Читать онлайн «Сны Великого князя. Дилогия (СИ)». Страница 24

*Справочно:

Тоже не вполне фантастика. В нашей истории именно Николай II при одобрении в июле 1895 года представленного ему доклада о семилетней программе судостроения настоял на своем «твердом желании», чтобы в оную программу был включен еще один крейсер типа «Россия». Так в русском флоте появился еще один броненосный крейсер «рейдерского» типа — «Громобой».

Сказать, что японский проект, ряд характеристик которого в полученных разведывательных данных к тому же оказался завышен в сравнении с реальными, наделал под шпицем шороху — не сказать почти ничего. И Чихачев, и Лихачев, и Дубасов, и сам великий князь прекрасно понимали, что столкновение в бою с подобным противником для строящихся «бородинцев», предназначенных для тихоокеанского театра, в их текущем виде может оказаться фатальным. Нужно было принимать экстренные меры — и таковые воспоследовали.

Заручившись согласием императора — убеждать в необходимости корректировки высочайше одобренного проекта зачарованного грозными с виду крейсерами «старой школы» с их многочисленной бортовой (и почти не защищенной) артиллерией Николая II пришлось всем составом руководства Морского ведомства, — спуск на воду практически готового корпуса головного «Бородино» отменили буквально в последний момент, постройку кораблей временно приостановили, а проект экстренно переработали под башенно-казематное расположение орудий. Для того, чтобы при этом не слишком выйти за проектное водоизмещение, были снижены толщина поясной брони и запас угля, но все равно со всеми внесенными в проект улучшениями перегрузка вышла весьма значительной — по 700–800 тонн на корабль. В итоге поясная броня крейсеров этой серии, изменить расположение которой уже не представлялось возможным, практически полностью ушла под воду, а скорость, несмотря на превышение мощности машин по сравнению с проектной, на испытаниях составила от 18,88 до 19,2 узла* (по техническому заданию — 19). Срок окончательного ввода в строй новых кораблей пришелся на период с августа по ноябрь 1899 года.

*Техническая информация:

«Бородино», «Очаков», «Полтава», «Кагул» («замещают» «реальноисторические» «Адмирал Нахимов», «Рюрик», «Россия», «Громобой»): постройка — 1894–1895/1899 годы, Россия, Тихоокеанская эскадра, эскадренный броненосный крейсер, 2 вала, 3 трубы, 11125/11500 т, 130,0/132,59/20,19/8,31 м, 13500 л.с., 19,0 уз, 1500/1875 т угля, 6000 миль на 10 уз., броня Гарвея, пояс по ВЛ (90,98х2,36 м) — 152 мм (с середины начинает утоньшаться к нижней кромке до 102 мм), траверзы пояса по ВЛ — 152 мм, палуба (карапасная со скосами) — 57/51 мм (в пределах пояса по ВЛ — соответственно скосы и плоская часть)/76 мм (карапасная в носу и корме вне пояса по ВЛ), казематы 152-мм орудий — 114 мм (бок и траверзы)/38 мм (тыл)/25 мм (крыша и пол), элеваторы боезапаса 152-мм орудий — 38, барбеты башен ГК — 127 мм, башни ГК — 152 мм (бок)/51 мм (крыша), боевая рубка — 229 мм (бок)/57 мм (крыша), коммуникационная труба — 114 мм, дымоходы (между броневой и батарейной палубами) — 38, 2х2-203х45, 12-152х45, 12-75х50, 12–47, 4-37, 2-63,5-мм десантные, 2 пулемета, 4-381-мм т.а. (подводные, 12 торпед), 40 мин заграждения.

На флоте эти корабли чаще всего называли «бородинцами».

Стоимость каждого корабля — около 10,75 млн. руб.

Спешный характер переделки проекта сказался на качестве проектирования и изготовления башен главного калибра. Ввиду загруженности заказами Путиловского и Металлического заводов их изготовление доверили Обуховскому сталелитейному заводу, не имевшему дела с башенными установками со времен изготовления главной артиллерии для «Петра Великого» и балтийских башенных фрегатов. В результате башни «бородинцев» конструктивно существенно отличались от производимых двумя прочими заводами (так, вращающийся стол у них был цилиндрический, а не эллиптический, как в прочих уравновешенных установках, но ось вращения сдвинута по отношению к оси подачной трубы назад), имели уже несколько архаичные ко времени окончания постройки данных крейсеров гидравлические приводы наведения и в целом считались одними из наименее удачных среди всех имеющихся на кораблях русского флота*. Максимальная скорость новых крейсеров также уже не вполне соответствовала тактическим установкам, бытовавшим в военно-морских кругах ко времени начала ими своей службы.

