Читать онлайн «Шёл четвёртый день войны». Страница 119

С облаков вывалился "Ар-2" и высыпал свой бомбовый запас на главный монитор. Вслед вышел в атаку еще один бомбардировщик, за ним третий, четвертый ... Отбомбившись, "ары" шли за тучи, делали новый заход и снова бомбили. Пикировщики вываливались из облаков над монитором и сразу же шарахались, трепещут огнем зенитных автоматов "Свитязя" и бронекатеров флагманского эскорта, стреляющие по самолетам вплотную. От страха перед зенитками они не могли попасть в корабль и бомбы взрывались вокруг, заливая палубы монитора и "броняшок" прикрытие водяными потоками.

Командир авиационного полка - а именно он возглавил первый вылет истребителей - оставил одно звено для прикрытия штурмовиков, а двумя атаковал советские бомбардировщик. "Беркута" удалось повредить только один, тот, что именно атаковал "Свитязь", и он ушел со снижением на север. И немедленно оказалось, что здесь есть и "яки". Десять Як-1, выскочив из-за туч, сделали попытку напасть на штурмовики в тот момент, когда те атаковали беспорядочную обоз бронекатеров, которые на всех парах отходили вверх по Днепру. Произошла стремительная, мгновенная стычка. Четыре украинских истребителя, охранявших штурмовики, сцепились в одном клубком с "яками". Но уже через тридцать секунд этот клубок распался - три "которая" вивалися с него и упали в воду прямо на катера, которые отходили. Другие стремительно прыснули в разные стороны, пытаясь как можно быстрее скрыться в облаках. "Якам" не удалось сбить ни одного нашего самолета.

Побег советских кораблей от начала и до конца проходила на глазах летчиков. Бомбардировочный полк действительно сделал только два вылета, но штурмовики висели над разбитой флотилией "красных" все время и истребители тоже до самого конца находились в воздухе, обеспечивая защиту своих кораблей от ударов советской авиации. Время от времени в воздухе возникали короткие стычки с "яками", неизменно заканчивались поражением "красных", и штурмовики и вертолеты флотилии наносили по кораблям отходили, удар за ударом, не встречая, по сути, никакого противодействия "сталинских соколов". ..

Короткий осенний день закончился рано. Над Днепром загустела вечерняя тьма и только на берегах великой славянской реки ярко пылали остовы погибших советских кораблей.

Колокола громкого боя

С северо-запада, из полесских болот предрассветной ветерок волнами накочував сладкие запахи мха, торфяников и клевера, и вдруг все они исчезли. Могучая река властно придавила земные запахи своими - запахом воды, рыбы и водорослей, всегда волнующими. Впитав в себя влагу полесских ручьев, рек, озер и болот, вливает здесь Припять свои воды в могучее течение Днепра. В ночной тишине слышится только тихий шорох волн, предрассветной ветерок катит на песчаный пляжик миска при слиянии Днепра и Припяти. Сейчас здесь тишина и только ночная река то шепчет в желтых песках берегов. На мысе артиллерийская батарея, развернув шесть длинных стволов береговых орудий, жуткими их жерлами всматривается в речной простор. Через ночные светофильтры башенный дальномер очередной пушки прощупывает противоположный берег.

Целая эскадра сейчас проходила на траверзе мыса. Два мощных мониторы с морскими длинноствольных пушками в башнях - одна над другой - уверенно и неотвратимо шли на юг, в украинскую столицу, вокруг шмелями жужжали катерное тральщики, а впереди рыскали вьющиеся пивглисеры, розвидуючы путь бронекатера и мониторам, выискивая украинский речные корабли. Но никого не находили.

В башне батарейного пункта управления, на пригорке немножко выше закопанных в песчаные капониры артиллерийских установок, - над брустверами пушечных окопов одни стволы пушек протянулись до речного пространства, - артиллерийские электричества став очков дальномера, видели, как тесно купчився за рубками бронекатеров в серых шинелях и черных бушлатах "красный" десант. Приближенные двадцатикратно оптикой, поблескивали во влажной полутьме стволы винтовок и пулеметов. На корме конечных бронекатеров задрали вверх коротенькие стволы маленькие, словно игрушечные, противотанковые пушечки батальонной артиллерии. Два последних "бычка" тянули на буксире понтоны, на них, прикрытые брезентом, составленные посередине в ряд ящики с боеприпасами. За боевыми кораблями - транспорты с основными силами десанта.

