Читать онлайн «"ВСПОРОТЫЙ ЖИВОТ КУБАНСКОЙ КРЕОЛКИ."». Страница 109

…Меня мучил вопрос - что стало с адмиралом Сэмпсоном? Ответ я получила часа через три, подслушав разговор на мостике - адмирала подобрала канонерская лодка "Уилмингтон". А затем я увидела (мне показал это учтивый энсин), как над гордым "Бруклином" взвилось знамя командующего эскадрой. Тогда же я узнала о том, что потопленный американскими кораблями крейсер, оказался не испанским, а итальянским, и что теперь между Италией и САСШ разразиться серьезный скандал…

Но больше чем скандал меня угнетало то, как далеко зашел современный прогресс! Орудие стало настолько совершенным, что на потопление непотопляемого бронированного корабля потребовалось меньше четверти часа! И очень многие из тех, кто сумел спастись с "Нью-Йорка" останутся калеками и инвалидами на всю жизнь! Неужели нельзя придумать менее жестокие орудия войны? Неужели нельзя вести войны, как ведут их благородные люди - по-джентльменски? Джентльмены на дуэли всегда дерутся по строгим правилам в присутствии посредников. Почему нельзя распространить это правило и на ведение войн? Ведь это ужасно, когда молодые американские парни, еще не имеющие семьи и детей, истекают кровью у тебя на глазах, и не ты, и никто из окружающих не может им помочь…"

- ----------------------------------------------

* В "Амазонас" попало 17 снарядов. 1-254 мм и 2-150 мм, 4-57 мм с итальянца, 1-203 мм с "Нью-Йорка" и 9-102 мм с "Нью-Йорка" и "Уилмингтона". Наибольший ущерб нанес 203-мм снаряд с "Нью-Йорка", пробивший корпус ниже ватерлинии, и выведший из строя паровую машину правого борта, из-за чего, крейсер до конца войны не мог выдавать скорость более 14 узлов.

Не смотря на то, что бой прошел совершенно бестолково, он подвергся углубленному анализу со стороны морских специалистов. Гибель "Нью-Йорка" от снаряда, залетевшего в амбразуру башни (по итальянской версии), заставила задуматься об уменьшении амбразур орудийных башен. Некоторые теоретики предлагали от них отказаться, считая, что башни приносят только вред, и съедают полезный вес, который можно использовать для установки дополнительного вооружения. Американцы же придерживались двух версий - подрыв на мине, сброшенной итальянцами "под ноги" "Нью-Йорку" и взрыв угольной пыли в полупустом бункере, расположенном рядом с погребом. Официальной считалась версия подрыва на итальянской мине, с помощью нее американские политики пытались обвинить итальянцев в тайной поддержке Испании в начавшейся войне.

** Кэтлин Блейк Уоткинс (в девичестве Екатерина Фергюсон, до 1884 года - Уиллис), известна также как "Кит", родилась 20 февраля 1856 года в местечке Кастлеблэйкеней (Castleblakeney), Ирландия. Эмигрировала в Канаду. Двое детей от второго брака. С 1889 года, редактор женской колонки "Woman's Kingdom" в торонтской газете "Toronto Daily Mail", и автор газетных публикаций, в том числе про знаменитого "Джека-Потрошителя". Первая в мире официальная женщина-военный корреспондент, была аккредитована Правительством САСШ, для освещения хода испано-американской войны.

Речь Альберта Бевериджа, произнесённая им 25 апреля 1898 года в Конгрессе САСШ при принятии резолюции об объявлении войны Испании.

Соотечественники!

Бог одарил нас прекрасной землей; землей, которая может накормить и одеть мир; землей, чья береговая линия могла бы охватить половину стран Европы; землей, стоящей, подобно часовому, между двумя величественными океанами земного шара; более великой Англией с более благородной судьбой. Он поселил на этой земле могущественный народ - народ, возникший из самого решительного в истории человеческого рода; народ, постоянно пополняющийся зрелыми, мужественными, работящими людьми со всего мира; народ высшей категории в силу своего могущества, по праву созданных им институтов, властью продиктованной им свыше цели - пропагандистов, а не попрошаек истории. Бог даровал своему избранному народу славную историю, историю, тон которой задал Колокол Свободы, историю героическую, исполненную веры в нашу миссию и в наше будущее: историю государственных мужей, распространивших границы нашей Республики на неизведанные земли и дикие территории; историю солдат, пронесших знамя через пылающие пустыни и гряды враждебных гор к вратам заходящего солнца; историю постоянно умножающегося народа, за полвека прошедшего сквозь весь континент; историю пророков, предвидевших последствия зол, унаследованных от прошлого, и мучеников, умерших во имя нашего спасения от этих зол; историю божественно логичную, в процессе творения которой мы сегодня участвуем.