*Справочно:

В нашей истории, судя по сведениям в выпуске «Морской коллекции» N 2 за 1997 год (А.Б.Широкорад, «Корабельная артиллерия Российского флота 1867–1922»), описываемые конструктивные особенности и недостатки имели произведенные ОСЗ башни шестидюймовых орудий, установленные на трех броненосцах типа «Севастополь» и на «Ростиславе».

Куда большее значение, чем строительство «бородинцев», имело происходившее в то же время очередное усиление минных сил российского флота. Так как опыт создания минных крейсеров типа «Абрек» определенно не в полной мере удовлетворил руководителей Морского ведомства, продолжение поиска специалистами МТК оптимального типа крупного миноносца было вполне естественным. И помощь в этом деле внезапно пришла с той стороны, с которой ее совсем не ждали.

Английский промышленник Альфред Ярроу, разобиженный на родное британское Адмиралтейство за передачу сторонним фирмам чертежей машин созданных им миноносцев «Хэвок» и «Хорнет», а также за «подачку» в виде заказа лишь трех из тридцати восьми аналогичных кораблей, счел свой долг перед Туманным Альбионом выполненным и начал активно искать заказы на стороне. И первым делом с предложением построить «уничтожитель миноносцев усовершенствованного типа со скоростью хода в 29 узлов» он уже в начале января 1894 года обратился именно в Санкт-Петербург.

Инициатива Ярроу в русском Морском министерстве, ответственные чины которого и сами уже задумывались над чем-то подобным, пришлась, что называется, ко двору. И после проведенных переговоров 30 мая в Лондоне был заключен контракт на постройку двух миноносцев ценой по 39500 фунтов стерлингов каждый.*

*Справочно:

Обстоятельства получения А.Ярроу заказа, кроме числа заказанных кораблей и их стоимости, полностью соответствуют таковым в нашей истории.

Новые российские миноносцы проектировались А.Ярроу на основе чертежей «Хорнета» — первого дестройера фирмы, оснащенного водотрубными котлами собственной конструкции. Вместе с тем, Лихачев определенно не хотел простого повторения английского проекта — он вынашивал мысль изрядно утереть нос морякам надменной «владычицы морей» и получить корабли более совершенные, чем британские. И в лице Альфреда Ярроу он нашел достаточно послушное орудие для выполнения своих пожеланий.

Прежде всего, в российском варианте корабли немного подросли в основных размерениях, несколько увеличилось их водоизмещение — с 275 до 300 тонн в полном грузу — и сообразно была увеличена мощность машин для достижения контрактной скорости. Для изготовления корпусов миноносцев была применена никелевая сталь повышенной прочности. Изменилось и вооружение — один носовой и один двухтрубный палубный торпедный аппарат сменили два однотрубных палубных, а артиллерию как ввиду недовольства составом вооружения «абреков», так и для того, чтобы уж точно переплюнуть англичан с их одной 76-мм и тремя 57-мм пушками, председатель МТК постановил иметь в составе двух 75-мм и двух 47-мм орудий*. Также была увеличена емкость угольных ям, оборудованы командирская каюта и каюты для унтер-офицеров и внесен ряд иных изменений в сравнении с британским прототипом.

*Справочно:

Про слабость вооружения миноносцев российского флота в русско-японской войне не говорил разве что ленивый. Однако стоит вспомнить, что в нашей истории вооружение именно из двух 75-мм и дополняющих их четырех 47-мм пушек применили еще на минном крейсере «Абрек» в результате решения, принятого МТК 1 мая 1896 года. То есть верный технический ход уже был сделан, но, увы, до его повторения дело так и не дошло. В этой реальности, где корабль, подобный «Абреку», так и не появился (название «Абрек» здесь носит совсем другой минный крейсер), предполагается, что первым носителем сходного состава вооружения стали именно миноносцы типа «Сокол». А уже затем удачный опыт был распространен на все последующие типы предвоенных эскадренных миноносцев. Соответственно, при не слишком отличающемся от реального общем количестве 75-миллиметровок, произведенных до и во время войны, на кораблях 1-го и 2-го ранга будущих проектов количество этих пушек не превышало в итоге 12–16 единиц (но лучше уж так, чем иметь батареи из 24 таких орудий на трех «реальноисторических» крейсерах типах «Диана» и «Громобое» при «никакой» артиллерии русских миноносцев).