Читать онлайн «Кто есть кто в мире науки и техники». Страница 30

Свои первые крупные сочинения («Против академиков», «О блаженной жизни», «О порядке») он написал, еще до крещения, в результате свободных философских дискуссий с друзьями. Академиками называл скептиков, которые отрицают возможность постижения истины и доказывают бесполезность поисков ее. Опровергая такие выводы, Августин блестяще использует оружие противников – логику, софистику. По его словам, утверждение, что познать истину нельзя, ложно. Если признать его верным, то это опровергнет невозможность познания истины, ибо утверждение скептиков предстанет абсолютной истиной.

Блаженный Августин. Неизвестный художник

Августин не был склонен бездумно повторять какие-либо авторитетные высказывания, пусть даже освященные именами библейских пророков: «Вера в авторитет весьма сокращает дело и не требует большого труда»; она необходима «для пользы простейших… более тупоумных или занятых житейскими заботами»; «если они слишком ленивы, или привязаны к иным занятиям, или уже неспособны к науке, пусть они верят».

У человека есть потребность в понимании бытия: «Душа питается не чем иным, как разумением вещей и знанием».

Свой путь самопознания Аврелий Августин представил в «Исповеди», а религиозную философию – в трактатах «О Троице», «Монологи», «О граде Божьем». Его рассуждения свободно переходят от одного предмета к другому. Он превосходно разработал проблему времени. Писал: «Правильно не называть времена – прошедшее, будущее, настоящее, а говорить так: «настоящее прошедшего», «настоящее настоящего» и «настоящее будущего». Некие три времени эти я не увижу нигде в другом месте, кроме как в душе».

Разрабатывал он и проблему теодицеи. Как снять ответственность Творца за зло, присутствующее в мире? Бог олицетворяет совершенство, добро и порядок; Его идеи великолепны. Однако, воплощенные в материальные формы, они могут иметь изъяны. В отличие от Бога люди, наделенные свободой воли, нередко являются носителями зла, за которое ответственны они сами.

Являясь свидетелем крушения Римской империи, Августин отвергал обвинения против христиан за подрыв ее религиозных основ и возлагал вину на духовную деградацию ее граждан, их погоню за низменными удовольствиями. «Когда человек живет по человеку, а не по Богу, он подобен дьяволу», – утверждал он. Нечестивцев постигает заслуженная кара.

Августин предполагал постоянное противостояние «двух градов» – небесного и земного, возвышенного и низменного, светлого и темного, божественного и сатанинского. Люди, имея свободу выбора, устремляются к Богу или к дьяволу. Но все свершается в мире, осененном Божьей благодатью.

Получается логическая нелепость: добро и зло, противоположные по своей природе, объединяются в добре. Августин признавал нарушение правил логических умозаключений в таком тезисе, но утверждал, что в реальной жизни подобные противоречия естественны; законы формальной логики не абсолютны и порой опровергаются жизнью. (В науке XX века утвердился аналогичный принцип «дополнительности», предполагающий возможность совмещать в одном явлении два взаимоисключающих начала, например, в микромире фотон имеет свойства и волны, и частицы.)

Признавая приоритет воли и веры перед знанием и рассудком, он стремился преодолеть их кажущуюся несовместимость: «Разумей, чтобы мог верить; верь, чтобы разуметь». Однако подлинное познание невозможно без озарения, ибо только тогда открывается нечто возвышенное, превышающее силы человеческого разума, приобщающее к божественным истинам.

Мировоззрение Августина, достигшего зрелого возраста, было пронизано идеей Бога. Философии отводилась подсобная роль – Церковь Христова признавалась олицетворением Града Небесного, тогда как государство – земного. Праведники, стремящиеся жить по Богу, противопоставлялись грешникам, живущим «по человеку», а значит, ввергаемым в сатанизм.

Августин – сильная цельная личность. Его творчество существует в том самом «вечном настоящем», о котором сам он писал. Оно соединяет все проявления жизни, мыслителей прошлого и нас, и тех, кто появится на земле после нашего ухода.

Августин не отрицал рациональное знание, хотя и отводил ему второстепенное значение в жизни человека. Отчасти с этим можно согласиться. Любой из нас должен прежде всего определиться в своем отношении к окружающей действительности, к обществу и природе, к своим ближним и дальним. Для ученого также совершенно необходимы твердые нравственные устои.

