Читать онлайн «Новак Джокович – герой тенниса и лицо Сербии». Страница 24

По словам Киша, потом Срджан пришел к Антели и просил разрешить Елене Генчич сопровождать команду Джоковича в следующей поездке. Антели ответил, что об этом не может быть и речи: он платит немалые деньги за одного тренера, Киша, и за одного сопровождающего родителя, и не собирается оплачивать работу еще одного тренера, тем более того, который тренировал Новака, когда тот был моложе 12 лет. Киш утверждает, что Срджан стоял на своем, и тогда Антели отделался от него – видимо, распорядился не пускать в Gemax никого из семьи Джоковичей, кроме Новака. «В тот день Новак уходил домой в слезах, – говорит Киш, – потому что мы действительно прекрасно сработались. Но на этом нашему сотрудничеству пришел конец».

Примерно в то же время еще одной жертвой характера Срджана стал Воин Величкович – теннисный обозреватель сербской национальной ежедневной спортивной газеты «Спортски журнал» (аналог французского ежедневного издания L’Equipe). В 2001 г. Величкович побывал на юниорском турнире специально из-за двух перспективных сербских юношей – Деяна Катича и Новака Джоковича. В предыдущем декабре Катич выиграл турнир Orange Bowl в категории до 12 лет (Orange Bowl – самый престижный юниорский турнир помимо четырех юниорских состязаний Большого шлема, кульминация юниорского спортивного года), поэтому на том этапе он опережал Джоковича. «Поскольку Катич выиграл Orange Bowl, а Новак не выиграл ничего, я вынес Катича в заголовок, – рассказывает Величкович. – Увидев это, Срджан позвонил мне. Он был в ярости, так как считал, что его сын должен быть первым во всем. Он страшно негодовал – вот так мы с ним познакомились». Отметим, что Катич так и не обрел настоящей славы: пробился в рейтинг 600 лучших теннисистов мира, но не сумел отличиться за пределами турниров серии Futures.

Нечто подобное произошло на Открытом чемпионате Австралии в 2004 г. среди юниоров. Джокович хорошо сыграл, дойдя до полуфинала в мужском одиночном разряде, но в миксте победил Ненад Зимонич в паре с российской теннисисткой Еленой Бовиной. «Да, это был всего лишь микст, – вспоминает Величкович, – зато первый титул Большого шлема у представителей этого поколения, а Новак всего лишь дошел до полуфинала в мужском одиночном разряде, поэтому мы без колебаний поставили на обложку Зимонича. Зато на первую страницу решили поместить их обоих. Тут же редактору нашего издания позвонил Срджан. Он рвал и метал, потому что его сына поставили на один уровень с тем, кто победил в смешанном разряде. „Да что это вообще такое, этот микст?“ – повторял он. Старшего Джоковича вечно что-то не устраивало».

Еще одним представителем сербской прессы, имевшим дело с 12-летним Джоковичем, был Небойса Вискович. Постоянный комментатор финансируемой государством национальной телевизионной службы RTS, Вискович видел потенциал Джоковича и стремился оказать ему всемерную поддержку. Однажды он попытался воспользоваться своей работой в правительственном проекте, чтобы получить для Джоковича кредит в размере 100 тыс. долларов. Из этого ничего не вышло, написанное Висковичем письмо осталось без ответа, тем не менее он попробовал. Кроме того, он брал среднего брата Джоковича, Марко, с собой в Женеву, когда работал на RTS. Вискович рассказывает:

«Я работал над тележурналом и подготовил ряд материалов о Новаке. Мне казалось, что он способен стать выдающимся игроком, паренек занимал хорошую позицию в юниорских рейтингах, и я верил в него. Эксперты, с которыми я беседовал, говорили: „В нем есть что-то особенное, у него огромный потенциал“. В Сербии турниры не проводились, и Новаку приходилось много путешествовать по Европе, поэтому мне редко представлялся случай увидеть, как он играет. Но все, чье мнение хоть что-нибудь да значило, отзывались о нем только хорошо. Игроков высокого класса у нас не появлялось со времен Бобо Живоиновича, поэтому мне казалось, что будет полезно на будущее познакомиться с Новаком, пока он еще юниор. Новак сказал мне, что считает меня хорошим специалистом и ценит мое мнение, и это мне было приятно. Полагаю, он видел меня по телевизору».

Вискович считал, что состоит в дружеских отношениях с обоими родителями Джоковича, но вскоре он узнал: стоит только Срджану уловить малейшую критику в адрес своего сына, тот, от кого исходит эта критика, становится persona non grata, а вся его прежняя помощь вычеркивается из памяти.

