Читать онлайн «Сражения, изменившие ход истории 1945-2004». Страница 66

Бейкер на востоке. Для арабского Востока аргументы были еще проще. Там Бейкер объяснил, что если Саддама не остановить, он всех загонит в халифат, и сам будет продавать всю нефть, лишив остальных привычных самолетов с фонтанами в салонах и белоснежных верблюдов с золотой сбруей. Шейхи согласились, может быть, не так охотно, как европейцы, но, в общем, дружно. Правда, арабские руководители попросили, чтобы в коалиции не было Израиля, воевать в одном строю с которым арабам по понятным причинам было не с руки.

Позиция Тель-Авива. Между тем Тель-Авив рвался в бой. Обезглавить арабскую коалицию, да еще прослыть авангардом сил, борющихся с тоталитаризмом, без риска схлопотать очередные санкции, израильтянам хотелось сильно. Если совсем по правде, то даже не самым большим «ястребам» Израиля было очевидно, что при любом развитии событий мстить Хусейн будет именно им. В магазинах Земли Обетованной был ощутим дефицит противогазов. Рядовые граждане страны по здравому размышлению скупили их, не сомневаясь, что Саддам, никогда не отличавшийся избытком совести, не остановится перед очередным попранием Женевской конвенции 1925 г. Кстати, любопытной деталью отечественных телерепортажей о частной гражданской обороне израильтян было то обстоятельство, что телевизионщики демонстрировали приобретение исключительно масок, чего для защиты от рецептур типа «Табун» совершенно недостаточно. Правительство то ли забыло объяснить избирателям это обстоятельство, то ли защитные комплекты у них уже были. Но это подробность — только маленькая деталь эпохального события.

«Патриот». Значительно интересней, как американцам удалось удержать союзника от решительных действии. За нейтралитет пришлось заплатить, перечислив па банковские счета Израиля крупное вспомоществование и направив туда несколько десятков батарей новейшего ракетно-зенитного комплекса «Патриот», способных сбивать иракские баллистические ракеты, не совсем верно отождествляемые журналистами с советской системой, именуемой по терминологии НАТО «Скад». «Патриоты» должны были защитить Израиль от ожидаемых ударов ракет с химической и бактериологической начинкой. Но об этой драме сказ впереди.

Численность коалиции. Вторжение Ирака в Кувейт привело к созданию коалиции. Всего в нее записалось 34 державы. Кто — из-за нефти, кто — чтобы пококетничать с Вашингтоном, кто и но необходимости. Главную роль в грядущих сражениях отвели войскам США, Великобритании и Франции. Арабов просили, в основном, допустить главных фигурантов до своих баз и аэродромов, а в остальном — не мешать. Прочих держали для числа и демонстрации единства мира перед всяческими вызовами.

Военные приготовления. В прилегающей к Ираку зоне развернулись военные приготовления, каких не случалось со времен Второй мировой. В Аравийской пустыне разместилось более 600 тысяч солдат самых разных национальностей. Многонациональные силы (МНС) имели в своем составе экзотических гвардейцев Османского султаната, Французский иностранный легион, но в основном форменный камуфляж имел типично американскую желтовато-коричневую расцветку. Американцев на берегах залива скопилось до 415-ти тысяч. Командовать МНС поручили, естественно, американскому генералу Норману Шварцкопфу, руководившему американскими силами в регионе с 1988 г.

В первой фазе операции, названной «Щит в пустыне», он должен был предотвратить возможность дальнейшей экспансии Ирака. Предотвращал Шварцкопф с типично американской широтой. В водах Красного моря и Персидского залива было сосредоточено 6 авианосцев, что в сумме давало более 500 самолетов и вертолетов различного назначения. Предположительно до 10 атомоходов с крылатыми ракетами (КР) на борту. Десятки боевых кораблей, имеющих такие же ракеты. Достоверно известно, что в арсенале флота имелись штатные ядерные головные части к ракетам «Томагавк» морского базирования.

К действиям авиационной группировки могло подключиться до 2800 боевых машин, частью размещенных непосредственно на театре боевых действий, частью находившихся на отдаленных базах в Англии, Италии, Турции, на островной базе «Сан-Диего» в Индийском океане. Приблизительно 10 % боеприпасов, предназначенных для ударов по Ираку, относилось к разряду высокоточного оружия, позволяющего уверенно поражать наиболее важные объекты противника. Сухопутные войска МНС обладали 15–20 % количественным преимуществом в оснащении техникой. Но фактически превосходство и в этой категории вооружений оценивалось как подавляющее.

