Читать онлайн «Лучшее за год III. Российское фэнтези, фантастика, мистика». Страница 128

Сам «Хиус» тоже выглядит совершенно фантастическим летательным аппаратом. Теория фотонных ракет зародилась как раз в середине 1950-х годов. Но даже популяризаторы смущенно писали, что строительство кораблей на фотонной тяге — дело отдаленного будущего. И проблема тут не в том, что взрывная термоядерная реакция требует десятилетий на освоение, гораздо труднее решить проблему зеркала-отражателя. В повести она успешно решается с привлечением новой области науки — «мезоатомной химии, химии искусственных атомов, электронные оболочки в которых заменены мезонными». Вы думаете, подобная область может возникнуть без серьезных подвижек в информационных технологиях? А вот я сомневаюсь, что может…

На то, что еще на заре Мира Полдня произошла информационная революция, есть несколько указаний в тексте «Страны багровых туч». Видеофон в кабинете конструктора Краюхина и в больничной палате, мощная роботизированная инфраструктура на орбите Венеры, электронный курсовычислитель на «Хиусе».

Похоже, революция случилась в начале 1960-х годов. То есть космическая экспансия развивалась параллельно с интенсивным развитием компьютерной техники, которая продолжает называться «электронно-вычислительной» в силу того, что прорыв по этим двум направлениям был осуществлен в Советском Союзе, а не на Западе. Иначе как объяснить наличие компактных атомных реакторов, устанавливаемых не только на космические корабли, но и на вездеходы? Какой должна быть система регулирования у таких реакторов? Уж точно не ручной!

Косвенное подтверждение этой гипотезе мы находим в рассказе «Спонтанный рефлекс» (1958), который исследователи творчества братьев Стругацких традиционно относят к Миру Полдня. В рассказе описан робот, — которого советские специалисты готовят специально для Управления в межпланетных путешествиях. В роботе спонтанным образом зарождается искусственный интеллект. Мы сегодня пока не можем похвастаться значительными достижениями по этому направлению.

А если заглянуть дальше?

«Испытание СКР» (1959). XXI век. Подготовка межзвездной экспедиции. Система кибернетических разведчиков — автономная, самообучающаяся. «Создание такого механизма потребовало отказа от классических форм кибернетической техники — полупроводников, губчатых метапластов, волноводных устройств. Необходимо было принципиально новое решение, и оно было найдено в использовании замороженных почти до абсолютного нуля квантовово-рожденных сложных кристаллов с непериодической структурой, способных претерпевать изомерные переходы в соответствии с поступающими сигналами».

«Великий КРИ» (1961). XXII век. Огромный вычислительный центр, способный собирать и обрабатывать рассеянную информацию, воспроизводить целые эпизоды из прошлого. «Великий КРИ не только коллектор рассеянной информации. Это необычайно сложная и весьма самостоятельная счетно-логическая машина. В ее этажах, помимо миллиардов ячеек памяти и логических элементов, помимо всевозможных преобразователей и фильтров, есть собственные мастерские, которыми она сама управляет. При необходимости она надстраивает себя, создает новые элементы, строит модели. Это открывает широкие возможности. В настоящее время она, например, ведет дополнительно всю калькуляцию австралийской экономической сферы, используется для решения многих задач общей кибернетики, выполняет функции тончайшего диагностика, имея при этом отделения во всех крупнейших городах Земли и на некоторых внеземных базах».

Присутствуют в Мире Полдня и пресловутые нанотехнологии. Достаточно вспомнить рассказ «Поражение» (он же — «Белый конус Алаида», 1959) и описание Желтой Фабрики в новелле «Самодвижущиеся дороги» из романа «Возвращение» (1963).

Чтобы все это стало реальностью, необходима революция в сфере обработки и передачи информации. Такая штука, как КРИ, по большому счету возможна, только если создан и запущен в серию квантовый компьютер Фейнмана с бесконечным быстродействием. А нуль-транспортировка? Не есть ли это частный случай применения квантового компьютера?

Таким образом, мы приходим к выводу, что без информационной революции, произошедшей в начале 1960-х годов, космическая экспансия по плану Стругацких была бы просто невозможна. И Стругацкие предусмотрели это, описав скупыми мазками технологии, которых не было, да и не могло быть на то время в нашей реальности.