Первые явные признаки конфликта появились в сентябре 2006 г., когда сербская команда отправилась в Женеву, играть со Швейцарией плей-офф Кубка Дэвиса. За месяц до того Срджан сделал заявление сербской прессе, не самым лестным образом отозвавшись о Роджере Федерере. Тогда же Срджан сказал Висковичу, что, комментируя игру, тот должен подыграть Джоковичу. «Он хотел, чтобы я просто делал вид, будто не замечаю удачной игры противника или молчал о ней, – вспоминает Вискович. – По сути дела, он ждал от меня поведения болельщика, а у меня совсем другие представления о том, как должен вести себя комментатор. Задача комментатора – быть объективным. Разумеется, когда на корте сербский теннисист, можно слегка перейти границу, потому что я желаю ему победы, и мои зрители тоже, но все равно надо оставаться объективным».

Отказ Висковича сменить комментаторский стиль означал, что конфликты продолжатся, и очередной вспыхнул в 2008 г., во время полуфинала турнира Hamburg Masters, когда Джокович, к тому времени уже победитель Открытого чемпионата Австралии, сошелся в поединке с Рафаэлем Надалем.

Вискович комментировал этот матч из студии RTS в Белграде. Первый сет прошел в упорной борьбе, и в конце концов Надаль выиграл 7–5. Когда Вискович отключился на время двухминутного перерыва между сетами, в комментаторскую кабину ворвался Срджан, крича охранникам: «Я отец Новака Джоковича!» Вискович вспоминает: «Он влетел и заявил, что такой сербский комментатор, как я, – это позор нации, что я помешался на Надале и все такое. Я просто попросил его уйти или сказал что-то в этом роде. Микрофон был выключен – Срджану хватило ума сообразить, что такие сцены устраивать при включенном микрофоне нельзя, – и все равно он вел себя очень агрессивно. После его ухода я обнаружил, что с трудом способен сосредоточиться, я по-настоящему разволновался, и, поскольку у меня с собой было успокоительное, принял одну таблетку».

В следующий понедельник Вискович связался с Александром Тияничем, главным редактором RTS, и попросил его прослушать запись и высказать свое отношение к случившемуся. «Я ждал защиты, – продолжает Вискович, – но не получил ее. Редактор сказал, что сам во всем разберется, а это означало, что ссориться с Срджаном он не станет».

Очевидно, Вискович считал свое положение достаточно прочным, потому что пропустил мимо ушей просьбу Тиянича ничего не сообщать представителям прессы. Журналисты услышали о вторжении Срджана в комментаторскую кабину и раздули из этого эпизода скандал. В Фейсбуке была создана группа в поддержку Небойса Висковича, за несколько дней на нее подписались 10 тыс. человек. Трудно сказать, упрочило это обстоятельство положение Висковича в RTS или нет, – Тиянича и остальных руководителей телевидения наверняка так и подмывало уволить комментатора, у которого нарастает конфликт с отцом будущей спортивной гордости всей страны. Но в медийных кругах Вискович имел репутацию хорошего человека и специалиста, и неспособность студии обеспечить ему защиту выглядела некрасиво.

Однако в конечном итоге это мало что значило. Через девять месяцев в белградском клубе «Новак» торжественно начался Открытый чемпионат Сербии. Это был низкорейтинговый турнир АТП, возникший на волне успеха Джоковича. Срджан, игравший важную роль в организации турнира, попросил студию RTS исключить Висковича из команды комментаторов – отстранить его не просто от комментирования матчей Джоковича, но и от всякой работы. Срджан подкрепил свою просьбу угрозой передать право вещания другой телестудии, если Висковича не отстранят. Редактор RTS подчинился, после чего Вискович уволился. Вискович говорит, что RTS, вероятно, опасаясь негативной реакции прессы, предлагала в качестве компенсации повысить ему зарплату, но он отказался, заявив, что в будущем это лишь усугубит проблемы.

Безусловно, такая тактика аукнулась Срджану. Вискович подрабатывал на молодой независимой спортивной станции «Спортклуб», основанной в 2006 г. и стремящейся расширить пакет своих прав на трансляции. «Спортклуб» нанял Висковича в качестве одного из своих ведущих теннисных комментаторов.

Примечательно, что, по словам Висковича, Срджан пытался надавить и на редактора «Спортклуба» и вынудить его не давать Висковичу комментировать матчи Джоковича, но, как ни парадоксально, частная станция сумела выстоять против Срджана, чего не удалось компании, финансируемой государством. В итоге Вискович теперь комментирует больше матчей, чем во времена работы на RTS, в том числе больше матчей Джоковича. «Спортклуб» приобрел права на трансляцию 54 турниров АТП в год, в том числе всех Masters 1000 и финалов мирового тура АТП, так что с его комментариями теперь проходит почти каждый матч, сыгранный Джоковичем вне рамок четырех турниров Большого шлема. («Уимблдон» – единственный турнир Большого шлема, права на трансляцию которого есть у «Спортклуба».)