Читать онлайн «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России». Страница 91

После этого был произведен второй сплав по Амуру, который был разделен на три отделения: 1-е отделение состояло из 26 барж, под начальством самого генерал-губернатора, который в этот раз спускался по реке со своею супругою Екатериной Николаевной; 2-е отделение — из 52 барж, под начальством командира 15-го линейного батальона подполковника Андрея Андреевича Назимова, и 3-е — из 35 барж, под начальством полковника М. С. Корсакова. С этим сплавом прибыли для защиты Приамурского края 15-й линейный батальон и 14-й линейный полубатальон, всего 2500 человек войска, а потому в Мариинском посту сосредоточилось более 2700 человек. В составе сплава находилась также ученая экспедиция, снаряженная Сибирским отделом Географического общества на средства члена его Степана Федоровича Соловьева, пожертвовавшего на исследование Амурского края полпуда золота. Эта экспедиция состояла из натуралиста

Маака, астронома Рашкова, топографа Зончевского и чиновника Кочетова. С этим же сплавом, под распоряжением чиновника особых поручений при генерал-губернаторе князя Михаила Сергеевича Волконского {104}, прибыли первые русские земледельцы — иркутские и забайкальские крестьяне, для поселения между Николаевским и Мариинским. К поселению их под руководством князя М. С. Волконского сейчас же и приступили; начиная от Николаевского, по правому берегу реки Амура, были основаны деревни Иркутская, Богородская, Михайловская, Ново-Михайловская, Сергиевская и Воскресенская. Поселенцы получили от казны пособие и были освобождены навсегда от рекрутской, земской и подводной повинностей. Вместе с этим против Мариинского поста поселилась на острове Сучи сотня конных казаков, образовав станицу Сучи.

С прибытием в Мариинский пост генерал-губернатор и главнокомандующий всеми морскими и сухопутными силами, сосредоточенными на устье реки Амура, отправил ко мне в Николаевское мичмана Литке со следующим предписанием:

1) амурская экспедиция заменяется Управлением камчатского губернатора контр-адмирала Завойко, местопребыванием которого назначается Николаевское;

2) вы назначаетесь начальником штаба при главнокомандующем всеми морскими и сухопутными силами Приамурского края {105};

3) все чины, состоящие в Амурской экспедиции, поступают под начальство контр-адмирала Завойко, и

4) главной квартирой всех наших войск назначается Мариинский пост.

Вследствие этого мне предписывалось, впредь до прибытия в Николаевское, сдать экспедицию старшему после себя, а самому немедленно следовать к месту назначения, в Мариинский пост. О всех этих распоряжениях вместе с тем сообщалось В. С. Завойко. Ему предписывалось, сдав эскадру командиру фрегата «Аврора» Изыльметьеву, следовать в Николаевское и вступить в начальствование. Капитану Изыльметьеву предписывалось со всеми судами, как можно поспешнее, следовать в Амур. Контр-адмиралу Завойко вменялось в обязанность всеми средствами способствовать в этом капитану Изыльметьеву. Командиру шхуны «Восток» Римскому-Корсакову, согласно моим распоряжениям, предписывалось готовить гребную флотилию на случай нападения неприятеля на таких же судах.

Вследствие этих распоряжений главнокомандующего я с женой и с нашей малюткой отправились в Мариинский пост и поселились в двух маленьких комнатах. Дежурным штаб-офицером был тогда князь Александр Васильевич Оболенский. Начальником сухопутных войск, сосредоточенных в низовье Амура, был назначен полковник М. С. Корсаков, а начальником казаков — адъютант генерал-губернатора подполковник Сеславин. При штабе было несколько чиновников и офицеров, в числе их: Якушкин и Федор Александрович Анненков.

Вид с Мариинского поста в южном направлении

Рисунок художника Мейера (Альбом рисунков к путешествию на Амур, совершенному от Сибирского отдела Русского географического общества [Путешествие в Приамурье в 1855–1856 гг. экспедиции Р. К. Маака])

Вступив в свою новую должность — начальника штаба, я представил генерал-губернатору отчет о действиях Амурской экспедиции с июня 1850 года по июнь 1855 года, то есть за пять лет. Из отчета было видно, что эта экспедиция, принимая в расчет и все казенное довольствие, стоила казне всего 64 400 рублей серебром, то есть около 12 500 рублей в год[68]. Во все время, собственно в Амурской экспедиции, умерло 12 человек и не потеряно ни одного человека. Вот что стоило России утверждение ее в Приамурском крае! Представляя этот отчет и имея в виду, во-первых, что в низовье Амура должно зимовать более 7000 человек, а во-вторых, дальнейшие мероприятия по отражению неприятеля и дальнейшему устройству края, столь близкого моему сердцу, я представил генерал-губернатору следующее мнение:

