Читать онлайн «Великие тайны океанов. Атлантический океан. Тихий океан. Индийский океан (сборник)». Страница 66

Пока моряки поправляли здоровье, он сумел собрать кое-какие сведения, касающиеся гвоздики. 6 сентября 1768 года, загрузив животных и прочие «полезные продукты» (оленье мясо, птицу, масло, кокосовые орехи, бананы, грейпфруты, лимоны), полученные от резидента Буру в обмен на звонкие пиастры, корабли взяли курс на Батавию, куда прибыли через двадцать два дня. Ни один француз здесь еще не бывал. Бугенвиль и его офицеры отметили на своих картах острова, рифы и течения, тайну которых голландцы тщательно охраняли. Принц Нассау писал: «Любой буржуа, обосновавшийся на Молуккских островах, дает клятву не предпринимать ничего против интересов компании (Ост-Индской). Недавно один житель Батавии был бит кнутом, отмечен позорным клеймом и сослан рабом на маленький остров за то, что продал карту Молуккских островов англичанину».

Резидент Батавии, некто ван ден Пара, согласился продать необходимые продукты и вылечить больных в госпитале компании. Двухнедельная стоянка позволила больным цингой вновь обрести вкус к жизни. Хуже обстояло дело у страдающих венерическими заболеваниями, которые тогда назывались «приливами крови». Здоровые моряки находили Батавию приятной, жителей Батавии дружелюбными. Когда 10 октября состоялось отплытие, на борту обнаружилось шесть лишних пассажиров. Все они были уроженцами Франции и оставили свою службу в Ост-Индской компании, чтобы вернуться на родину. Один из них был барабанщиком, двое – плотниками, еще двое – каменщиками. Только один когда-то был моряком. Они откровенно рассказали Бугенвилю все, что знали, о местной администрации и о тонкостях торговли пряностями. Начальник экспедиции внес их имена в списки команды.

7 ноября на горизонте показался остров Иль-де-Франс – Маврикий. В 8 часов вечера Бугенвиль выстрелом из пушки запросил местного лоцмана. В полночь тот прибыл на борт судна «Сердитый» – и через три часа посадил корабль на мель в бухте Томбо. Отстранив неумелого лоцмана, Бугенвиль сумел снять корабль с мели. «Это лоцман, – записал он, – по имени де ла Гранж. Для сведения других». Стоянка продолжалась один месяц и три дня.

Больных доставили в Порт-Луи. Специалисты занялись устранением течи «Звезды», отремонтировали поврежденную бурей стеньгу на «Сердитом».

На острове власть делили между собой губернатор Дюма, бригадный генерал Королевской армии, которого Бугенвиль знал по прежней службе, и интендант Пуавр. Они ненавидели друг друга и вечно строили козни, характер у обоих был деспотичный и склочный. Каждый надеялся добиться отзыва врага в Париж. Бугенвиль сначала пытался их примирить, но его усилия оказались тщетными. Тогда он решил вести дела и с тем, и с другим, приняв вначале приглашение Дюма посетить его имение Редюи, райское местечко, потом побывал в гостях у Пуавра, в имении Монплезир.

Аутуру, таитянский «дикарь», был на всех приемах и уже предвкушал удовольствия французской столицы. Он покорял хозяев «естественными» манерами и наивной спонтанностью. Но за ним приходилось присматривать и сдерживать его инстинкты, то и дело толкавшие его в объятия особ противоположного пола.

Какая-то первобытная интуиция позволяла ему угадывать сокровенные желания других. Так, он заметил, что один из частых посетителей дома интенданта влюбился в мадам Пуавр. Красивая двадцатилетняя женщина (супругу было за пятьдесят) носила воздушные наряды, отдавая предпочтение белому муслину поверх розовой тафты. Ее воздыхателем был военный инженер, ботаник-любитель. Его звали Жак-Анри Бернарден де Сен-Пьер.

Коммерсон охотно проводил время в компании молодого человека, найдя в нем интересного собеседника. Однажды инженер отвез парижского ученого в ту часть парка, где рос безымянный куст с крупными соцветиями, который привезли из Китая. В зависимости от почвы растение покрывалось розовыми или голубыми шарами. В тот день с ними прогуливался принц Нассау и много говорил о своей красавице-сестре, с миниатюрой которой он не расставался. Желая сделать принцу приятное, Коммерсон посвятил далекой принцессе Еортензии китайский цветок, с той поры получивший ее имя.

