Читать онлайн «Ни страха, ни надежды. Хроника Второй мировой войны глазами немецкого генерала. 1940-1945». Страница 37

«Наиболее сильное давление противника в Каникатти. 15-й гренадерской моторизованной дивизии приказано прикрывать правый фланг армии. К северу от Джелы столкновений с противником нет. Передвижение дивизии «Герман Геринг» идет по плану. Батальон, который утром оказался отрезанным, в настоящий момент снова находится с группой Шмальца на линии Сортино-Вилламундо-полуостров Аугуста».

В течение 12 июля первое подкрепление, уже не имевшее никакого значения, достигло острова, и второй батальон 382-го гренадерского полка соединился с дивизией «Герман Геринг» в Виццини. 3-й парашютный полк из парашютной дивизии, дислоцирующейся на континенте, и батальон «Реджо» были приданы группе Шмальца.

13 июля в результате мощного удара авиации в полночь был временно выведен из строя штаб Гуццони в Энне, нарушилась проводная линия связи, но не радиосвязь. Штаб пришлось передислоцировать. Гуццони хотел остаться в Энне, чтобы разделить судьбу своих солдат, но мы с начальником штаба его отговорили.

Теперь мы уже ждали не крупномасштабной высадки десанта на западе, а менее значительной операции на северном побережье. С оперативной точки зрения как итальянцам, так и немцам казалось вероятным, что вскоре противник попытается захватить Катанию. Очевидно, он отказался от идеи охватывающего маневра со стороны моря, и теперь его главные усилия были направлены на восточное побережье, ближайший путь к Мессине, и опять на Катанию, откуда он мог повернуть основную боевую позицию вдоль южного склона Этны, к чему итальянское командование было готово.

Рано утром противник уже завладел частью территории на линии фронта 15-й гренадерской моторизованной дивизии, и к 11.00 он оказался на линии Серрадифалько – Сан-Катальдо. Теперь на этом фронте возникла опасность окружения дивизии «Герман Геринг». Хотя такая угроза еще не была неминуемой, она постоянно усиливалась из-за явной медлительности и неповоротливости этой дивизии на поле боя. Снова – в третий раз – она получила по радио приказ быстро сосредоточиться под покровом ночи в районе Виццини. Мне приходилось считаться с тем, что Геринг, возможно, напрямую отдавал ей приказы, которые противоречили приказам ее непосредственного командира. Гуццони был озабочен тем, чтобы как можно скорее вывести эту дивизию на позицию у Этны. Еще 12 июля 15-я гренадерская моторизованная дивизия получила от меня директиву общего характера: в случае сильного натиска противника, получив специальное разрешение командования 6-й итальянской армии на самостоятельные перемещения, отойти на общую линию Ганджи – Леонфорте – Аджира.

Там дивизия «Герман Геринг», усиленная парашютно-стрелковым полком, должна была соединиться со своим правым флангом, в то время как ее левый фланг должен был выйти к морю южнее Катании. Переброска частей дивизии «Герман Геринг» в этот район представлялась тем более неотложной, что достойных упоминания резервов уже не оставалось. Высадка противника в Аугусте, согласованная по времени с высадкой основных его сил, наводила на мысль, что он повторит свой тактический охват со стороны побережья. 13 июля в 14.30 Гуццони приказал 16-му итальянскому корпусу как можно скорее перебросить части дивизии «Герман Геринг» в район Катании, чтобы «укрепить там позиции».

Главнокомандующий придерживался аналогичных взглядов на обстановку. Обеспокоенность по поводу крайнего левого фланга заставила его отдать приказ перебросить днем 13 июля в устье реки Симето пулеметный батальон 1-й парашютно-стрелковой дивизии. Там этот батальон был подчинен группе Шмальца.

Германский журнал боевых действий описывает обстановку того вечера следующим образом:

«15-я гренадерская моторизованная дивизия удерживает линию Серрадифалько-Пьетраперция – Баррафранка – Пьяцца Армерина. Противник ведет разведку особенно активно напротив центрального участка и правого фланга дивизии. Артиллерия противника действует активнее; частые авиаудары по нашим позициям и путям передвижения войск. Дивизия «Герман Геринг» отведена на линию Кальтаджироне – Виццини. Последний населенный пункт находится под сильным артиллерийским огнем. От группы Шмальца новых сведений нет».

«В целом противник явно готовится к продолжению наступления по всему фронту».

