Читать онлайн «Том 6. У нас это невозможно. Статьи». Страница 92

А сказав все это, мы тем не менее не можем так просто расстаться с Паскалем. За сумятицей его мыслей, возникшей, собственно, по воле автора, но, конечно, отражающей, как мы уже говорили, бредни сектантского толка, не раз отягощавшие поли тическую жизнь Американской компартии, мы видим, ощущаем моральное благородство этого человека. В конце концов он только рядовой функционер, и не ему нести полноту ответственности за те благоглупости, какие он вычитал в полутроцкистских листках. Быть коммунистом в США не просто. Но когда доходит до дела, рабочим Паскалем движет его классовое сознание. Возвышение Бэза Уиндрипа не застает его врасплох. Он не теряет времени на бесплодные терзания. Он готов к борьбе раньше других и действует. И автор, понимая это, сближает все-таки с ним Джессэпа. В концентрационном лагере они вместе, и стойкость Паскаля, его вера в будущее вызывают в редакторе «Информера» смешанное чувство удивления и уважения.

Синклер Льюис не коммунист, не марксист и не ходил с ними рядом. Он буржуазный либерал, из тех, однако, что испытывают жгучую, я бы сказал, свирепую ненависть к фашизму, точно такую, какой пронизаны «Успех» и «Семья Опперман» Фейхтвангера. В США за Льюисом прочно и очень давно утвердилась репутация «розового», «красного». Выпустить в США роман, реально поддерживающий Рузвельта, без некоторых выпадов в сторону СССР он, видимо, не решился, боясь скомпрометировать саму цель, которую он, как буржуазный демократ, поставил перед своим произведением, убийственно разоблачающим американский фашизм.

Я привожу это соображение лишь для того, чтобы ясно представить себе исторические условия, в которых появился этот роман, а также затем, чтобы точнее уяснить себе политическое кредо автора.

Любопытное подтверждение такого модуса, распространенного в либеральных кругах западной интеллигенции, можно найти на страницах дневника того же Уильяма Додда. Однажды к нему в посольство в Берлине пришел американский журналист Джон Спивак с просьбой помочь ему подобрать материал для книги о Германии. Додд пишет: «Я спросил его: «А почему не о России?» Поскольку его книга о немецкой пропаганде в Соединенных Штатах, изданная прошлой зимой, принесла ему признание в Америке, мне казалось, что он должен включить и Россию в свой труд; в противном случае его книга будет сочтена антинемецкой и прорусской». Додд с милой наивностью фиксирует реакцию Джона Спивака на это глубокомысленное соображение: «Он был несколько удивлен». Еще бы!

Мне неизвестно, воспользовался ли американский журналист советом посла — человека честного, умного, но ослепленного своей верой либерала в «третью силу», в возможность некоего баланса между коммунизмом и фашизмом. Что касается Синклера Льюиса, то он, к сожалению, как мы видим, отдал дань идее такого баланса.

Что побудило его так поступить? Опасался ли он обвинений в том, что «продался Москве», «завербован красными», и связанных с этим преследований? Действительно ли верил в те призраки казарменного социализма, которые он поселил в своем воображении на территории СССР? А может быть, слухи, которые носились по миру о начинавшихся в это время беззакониях культа личности, он, драматически ошибаясь, принимал за самую суть нашего общества? На эти вопросы я не берусь дать категорические ответы.

Время прошло. Автора нет в живых, и теперь уже не он судья своему роману, а единственно мы, читатели. И вот время, которое прошло, — оно-то и показало, в чем Синклер Льюис оказался прав, а в чем нет, в чем оправдались его пророчества, а в чем нет. Многое из того, что сказано в его романе об американском фашизме, удивительно оправдалось, до деталей, до мелочей. В памяти нашего читателя еще свежо все, что происходило в США во время подготовки и проведения выборов президента, начиная от убийства Кеннеди и кончая речами Голдуотера, казалось бы, списанными из сборника Бэза Уиндрипа «В атаку!».

А вот упреки в антипатриотизме, коммунистам США, оказались обидно несправедливыми. Жизнь утверждает другое. На войне, в боях американские коммунисты вели себя храбро, мужественно. Многие из них вернулись на родину с орденами и медалями. Факт этот широко известен и никем не может быть опровергнут.

