Читать онлайн «Нерассказанная история США». Страница 145

С конвейеров сходили новые, усовершенствованные системы вооружений, включая долго находившиеся в разработке и чрезвычайно дорогостоящие ракеты MX, постоянное передвижение которых значительно снижало их уязвимость первым ударом со стороны СССР. Рейган знал, что СССР, чья экономика находится в состоянии застоя, будет очень трудно сохранять темп гонки вооружений.

Ядерный бюджет рос стремительно. В 1981 году Джордж Кеннан, архитектор американской политики «сдерживания», раскритиковал бездумное наращивание ядерных вооружений: «Мы штампуем боеголовку за боеголовкой, ракету за ракетой. Достигаем все новых уровней разрушительности. Делаем это бесконтрольно, практически неосознанно, как жертвы гипноза, как люди, попавшие в ловушку собственных сновидений, как лемминги, спешащие к обрыву»54.

Но Рейган и Буш, развертывая новый виток гонки ядерных вооружений, вовсе не были «загипнотизированы». Они отказались от общепринятого мнения, что ядерная война приведет к взаимному уничтожению, и начали готовить победу в такой войне. Этот подход поддерживали ядерные экстремисты вроде Колина Грэя и Кита Пейна, объявивших в 1980-е годы, что «США должны подготовиться и нанести поражение СССР». Они полагали, что война может стоить жизни 20 миллионам американцев. Ключом к выживанию при ядерном ударе они считали эффективную структуру командования и управления, которая помогла бы предотвратить хаос и сохранить линии коммуникаций. Военные называли это «три К»: командование, контроль и коммуникации55. Рейган сделал все, чтобы убедить американцев в правильности такой стратегии. В качестве доказательства он ссылался на всеобъемлющую программу гражданской обороны СССР, хотя в действительности такой программы не существовало.

В генеральном плане Пентагона на 1984–1988 годы говорилось, что лишь оборона Северной Америки и Западной Европы является более важной, чем оборона Ближнего Востока:

«Нашей главной целью является обеспечение доступа к нефти Персидского залива и предотвращение военно-политического контроля СССР над этой нефтью как непосредственно, так и через их союзников. Важно, чтобы СССР понимал, что в случае попытки захвата нефтяных ресурсов залива он столкнется с широкомасштабным конфликтом. Вне зависимости от обстоятельств мы должны быть готовы ввести американские войска непосредственно в регион в случае, если безопасный доступ в Персидский залив окажется под угрозой»56.

Для воплощения этих планов в жизнь США потратили миллиард долларов на модернизацию военных баз в регионе, а также разместили крылатые ракеты с ядерными боеголовками близ итальянского города Комизо. Оттуда ракеты могли поражать цели на Ближнем Востоке. Происходило это все в разгар ирано-иракской войны. Соединенные Штаты предоставили Ирану оружие, что позволило тому переломить ситуацию и в середине 1982 года начать наступление на Басру, второй по величине город Ирака. Но затем мнение администрации изменилось, и было решено «любым необходимым и законным способом» предотвратить победу Ирана. Это сделали, прекрасно зная о том, что Ирак применяет химическое оружие. 1 ноября один из высших чиновников Госдепартамента Джонатан Хоув сообщил госсекретарю Шульцу, что Ирак «практически ежедневно применяет боевые отравляющие вещества (БОВ)». В декабре 1983 года Рейган направил в Багдад своего специального представителя Дональда Рамсфелда, чтобы тот встретился с Саддамом Хусейном. Американское посольство сообщало, что Саддам был «нескрываемо рад» визиту Рамсфелда и письму от президента. Рамсфелд заверил Саддама, что США сделают все возможное для прекращения поставок оружия в Иран57.

В марте следующего года Рамсфелд нанес Саддаму новый визит, одной из целей которого было убедить Саддама, что главной целью США является победа над Ираном, а не наказание Ирака за применение химического оружия. Говард Тайхер, эксперт СНБ по Ираку во времена Рейгана, позднее дал письменные показания под присягой, что Соединенные Штаты «активно поддерживали в войне иракскую сторону, предоставляя ей миллиардные кредиты, направляя в Ирак агентов разведки и военных советников, а также постоянно наблюдая за продажей оружия третьими странами, чтобы убедиться в том, что у Ирака есть все необходимые ему вооружения». Более 60 офицеров Разведуправления Министерства обороны США (РУМО) оказывали иракцам помощь в планировании боевых операций. Тайхер сообщил, что Кейси использовал некую чилийскую компанию для поставок кассетных бомб, с помощью которых можно было бы эффективно отражать массированные атаки иранцев58. Американские, английские и западногерманские производители оружия с готовностью удовлетворяли растущие потребности Ирака. С разрешения комитета по торговле американские компании поставили в Ирак штаммы сибирской язвы, которые впоследствии были использованы в иракской программе по созданию биологического оружия, а также инсектициды, которые могли быть использованы для создания БОВ. В феврале 1984 года иракские военные нагло объявили, что «захватчикам следует помнить о том, что на каждого вредителя найдется свой инсектицид, и сколько бы насекомых ни прилетело, у Ирака инсектицидов хватит на всех»59.