1. При сосредоточении ныне в устье реки Амура команд, семейств, имущества Петропавловского порта и всех наших судов, а равно и команд японской экспедиции, война с внешним врагом здесь кончена, ибо неизвестность для него входа в лиман с юга и плавание по лиману, наполненному банками и мелями, с неправильными быстрыми течениями, наконец, гористые, лесистые, пустынные и бездорожные прибрежья Приамурского и Приуссурийского краев представляют для неприятеля, нападающего с моря, непреоборимые препятствия. Он окажется вынужденным только блокировать берега Охотского моря и прибрежья Татарского пролива и этим принесет нам только пользу, закрепляя таковым своим действием Приамурский и Приуссурийский края с островом Сахалином за Россией. За сим здесь остается для нас один неизбежный, внутренний враг — мороз и неблагоприятные условия для здоровья зимующих в пустыне людей. Чтобы выдержать борьбу с возможно меньшей потерей людей, необходимо сейчас же принять энергические меры как для просторного размещения людей на зиму, так и для изобильного их довольствия и снабжения одеждой, соответствующей климатическим условиям. Между тем в этом отношении при сплаве сюда людей многое было упущено; почему, по моему мнению, в настоящее время необходимо сделать следующее распоряжение: а) для наблюдения за неприятелем в заливе Де-Кастри расположить сотню казаков с двумя горными орудиями, всех же остальных людей обратить для постройки просторных помещений на зиму; б) для пополнения продовольственных запасов и одежды сейчас же вступить в сношение с маньчжурами, обитающими по реке Сунгари и более или менее нам знакомыми; в) для того же, чтобы упрочить сношения с маньчжурами, сейчас же поставить пять или шесть постов между Мариинским постом и устьем реки Сунгари и, наконец, г) принять меры, чтобы туземцы доставляли нам рыбу и дичь.

2. Так как Приамурский и Приуссурийский края представляют одно неразрывное целое, где река и море составляют единственные в крае пути сообщения, то край этот требует совершенно иной организации управления, сравнительно с управлениями других наших провинций. Главный пункт этого управления должен быть в устье реки Уссури или около устья реки Сунгари, представляющей единственный путь в населенную Маньчжурию, почему, согласно смыслу Нерчинского трактата, при разрешении уже нами пограничного вопроса, то есть определения направления пограничного Хинганского хребта и рек, берущих начало из него, устье Сунгари и весь бассейн Уссури с его прибрежьем, до корейской границы, должны составлять неотъемлемую принадлежность России, тем более что один Амур представляет здесь только лишь базис наших действий и вовсе не обусловливает полное значение для России этого края; всю же силу края и политическую важность его для России, как ясно указывает нам настоящая война, составляет южное прибрежье Приуссурийского бассейна с гаванями, из которых суда, по первому повелению, всегда могут выйти в море; гаванями, неразрывно связанными с Амуром посредством внутреннего пути, недоступного нападению неприятеля с моря; гаванями, удобно расположенными относительно торговых пунктов и торговых путей по океану. Ввиду этого единственная правительственная задача надолго здесь должна состоять в том, чтобы заселять земледельцами те пути, которые ведут к упомянутой цели, дабы расположенные в крае наши военные силы могли быть обеспечены местным продовольствием и чтобы вместе с тем было обеспечено и сообщение по главным путям края; наконец, чтобы наши войска, главная часть которых должна быть сосредоточена в южном колене Амура и по Уссури, имели все средства к быстрому передвижению водой по трем главным артериям края, рекам Амуру, Уссури и Сунгари. Кроме того, необходимо, чтобы здесь всегда имелось три или четыре исправных во всех отношениях военных крейсера, которые по первому приказу могут выйти в океан.

3. Имея в виду пустынные и бездорожные, гористые и лесистые прибрежья края, служащие нам самым надежным оплотом, все внимание и средства правительства должны быть обращены к скорейшему достижению цели, указанной во втором пункте; поэтому средства, определяемые правительством на этот край, отнюдь не должны быть расточаемы на содержание дорогостоящей бюрократической администрации с толпой различных видов чиновников, на сооружение капитальных зданий и укреплений, ибо надолго еще в этом крае нам должно оставаться как бы в лагере, с теми средствами, какие указаны в предыдущем втором пункте, средствами, весьма достаточными, с одной стороны, для пресечения всяких на этот край неприязненных покушений и для нанесения существенного и действительного вреда неприятелю в случае таких покушений; а с другой стороны — к прочному утверждению политического значения России на отдаленном ее Востоке.