«Поздно вечером 13 июля штаб 6-й итальянской армии и германская миссия связи переместились в Пассо-Пискьеро (восточнее Рандаццо), так как прежний КП более не способен обороняться».

«14 июля, 10.25. Группа Шмальца удерживает линию Франкофорте – Лентини – Аньоне, но вчера на многих участках подверглась мощным атакам пехоты и танков. С наступлением темноты парашютный десант противника неустановленной численности высадился севернее Лентини. Сильные атаки противника ожидаются в районе Виццини».

Ночные парашютные десанты на самом опасном участке нового фронта укрепили желание Гуццони собрать там для боя части дивизии «Герман Геринг». Однако эта дивизия сочла, что она слишком увязла в боях, чтобы отходить в другое место, хотя и находилась под сильным давлением противника. Обстановка улучшилась, когда спустя 12 часов в районе Лентини высадился пулеметный батальон 1-й парашютно-стрелковой дивизии, которому не составило особого труда выбить оттуда парашютистов противника. В 13.00 дивизия «Герман Геринг» вновь получила приказ начать переброску своих частей в направлении Катании.

2-й авиакорпус в Таормине продолжал посылать Кессельрингу в Рим дезориентирующие донесения. Он отправил по радио следующее указание, занесенное в 15.15 в журнал боевых действий германской миссии связи:

«Главнокомандующий на юге считает жизненно важным дальнейшее усиление левого фланга, что следует сделать ценой оголения центра. Он приказывает подготовить отвод всех сил к общей линии Сан-Стефано – Адрано-Катания таким образом, чтобы его можно было начать нынешней ночью в том случае, если обстановка на восточном фланге еще более обострится».

В 15.45 я ответил, что давление на левом фланге уменьшилось из-за переброски дивизии «Герман Геринг» в Катанию, однако последовавшее за этим ослабление центра не позволит группе Шмальца противостоять дальнейшим мощным атакам с юга, а западный фланг может быть обойден. Поэтому отход на позиции у Этны подготовлен и вскоре станет необходимым.

В тот вечер 15-я гренадерская моторизованная дивизия все еще занимала линию Серрадифалько-Сан-Катальдо. В 23.30 я отправил главнокомандующему следующее донесение:

«Ввиду угрозы правому флангу германского фронта, угрозы в Виццини, слабой позиции во Франкофорте и недостаточной мобильности последних подкреплений, невозможно быстро укрепить восточный фланг. Поэтому я приказал осуществить быстрый отход всей дивизии с уничтожением сил противника в Катании. 15-я гренадерская моторизованная дивизия будет возвращена на линию Никозия-Леонфорте, так как в противном случае она окажется уязвимой для окружения с обоих флангов».

15 июля было отмечено новым витком кризиса в итало-германском управлении боевыми действиями, который проявился с самого начала высадки союзных войск пятью днями раньше. Теперь можно было предположить, что противник уже не высадит десант на западе или севере острова. Если бы он собирался это сделать, чтобы защитить от ударов войск «Оси» свои медленно продвигающиеся вглубь силы, то эти дополнительные десанты должны были высадиться самое позднее 15 июля.

Мы могли также не беспокоиться пока, что противник решит двинуть свои главные силы или часть американской армии Паттона в стремительное наступление с запада через линию Леркара-Термини, захватывая своим левым флангом северное побережье и ударит, таким образом, по незащищенному правому флангу сил «Оси».

Усилился натиск на наш левый фланг – на группу Шмальца и дивизию «Герман Геринг». Это указывало на то, что армия Монтгомери будет добиваться победы там, что противоречило немецким принципам оперативного искусства.

Как это часто случается, когда кризис уже преодолен, немецкое оперативное командование занервничало: была ли возможность достичь лучших результатов, если бы были приняты другие меры? Отношения между двумя командованиями, и без того достаточно сложные в военно-политической обстановке этой коалиционной войны, становились иногда просто хаотичными. Будучи офицером люфтваффе, Кессельринг чувствовал особую ответственность перед дивизией «Герман Геринг». Он вынужден был считаться не только с приказами ОКБ, но, возможно, и Геринга. Рейхсмаршал иногда лично вмешивался в управление боевыми действиями, отдавая приказы дивизии напрямую. Кроме того, Кессельринг располагал лучшими средствами связи и личными контактами со 2-м авиационным корпусом, который был в общем-то бесполезным на острове, так как не имел тактической авиации, но настаивал на предоставлении ему не только донесений, но и оперативных предложений.