Иран затребовал расследования по линии Совета Безопасности ООН. США хранили молчание несколько месяцев, несмотря на то что их собственная разведка подтверждала обвинения Ирана. Критиковать Ирак за применение химического оружия они начали лишь в марте. Но когда Иран внес в ООН резолюцию с осуждением Ирака, посол США Киркпатрик уговорила другие страны не принимать «никаких решений». По предложению иракского посла в марте США сыграли на опережение, огласив в Совете Безопасности президентское послание, в котором осуждалось применение химического оружия, но вина Ирака не упоминалась ни разу. В ноябре 1984 года США восстановили дипломатические отношения с Ираком. И применение химического оружия растянулось не просто до конца войны с Ираном. В конце 1987 года иракские ВВС начали применять его против собственных граждан – курдов, обвиненных в пособничестве Ирану. Кульминацией кампании против мятежных деревень стала химическая атака на Халабджу в марте 1988 года. Несмотря на всеобщее возмущение в США, в том числе многих членов правительства, помощь американской разведки Ираку в 1988 году стала еще более интенсивной, а в декабре правительство разрешило продажу стране инсектицидов на общую сумму в 1,5 миллиона долларов. Инсектициды производились компанией Dow Chemical – главным поставщиком напалма во время вьетнамской войны.

Разъяренный применением химического оружия со стороны Ирака и молчаливым согласием США со столь отвратительными действиями, аятолла Рухолла Хомейни, который прекратил секретную ядерную программу шаха сразу после своего прихода к власти в 1979 году, объявив ядерное оружие противоречащим исламу, изменил свою позицию и в 1984-м эту программу возобновил.

Пока США усиливали поддержку режима Саддама Хусейна в Ираке, Рейган не прекращал напыщенную антисоветскую риторику и вел себя откровенно провокационно. В 1983 году он призвал участников ежегодного съезда Национальной ассоциации евангелистов в Орландо (штат Флорида) «открыто высказаться против тех, кто хочет поставить Соединенные Штаты в положение военной и моральной неполноценности… и не игнорировать исторические факты и агрессивное поведение империи зла»60. В ноябре 1983 года США разместили крылатые ракеты наземного базирования в Англии, а «Першинг-2» – в ФРГ. В том же месяце они провели учения «Искусный лучник – 83» – широкомасштабные маневры с имитацией применения ядерного оружия. К концу 1983 года американо-советские отношения ухудшились настолько, что достигли низшей точки своего состояния более чем за два десятилетия. Обе державы вели чужими руками войны по всему миру, а настоящая война между ними казалась вполне вероятной. Некоторые советские руководители считали, что США нападут на СССР непременно.

Воинственная риторика пугала общество. Получивший огромную популярность фильм «На следующий день», а также другие картины о ядерной войне привели к росту беспокойства и возникновению массового движения за прекращение гонки ядерных вооружений. И американские, и советские психиатры сообщали, что у детей вновь стали фиксироваться кошмары о ядерной войне, которых не было с начала 1960-х годов.

Даже разработчики ядерного оружия не были готовы к угрозе ядерной войны. Во время визита в СССР на физика Теодора Тейлора снизошло прозрение. Он описал его психиатру Роберту Лифтону, чьи исследования произвели революцию в сфере изучения влияния угрозы ядерной войны на человеческую психику:

«Гуляя по Красной площади в Москве, Тейлор видел множество новобрачных, посещавших Мавзолей Ленина и Могилу Неизвестного Солдата, и был поражен тем, какими счастливыми они выглядели. Он вспомнил ночь, когда у него родился ребенок: тогда Тейлор был не рядом с женой, а в Пентагоне, где изучал данные разведки, в том числе аэрофотоснимки центральных районов Москвы, и разрабатывал план нанесения ядерного удара. Стоя на Красной площади, он не мог сдержать слез: “Вид этих счастливых живых людей, гуляющих, заходящих в Мавзолей… Для любого человека помыслить о том, чтобы сбросить бомбу на все это, на этих людей – безумно… это симптом безумия”. Он ощущал подобное и раньше, но тогда в первый раз за всю жизнь “я действительно вступил на советскую землю и увидел, что я делаю, в мельчайших подробностях”. До этого Москва была не более чем “разделенной на квадраты территорией с различным уровнем радиации… давления и энергии… на квадратный сантиметр”, на которую нужно было сбросить “соответствующее количество бомб”».