Справедливо отметил Гёте: «Первое и последнее, что требуется от гения, это любовь к правде». Однако между первым и последним имеется немало дополнительных требований. Скажем, в естествознании необходима любовь к природе и стремление постигать ее тайны. На какой основе? Возможности классической философии были как будто исчерпаны. Научный метод еще не сформировался окончательно.

Если признать откровения Священного Писания истиной в последней инстанции, то нетрудно подстроить под них философские учения и научные знания. Если трудно объяснить то или иное явление рационально, можно воспользоваться «принципом Тертуллиана», ссылаясь на чудо и веруя даже в абсурд.

Конечно же, и в эпоху Средневековья нельзя было отрешиться от достижений античной философии. В любом обществе есть люди, которые дорожат интеллектуальными ценностями. Так, в VI веке римский политический деятель, писатель и богослов Флавий Кассиодор по поручению короля остготов Теодориха написал «Историю готов», а затем учебник «Институции», содержащий «божественные и человеческие науки»: грамматику, риторику, диалектику, арифметику, музыкальную гармонию, геометрию и астрономию. Наукам о Земле и Жизни в этой работе места не нашлось.

Последним энциклопедистом эллинизма нередко называют современника Кассиодора Боэция. Хотя и он уделял слишком мало внимания наукам о земной природе.

Боэций Аниций Манлий Торкват Северин (ок. 480–521 г. н. э.) – римский государственный деятель, философ, писатель, богослов, ученый, искусствовед. Принадлежал к знатному роду Анициев. Воспитывался в семье дальнего родственника Квинта Аврелия Симмаха – консула, главы сената, префекта Рима.

Боэций получил прекрасное образование; много читал, увлекался изучением античных авторов, переводил на латинский язык сочинения греческих мыслителей, прежде всего Аристотеля. Рано приобрел славу знатока наук и искусств, грамматики и греческого языка, а также искусного механика. Был избран в сенат; в 30 лет стал консулом, однако истинную радость доставляли ему научные и философские исследования.

Епископ Павии, поэт Мага Эннодий, писал ему: «Ты для меня самый выдающийся из людей… В твоих руках огонь древней мудрости засиял с удвоенным жаром». Время разложения и падения Римской империи не благоприятствовало признанию трудов таких серьезных мыслителей, как Боэций. Он с огорчением отметил: «Куда бы ни обратил я свой взор, всюду встречает он то ленивую косность, то завистливое недоброжелательство», а самодовольных обывателей называл он «человекоподобными чудовищами».

В 522 году он был назначен «магистром всех служб», а два его сына – консулами. Через год Боэция обвинили в государственной измене и казнили. Перед смертью, находясь в заключении, не теряя мужества, он написал исповедальный трактат «Утешение Философией».

В своих трудах, которые изучались в церковных школах и университетах, он использовал сочинения греческих и римсках авторов, в том числе Архимеда, Евклида, Птолемея. «Его компендии по арифметике и музыке, – писал С. С. Аверинцев, – передали средневековой практике… пифагорейско-платоновскую математическую традицию…»

Благодаря таким мыслителям, как Боэций, сохранялось в Европе наследие античной философии, хотя и в ограниченном виде, наиболее отвечающем христианскому мировоззрению: преимущественно в духе учений Платона, Аристотеля.

О том, какое значение имели труды Боэция в глазах современников, свидетельствует письмо к нему Теодориха. Король пишет: «В твоих переводах читают по-латыни Астрономию Птолемея и Геометрию Евклида. Платон, исследователь вещей божественных, и Аристотель, логик, спорят на языке Рима. И Архимеда, механика, передал ты по-латыни. Какие бы науки и искусства ни породила плодоносная Греция, Рим воспринял их на своем родном языке благодаря твоему посредничеству».

Человек обитает в двух мирах. Один – духовный, интеллектуальный, который определяется мировоззрением, объемом знаний, опытом, склонностями, идеалами, жизненными целями. Другой – материальный, окружающая искусственная (техногенная) и природная среда.

До сих пор историки недооценивают значение земной природы и ее преобразований в жизни общества, в формировании личности, а также в истории естествознания и техники. Постараемся отчасти восполнить этот пробел.