Вооружения Ирака и соотношение сил. Боевая техника Ирака за редким исключением отвечала лишь требованиям, предъявляемым к оружейным системам 1970-х гг. Тогда как коалиция, особенно США и их европейские союзники, использовала боевые средства четвертого поколения, характерные для конца 80-х гг., когда произошел заметный технологический рывок, связанный с совершенствованием элементной базы. В результате реальное соотношение современной техники выглядело примерно так. В воздухе формально силы противников соотносились как 4:1 в пользу коалиции, фактически — 13:1, без изменения лидера. По боевым вертолетам, во многом определяющим успех сухопутных войск, фактически баланс определялся как 16:1. На «сухом пути» цифры так же были неутешительны для Ирака. Все усугублялось абсолютным превосходством союзников в средствах радиоэлектронной борьбы, разведки, управления и связи.

Невзирая на получаемую Багдадом информацию о приготовлениях МНС, отношение к ним оставалось пренебрежительно-равнодушным. В Ираке скептически оценивали возможности противника по двум причинам. Во-первых, опыта масштабного применения оружия четвертого поколения не имелось, и были основания предполагать, что его реальная эффективность окажется ниже проектной. Во-вторых, Хусейн и его окружение до конца не верили в настойчивое стремление США проэкспериментировать с первой после Вьетнама «большой войной».

Создание Ираком обороны. Иракские приготовленния к боевым действиям свелись к передислокации массы войск и техники в находившиеся под угрозой районы Кувейта и прилегающей зоны. Огневое превосходство врага предполагалось компенсировать созданием мощной оборонительной линии. По периметру захваченного эмирата и на границе с Саудовской Аравией были возведены фортификации, казавшиеся довольно внушительными. В Аравийской пустыне были насыпаны песчаные валы протяженностью более 100 км. Перед ними вырыли рвы, заполненные нефтью, которая при необходимости поджигалась, на подступах к основным позициям выставили около полумиллиона мин. Пустыня покрылась густой сетью траншей. Важные объекты маскировались со всей тщательностью, доступной в условиях открытой местности. Для отвлечения авиации противника были развернуты сотни ложных объектов, оснащенных высококачественными муляжами техники и вооружения.

В общей сложности систему укреплений в Кувейте и на Саудовской границе занимали два армейских корпуса. Еще один развернули для обороны побережья. В непосредственном тылу располагался 4АК, предназначенный для ликвидации возможных прорывов противника и нанесения контрударов. Развертывание войск указывало, что генералы Хусейна надеятся сделать из войны подобие ирано-иракского конфликта 1980–1988 гг., втянув противника в позиционные бои на линии границы.

Задачи коалиции. Задачей Шварцкопфа, напротив, было не допустить осуществление иракского сценария. Он лучше Хусейна знал возможности современных средств и не сомневался, что сможет обеспечить бесконтактные боевые действия с целью обескровить войска противника, разрушить структуру военного и государственного управления, а при возникновении необходимости, и среду обитания иракского социума. Благо, эта среда строилась на наиболее уязвимых урбанистических и отчасти индустриальных принципах. В отношении подобной инфраструктуры концепция воздушной мощи срабатывала безотказно. Информация о противнике была полной, поскольку в интересах МНС работала мощнейшая спутниковая группировка, обеспечивающая разведку, связь и возможность сверхточной навигации, позволяющей, к примеру, самолетам с точностью до 10 м и менее определять свое местоположение. На деле это означало, что, сбрасывая бомбы, летчик мог не смотреть вниз (конечно, если система работала).

Оценивая силовой баланс, янки не сомневались, что победа будет за ними. Сомнения вызывал лишь открытый вопрос потерь, которые заранее определить не брались даже специалисты по войнам четвертого поколения. Политическая вводная для операции была чрезвычайно жесткой, потери надлежало минимизировать, чтобы иметь возможность пояснить налогоплательщику, что обладание мировым господством не будет стоить большой крови. В начале января 1991 г., параллельно с развертыванием «пустынного щита», предпринимались попытки мирного урегулирования кризиса.