Таким образом, в текущей кампании возник вопрос, являющийся больше чем партийным вопросом. Возник американский вопрос. Возник вопрос всемирного масштаба. Должен ли американский народ продолжать свой непреодолимый марш к торговому господству над миром? Должны ли свободные институты расширять свое благословленное царствование, по мере того как дети свободы обретают силу, пока система наших принципов не овладеет сердцами всего человечества?

Разве нет у нас миссии, которую следует выполнить, разве нет долга перед нашими собратьями, который следует исполнить? Разве Бог наделил нас дарами за пределами наших пустынь и отметил нас как народ, пользующийся Его особым благоволением, лишь для того, чтобы мы загнивали в нашем собственном эгоизме, как поступают люди и государства, избравшие трусость своим уделом, а себя - в качестве божеств, как поступают Китай, Индия и Египет?

Следует ли нам вести себя как человеку, обладающему лишь единственным талантом и скрывающему его, или как человеку, обладающему десятью талантами и использующему их, пока они не принесут богатство? Будем ли мы пожинать плоды, ожидающие нас по выполнении нами наших высоких обязанностей? Будем ли мы завоевывать новые рынки для продукции, взращиваемой нашими фермерами, производимой нашими фабриками, продаваемой нашими коммерсантами, да и, с Божьей помощью, новые рынки для всего того, что будут нести в своих трюмах наши суда?

Должны ли мы снабдить себя новыми источниками товаров, которых мы не выращиваем и не производим - предметами роскоши сегодня, но товарами первой необходимости завтра? Должна ли наша торговля распространиться на Океанию, Восток и весь мир, должна ли американская торговля стать имперской торговлей со всем миром?

Должны ли мы направлять мощнейшую торговлю в истории с помощью самых лучших денег, известных человечеству, или должны использовать для этого деньги бедноты Мексики, Китая, или Чикагской программы?

Какие великие достижения есть у действующей администрации? Нет провалов в сборе налогов, не ведётся вечное сражение между законодательной и исполнительной ветвями власти, не висит со стороны европейских синдикатов угроза не оплатить нам векселя на суммы в десятки миллионов долларов наличными, никто не говорит о национальном унижении. Прошедшие два года всем этим отмечены не были - прошедшие два года, которые расцвели в четыре роскошных месяца славы!

Но одна война всё-таки ведётся - самая священная война, которую вело одно государство против другого - война за цивилизацию, война за вечный мир, война, которая с Божьей помощью, откроет Республике врата торговли со всем миром. И первый вопрос, на который вам предстоит ответить поддерживаете ли вы эту войну? Нам говорят, что все граждане и каждая партия поддерживают эту войну, и я с патриотической радостью свидетельствую, что это правда. Но эта поддержка существует лишь среди нас, тогда как мы теперь живём не только для себя. Эти события приковали к себе внимание всего мира, наблюдателями на них выступают все государства Земли. Если действующая администрация проиграет войну, то, как Англия сможет удостовериться в том, что мы великое государство? Если администрация проиграет войну, будет ли у Германии, этого бессонного искателя новых рынков для своих товаров, и потому успешно вмешивающейся в международные споры, отбита охота мешать нам вести торговлю? Если администрация проиграет войну, будет ли Россия, плетущая паутину торговли, в которую попадают территория за территорией, народ за народом, смотреть на нас, как на равноценный народ?

Мир сегодня наблюдает за нами. Нет в Европе ни одного министерства иностранных дел, которое бы не изучало Американскую республику, и не следило бы за событиями 1898 года с таким вниманием, с каким никогда раньше. Покажет ли американский народ себя самым непостоянным среди всех наций? "В этом случае нам легко будет управлять им" - говорят дипломаты всего мира.

Скажите мне, какой результат будет лучше, принимая во внимание великие державы, с ревностью смотрящие на нас - поражение от рук американского народа действующей администрации, ведущей нашу войну за завоевание мира, и решающей крупнейшие, со времён Революции, иностранные проблемы, или поддержка этой администрации со стороны американского народа, как того требуют национальные интересы?