Бугенвилю Бернарден де Сен-Пьер рассказал другую историю, печальную и романтичную. В 1744 году французский корабль «Сен-Жеран», отплывавший во Францию, потерпел крушение в виду острова. Два дворянина тщетно попытались доставить на берег своих невест – скромниц-красавиц, запутавшихся в намокших тканях, поскольку обе отказались сбросить одежду. Все четверо утонули. Тела господина де Перамона и его невесты нашли на берегу бухты; там их и похоронили, а бухту назвали бухтой Томбо (Могила). Другая пара упокоилась на кладбище Памплемус, расположенном рядом с имением Монплезир. Бернарден де Сен-Пьер показал Бугенвилю это кладбище.

– Когда-нибудь, – сообщил он, – я расскажу эту трогательную историю всей Франции!

Двадцатью годами позже, когда была издана книга «Поль и Виржини», Бугенвиль вспомнил о могиле на кладбище Памплемус. Автор к тому времени уже семь лет пребывал в законном браке с Мари Жозефиной (Флорой) де Лоншан-Монтандр, племянницей одного из погибших лейтенантов с «Сен-Жерана».

В 1768 году никто не мог предвидеть славы будущего романиста. Знай очаровательная мадам Пуавр, кем станет ее поклонник, она, быть может, поступила бы иначе. Ужаснувшись ясновидению Аутуру и страшась неминуемого скандала, та, черты которой можно увидеть в портрете Виржини, попросила мужа закрыть двери перед настойчивым поклонником.

11 декабря подновленный «Сердитый» отплыл, не дожидаясь «Звезды». Ботаник Коммерсон и астроном Верой согласились остаться на острове в распоряжении Пуавра. Ни тот ни другой во Францию не вернулись.

Бугенвилю не удалось раздобыть семена пряных растений. Однако он стал первым французом, обогнувшим земной шар. Кроме того, в ходе экспедиции были собраны многочисленные сведения в области географии, морского дела, торговли и военного дела. За два года и четыре месяца плавания он потерял – неслыханный подвиг! – всего семь человек. Ему устроили пышный прием в Париже, в Версале и в Лондоне. Он принял предложение короля и дальше служить на флоте в чине капитана первого ранга.

На Аутуру тоже упали лучи славы Бугенвиля. Умный и исключительно восприимчивый, он обучился хорошим манерам, стал любимцем прекрасных дам и даже был представлен ко двору в Версале.

Но однажды вся его веселость испарилась, он перестал выходить из дому. Хозяин сразу понял причину его тоски: Аутуру скучал по родине.

– Ты вернешься к своим. Обещаю.

Но на Таити суда не ходили, и Бугенвиль без колебаний решил снарядить корабль для репатриации своего протеже. Судовладелец установил плату – 35 тысяч ливров.

– Согласен, – сказал Бугенвиль.

Эта сумма равнялась стоимости векселя, который он получил от хозяина литейных заводов. Но когда подошел срок уплаты во векселю, промышленник разорился. Бугенвиль подсчитал наличность: менее трех тысяч ливров. Он написал морскому министру письмо с просьбой отправить Аутуру на родину за счет казны. Письмо заканчивалось следующими словами: «Если обстоятельства заставят министра отказать в подобных расходах, господин де Бугенвиль осмеливается просить, чтобы означенная сумма была удержана из жалованья в три тысячи ливров, которое положено ему в качестве капитана первого ранга». Другими словами, Бугенвиль предлагал лишить себя капитанского жалованья на последующие десять лет.

Министерство оценило этот жест. По счастью, вскоре представилась возможность решить проблему. Аутуру посадили на корабль, который вместе с другим судном отправлялся в Океанию с секретной миссией: под прикрытием репатриации Аутуру офицеру предписывалось тайно высадиться на одном из Молуккских островов, обследованных Бугенвилем, и привезти наконец семена пряных растений.

Увы, бедный таитянин, избежавший опасностей моря, Парижа и Версаля, заразился в Порт-Луи, на острове Маврикий, оспой. Болезнь обнаружилась на борту судна «Маскарен» по пути на Таити. Пришлось вернуться на мыс Доброй Надежды, где «Маскарен» и сопровождавшее его судно «Маршал де Кастри» были поставлены на карантин. Там Аутуру и скончался. Его похоронили в океане.

Между тем Бугенвиль в Париже готовил экспедицию на Северный полюс, которую так и не предпринял, и опубликовал свое «Путешествие вокруг земли». Книга имела шумный успех, а автор Бугенвиль пользовался благосклонностью светских дам и известных актрис. В пятьдесят два года он женился на молодой женщине, которая родила ему трех сыновей. Не много найдется супружеских пар, живших в большем согласии как в горести, так и в радости. Выйдя в отставку в чине вице-адмирала, Бугенвиль удалился в свое имение Анневилль, куда 4 июля 1794 года явились революционеры, чтобы арестовать его по подозрению в неблагонадежности. Но тюремное заключение в Кутансе оказалось недолгим. Падение Робеспьера открыло ворота тюрьмы.