Ну, а как насчет мыслей автора, будто идея социализма не способна вовлечь в свою орбиту никого, кроме русских, ставших добычей «большевистского эксперимента»? Европейский лагерь социализма… Куба на американском континенте… Алжир на африканском… Зачем я называю страны, перечисляю факты? Тот, с кем я сейчас спорю, не услышит, а наш читатель сам знает.

Не забудем только одно, и это Синклер Льюис повторил на страницах своего романа не один раз. Насилие над личностью, покушение на свободу человека, преследование — опасны, фашизм начинает с коммунистов, а кончает такими, как Дормэс Джессэп. И как жизненно необходимо, чтобы этим убеждением большого писателя прониклись во всем мире те слои интеллигенции, что испытывают сомнения, подобные тем, какие раздирали душу честного редактора из Форта Бьюла!

Если отношение автора к Советскому Союзу, куда он приезжал в 1927 году на самое короткое время и которого он, естественно, не знал, расплывчато и неуверенно, то ненависть его к махровой американской реакции, к темным силам той страны, где он родился, вырос и жил и которую он, естественно, знает прекрасно, отчетлива и беспощадна. А его либеральные иллюзии — это то, с чем советский читатель не первый раз сталкивается в произведениях буржуазных авторов.

Роман Синклера Льюиса буквально врывается в современную жизнь. Страстно и с великолепным знанием того, о чем он пишет, автор воюет против всех разновидностей американского фашизма. Тенденции развития общественной жизни в США делают ныне роман Синклера Льюиса злободневным, животрепещущим.

Роман Синклера Льюиса просветителен, хотя, как мы уже говорили, и ограничен в выводах. Но пусть никто не подумает, что он сделан преимущественно средствами публицистики. Автор великолепно владеет искусством психологического портрета. Лоринда Пайк, Сесилия, Тэзброу, Шэд и прежде всего сам Дормэс Джессэп живут на страницах романа в их печали, бедах, любви и ненависти.

Наслаждаешься язвительной иронией автора, восхищают его мгновенные переходы от сардонической насмешки к элегическому раздумью. При чтении романа рядом с вами все время стоит умный, тонкий человек, страдающий за свой народ, полный желания ему помочь.

Как жаль, что Синклера Льюиса уже давно нет в живых! Его перо сослужило бы большую службу прогрессивной Америке. Но есть его произведения, есть «У нас это невозможно» — роман, ломящийся в самые насущные проблемы времени и написанный с блеском и силой, захватывающими читателя. Выпуском в свет этого тома собрания сочинений Синклера Льюиса исправляется несправедливость. Роман выходит из тени забвения.

Прочтя «У нас это невозможно» и пробежав глазами свежий газетный лист, наш читатель скажет: «У них это есть!»

Янг, Брайхэм (1801–1877); Смит, Джозеф (1805–1844) — американские миссионеры, основатели секты мормонов, защищали полигамию.

ДАР — Дочери Американской Революции — реакционная женская организация.

Если б только Соединенные Штаты послушались ее в 1919 году… — В 1919 году после многолетней борьбы передовой общественности женщинам были предоставлены избирательные права.

Брисбейн, Артур (1864–1936) — популярный американский журналист, сотрудничавший в «желтой прессе» Херста.

Виллард, Освальд Гаррисон (1872–1949) — американский журналист, редактор и владелец либерального журнала «Нейшн».

Томас, Норман (р. 1884) — лидер американской социалистической партии.

Бэрд, Ричард (1888–1957) — адмирал, известный исследователь Арктики и Антарктики.

Адвентисты седьмою дня — одна из христианских сект, члены которой верят во «второе пришествие». Адвентисты отмечают субботу вместо воскресенья как день «отдыха бога».

Галахед — благородный рыцарь, герой цикла рыцарских романов, объединенных фигурой легендарного короля Артура (XIII в.).

Вуд, Леонард (1860–1927) — американский генерал, подавлял народное восстание на Филиппинах.

Муди, Дуайт Лимен (1837–1899) — священник-миссионер, бывший коммивояжер, проповедовавший «духовное обновление» обращение к «истинному христианству».

Льюи, Джордж (1837–1917) — американский адмирал, командовал тихоокеанской эскадрой во время испано-американской войны 1898 года.

Ага-хан — титул главы влиятельной мусульманской секты Помнившие войну 1812 года… — Имеется в виду война США с Англией в 1812–1814 годах.

Дуглас, Стивен (1813–1861) — американский государственный деятель, член сената, приобрел известность своими спорами с Линкольном по вопросу о рабстве.