Серыми тенями скользнули мимо замаскированной батареи бронекатера "красных", за ними долго тянулся караван самоходных барж с десантом, с танками, автомобилями, пушками ... Глухо постукивая дизелями проползали канонерские лодки с зенитными пушками и малокалиберными автоматами - защита десантного эшелона от атаки с воздуха. Последними проходили понтоны на буксирах у катеров.

Двумя кильватерными колоннами шли мониторы, бронекатера, канонерские лодки, транспорты и самоходные баржи с десантом и боевой техникой. Курс строго на зюйд, прямо в столицу Украины.

Над батареей пронесся ветер - и мыс поражал предполагаемым безлюдьем, никого не видно под маскировочными сетками, в ровиках и траншеях. Никого лишнего, все - под броню башен, в блиндаже, под накат и бетонные плиты наблюдательных пунктов. Старший лейтенант Ольховский скользнул в щель люка БПУ [56] и башня встретила командира спокойной деловитостью чистоты и тишины. Все уже заняли свои места, дело только за ним. Старший лейтенант бросил свое тело в кресло центральной наводки к дальномера. За сильной оптику осматривал корабли противника, выбирал первую цель, в окружении живых душ и бездушных механизмов, которые будут исправлять ошибки людей - срывы их нервов, просчеты глазомер ...

- Готово? - Спросил. И старшина сбил шлемофон со лба на затылок. - Порядок!

Так, полный порядок. Первый сигнал на бронированные башни 90-миллиметровых универсальных орудий. Подчиняясь воле людей багатонни глыбы брони, пушечной стали, бронзы, прицельной оптики и электроприборов поехали налево, перекатываясь на подшипниках башенного лафета. Перед наводчиками побежали по циферблатам стрелки, указывая прицелы и целики. В башнях взвыли моторы, подавая в магазины унитарные снаряды - длинные цилиндры с острыми рыльцами, почти в рост человека.

- Что ж, начинаем работу. Товсь! - Глухо бахкалы люки в башнях, серый мрак рассвета просачивается внутрь через узкие щели призм перископов и растворяется в зеленоватом сумраке ламп.

В журнале боевых действий старший офицер батареи бесстрастно заметил время: "4 час 48 минут: на батарее объявлена боевая тревога. 28 боевых вымпелов, 40 транспортных судов, противник идет вниз по Днепру ... "Длинные стволы орудий вели цели жуткой чернотой своих зрачков и - молчали. По плану батарея выжидала, пока неприятельские корабли полностью войдут в ловушку, чтобы потом запечатать наглухо выход, не позволяя ни одному советскому кораблю вырваться обратно. В орудийных башнях механизмы заряжания подали на лотки снаряды, раскрылись черные пасти казенник, досылателем со звоном бросили в них длинные унитарий и пасти орудий заглотнула у себя снаряды были готовы сорваться в полет. Семь дальномеров - на каждой артиллерийской башне и батарейном пункте управления - включены в общую цепь автоматики, звенья которой сходятся на пульте БПУ командира батареи. В наушниках наводчиков и командиров орудий начинает звучать характерно биение пульса боевой автоматики.

- Первая пушка к бою готова! - Огоньки готовности засияли на пульте автомата стрельбы.

- Вторая пушка ..., третья пушка ..., четвертая ...! - Старший офицер принял доклады командиров орудий и, в свою очередь, доложил Ольховскому: - Товарищ командир, батарея к бою готова!

Теперь остается только ждать команды, ждать, когда погонят "освободителей" назад ...

Рассекая стволами муть осеннего рассвета, батарея развернулась на замыкая корабли флотилии "красных". Все готово к выстрелу. В башнях ждали ревуна и тогда батарея начнет работать, оправдывая перед народом центнера мяса, хлеба, масла, сахара, сотни метров полотна, бязи и трикотажа, - все, что она съела и сносила за месяцы своего существования. Наступал момент, ради которого учились, служили и получали звания и деньги люди, наглухо закрытые сейчас в этих броневых коробках ...

- Что же мы молчим? - Вздох кого из наводчики в наушниках, как шелест. - Вот и хвост уже ...

- Не спеши, - ответил командир батареи невидимом собеседнике, - когда они обратно побегут, мало нам не покажется. Успевай только пот с усов вытирать! - И засмеялся. - Лучше полотенца приготовь!

Над Днепром потекла с юга грязная серо-черная дымная пелена. Она была плотная, но ветер поднимал ее, как поднимают над сценой занавес после короткого антракта. Комбат пришелся по очков дальномера. На бортах вражеских кораблей уже видны буквы, нарисованные белилами от ватерлинии до среза полубака.