михаил упустил момент выхода к президиуму советской верхушки. Но гром аплодисментов мог сообщить об этом даже глухому – казалось, сами стены дрожат от бури искренних оваций. Вожди без театральных пауз расселись согласно табели о рангах, остался стоять лишь Молотов, движением руки остановивший бравурную лавину. В наступившей тишине совсем кратко прозвучало

— Слово для доклада предоставляется товарищу Сталину.

"Мистер нет" уселся, сидевший рядом вождь поднялся и, рассекая океан молчания, медленно направился к трибуне.

— Товарищи! — знакомый по хроникам голос плеснул кавказским акцентом из скрытых и укреплённых на стенах динамиков. — Со времени Великой Октябрьской Социалистической Революции прошло двадцать три года. Немалый период для нашей страны и современного мира. Немалых успехов добились советские граждане в деле построения социалистического государства и общества. Что это за успехи и насколько они велики, это известно всем – как друзьям, так и врагам. Для правильного подведения итогов мирного строительства за истекший год необходимо оценить международное положение Советского Союза. Какие именно изменения произошли за этот год в международной обстановке?

Для капиталистических стран этот период был периодом серьезнейших потрясений как в области экономики, так и в области политики. Уже третий год, начиная со второй половины 1937 года, продолжается новый экономический кризис, следовательно, новые экономические осложнения потрясают основы капиталистического мира. В области политической этот год были годом серьезных политических конфликтов и потрясений. Насильственно перекраивается карта Европы, Африки, Азии. В континентальной Европе исчезли многие, ранее независимые государства, чьё благополучие и суверенитет были якобы гарантированны так называемыми "великими державами". Потрясена в корне вся система послевоенного так называемого мирного режима, рухнула одна из его опор – буржуазная Франция.

Вторая империалистическая война, ведущаяся за мировое господство, принимает все более широкие размеры, охватывая новые территории и новые народы.

Внешняя политика Советского правительства за прошедший год продолжала укреплять дело мира между народами. Неизмеримо возросла роль Советского Союза в разрешении международных вопросов. Повысился его авторитет в глазах трудящихся всего мира. Опираясь на силу и мощь Красной Армии, Советское правительство мирным путем разрешило советско-румынский конфликт по вопросу о Бессарабии и Северной Буковине. В Литве, Латвии и Эстонии уничтожена ненавистная для трудящихся масс власть помещиков и капиталистов. Там, где буржуазия пыталась вопреки воле народов этих стран строить козни против страны социализма, теперь строится новая, свободная, счастливая жизнь в интересах народа, вставшего на путь социалистического строительства.