Кстати, о нашей реальности. Самым значительным космическим проектом XX века стала высадка на Луну. Главный приз в битве политических систем и технологий взяли американцы. Но какой ценой? Были потрачены миллиарды долларов, астронавты в ходе полетов испытывали настоящие физические страдания, одна экспедиция («Аполлон-13») едва не погибла, — но земляне даже не сумели закрепиться на Луне, с 1972 года мы не летаем никуда дальше орбиты. И одной из причин космической «паузы» является слабая развитость средств связи и информационных технологий. Посылая человека к другой планете, мы должны обеспечить надежную многоканальную связь, а это килограммы полезной нагрузки. Мы должны обеспечить надежную электронно-вычислительную базу, при этом желательно, чтобы часть этой базы находилась на самом корабле, а это килограммы полезной нагрузки. Системы жизнеобеспечения должны работать без перебоев, в автоматическом режиме, а это килограммы полезной нагрузки. Двигатель также не должен управляться вручную, а если это будет атомный реактор — тем более. Значит, снова все упирается в электронику. Информационная революция дает шанс значительно снизить нагрузку, на порядки увеличив возможности автоматизированных систем космического корабля. А насколько упрощается проектирование и отработка узлов, когда у вас есть сети и портативные компьютеры! Или вы полагаете, что наличие десятков тысяч чертежниц и копировальщиц по всей стране повышали производительность труда инженеров? Пусть уж лучше в «Tetris» или «Lines» играют.

И все же почему братья Стругацкие, столь прозорливо разглядевшие скорое наступление информационной революции и увязавшие с ней прорыв человечества в межпланетное пространство, не описали в своих произведениях ноутбук и мобильник? Ведь это так просто — допустить, что вычислительная техника станет компактной и сможет умещаться в чемоданчик, а уж мобильные телефонные аппараты были описаны фантастами еще в середине 1920-х годов.

Сергей Переслегин, который верит в реальность и непротиворечивость Мира Полдня, не может полагать это просчетом авторов и пишет, что отсутствие мобильных устройств обусловлено тоталитарной сущностью коммунизма: мол, изначально на свободное распространение сетей и вычислительной техники были наложены жесткие ограничения, а потому они появились с большой задержкой — чуть ли не в конце XXII века.

Я же думаю, что причина в другом. Стругацкие не решились описать носимые вычислительные устройства, подобные КПК или ноутбуку, и сети, подобные Фидонету или Интернету (хотя, если судить по опубликованной переписке, нечто похожее приходило им в голову), потому что считали: с появлением таких устройств и сетей значительно изменится и сам человек. И это будет незнакомый им человек, психологию и мотивацию которого описать из нашего времени практически невозможно.

Братья Стругацкие не учли опыт XX века, в течение которого человечество прошло путь от паровых машин до космических кораблей. Оказалось, что человека трудно изменить. Никакая техническая новинка не способна переделать наше отношение к миру и к себе подобным. Не переделали нас и ноутбуки с Интернетом. Возможно, когда-ни-будь будет создана Великая Теория Воспитания, которая явит миру Нового Человека. Но до тех пор следует исходить из того, что, несмотря на течение времени и научно-технические прорывы, мы остаемся «почти такими же»…

Марина и Сергей Дяченко последние полтора десятилетия стабильно входят в первую десятку русскоязычных писателей-фантастов. Марина Дяченко начала литературную карьеру раньше, чем научилась писать, — она автор изданных в одном экземпляре книжек «Сказка про паровоз» и «Проделки вора». Поступила в Киевский театральный институт, игрывала на сцене, в том числе даже и Дездемону, но так и не сумела найти себя в публичном творчестве. Сергей Дяченко в прошлом врач, психиатр и кандидат биологических наук. Окончил ВГИК (сценарный факультет), автор сценариев изрядного количества научно-популярных и художественных лент, среди которых наиболее известны телеэпопея «Николай Вавилов» и художественный фильм «Голод-33»; лауреат Государственной премии Украины, покорял представительные кинофестивали, получал премии «Литературной газеты» и журнала «Огонек». Совместный творческий путь супругов начался в 1994 году, с романа «Привратник», который был признан лучшим дебютом на «Евроконе-96». С тех пор из-под пера соавторов вышло более двух десятков романов, в том числе такие примечательные произведения, как «Ведьмин век» (1997), «Пещера» (1998), «Долина Совести» (2001), «Пандем» (2003), «Варан» (2004), «Vita Nostra» (2007). Работали Дяченко и в соавторстве: романы «Рубеж» (1999) и «Пентакль» (2005) написаны совместно с Андреем Валентиновым и Генри Лайоном Олди. Лауреаты огромного количества литературных наград, включая «Еврокон», «Роскон», «Интерпресскон», «Бронзовую улитку», «АБС-премию», «Золотой Кадуцей», «Басткон» и «Большой Зилант». В 2008–2009 годах на большие экраны вышел фильм Федора Бондарчука «Обитаемый остров» по повести братьев Стругацких, сценарий которого создали Дяченко. Киевские писатели не ограничиваются фэнтези, многие их произведения можно отнести скорее к литературе «магического реализма».