Читать онлайн «Бунт на продажу: как контркультура создает новую культуру потребления». Страница 49

Безумие все чаще начинает рассматриваться как форма подрывной деятельности, а безумные идеи, вне зависимости от их содержания, — как подрывные идеи. Подобно психоаналитику, который воспринимает гнев и оборонительное поведение со стороны пациента как признак того, что терапия начинает «куда-то проникать», критик общества воспринимает отзывы о себе как о сумасшедшем в качестве сигнала, что его вопросы и теории затронули некую нелицеприятную правду. Дальнейшим правильным действием будет продолжение расспросов, но никак не их прекращение.

Чтобы увидеть, до какой степени романтизировано сумасшествие в контркультурном мышлении, достаточно лишь просмотреть некоторые издания, выпущенные медиакомпанией Disinformation. Классический пример контркультурного предпринимательства — компанию Disinformation — лучше всего можно охарактеризовать как оптового продавца альтернативной культуры. В биографическом очерке основатель компании Ричард Метцгер описывается как человек, который «хочет вести большой бизнес: стать Тедом Тернером сумасбродной журналистики и контркультуры… Он зарабатывает на жизнь, продавая контркультуру, или, скорее, психологический шок, который испытывают некоторые люди, наблюдая, как социальные табу разбиваются вдребезги». Его цель — развитие бренда подрывной деятельности.

Издания компании Disinformation по большей части содержат в себе беспорядочную мешанину альтернативного мышления. Беда в том, что под «альтернативным мышлением» здесь понимается все, что противоречит общепринятому мышлению, и под эту категорию начинает подпадать многое — от радикальной критики общества до совершенно бредовых идей. Так, материалы авторитетных критиков Ноама Хомски и Арианны Хаффингтон (которая, несмотря на вычурность высказываний, достаточно серьезный автор) оказываются в компании статей, в которых утверждается, что людей давно клонируют, а подсластитель аспартам ядовит, что Северную Америку в древности населяли пигмеи, а Вселенная наделена сознанием. Любой сигнал здравомыслия быстро затухает посреди всего этого бреда.

Погоня за причудливым приняла еще более экстремальную форму в британском телешоу под названием Disinformation, продюсируемом Метцгером. Здесь компания Disinformation в духе фильмов о путешественнике Роберте Рипли устроила прославление причуд в сочетании с очарованием «глупым поведением, запечатленным на видео» а-ля Fox-Television. Демонстрировались «экстремальные» кадры, запечатлевшие людей, поджигающих друг друга, женщину, у которой зашивают вульву, интервью с жертвой контроля ЦРУ над разумом и дискуссии с изобретателем машины времени. И конечно, не была забыта «дойная корова» для бизнеса компаний типа Disinformation — уфология. Предприниматели от альтернативного мышления сделали такие деньги на привлечении всеобщего внимания к НЛО, что шумиха на эту тему быстро превратилась в часть меинстрима.

Программы Disinformation не более нелепы, чем зрелища на телеканалах меинстрима, где конкурсанты в реалити-шоу «Фактор страха» поедают живых сороконожек и ложатся в чан, полный тараканов, или где одной из самых заезженных тем стала борьба полицейских с инопланетянами, похищающими людей. Но в отличие от реалити-шоу Disinformation воспринимает себя очень серьезно. Ее руководители уверены, что ведут политическую деятельность- они раздвигают границы, бросают вызов общепринятым представлениям и таким образом подрывают систему. У многих людей отношение к их продукции также совершенно серьезно. Журнал LA Weekly в своем ревю под названием Disinformation: The Interviews настаивает, что за акцентированием внимания на сумасбродах и сумасбродстве кроется серьезное намерение: «Этот упор на магическое изменение мира силой воли на первый взгляд может показаться эксцентрикой, однако он указывает на важный аспект дезинформационной программы.

Когда анатомирование пропаганды и исследование альтернативных теорий пробуждает людей, позволяя им увидеть, какой паутиной лжи они окружены, примеры поступков шутников и хулиганов дают им право ввести в игру свои собственные выдумки. Это магия в стиле Уильяма Берроуза, выявляющая, какая из нынешних технологий работает лучше всего — культурная диверсия, борьба с рекламой или постепенное разрушение превалирующих общепризнанных представлений».

За всем этим можно разглядеть знакомую нам тему Ги Дебора и Жана Бодрийяра. Мы живем в обществе спектакля, в мире, где все представляет собой лишь изображение, иллюзию. Матрица реальна; она вокруг нас. Поэтому какая разница, что реально, а что фальшь? Имеет значение лишь борьба за то, кто получит власть над реальностью.

Беда в том, что «подрывная деятельность» такого рода продолжается уже более сорока лет и без видимых результатов. Все, чем разродилась медиакомпания Disinformation, не более причудливо, чем то, что показывают на кабельных каналах. А вчерашняя альтернатива — это всего лишь сегодняшний мейнстрим. Поучительно, что в 1960-х малотиражные подпольные журналы (принципам которых следует Disinformation) сыграли роль тягловой лошади для литературного истеблишмента. И тогда делались радикальные заявления о «продырявливании превалирующих общепризнанных представлений». В 1968 году Дуглас Блейзек написал: «В наше время литература — это огненное колесо, прожигающее головы большего числа людей, чем когда-либо раньше, в основном молодых людей, которые прежде узнали о газовых камерах, а потом — о мороженом и каруселях». Далее он сделал обзор некоторых наиболее популярных подпольных изданий: ENTRAILS под редакцией Майка Берарди, сменившего Джина Блума (отбывающего срок за хранение травы и занятого обращением в свою веру заключенных тюрьмы Синг-Синг) служит отличным лекарством от скуки, будучи прямо-таки переполненным безумством и умопомрачительными новостями. Прочитайте о новой процедуре опознания личности по отпечатку пениса, о веселом судье, сказавшем «от одного до трех лет, Синг-Синг», о монахине, которая произносит слово fuck, а также обзор каталога Sears весна/лето 1967.

Сколько можно подрывать систему «без эффекта», прежде чем возникнет логичное сомнение в средствах подрывной деятельности? Безумство — это делать снова и снова то, что дает результат, противоположный ожидаемому, и совсем уж полное сумасшествие — думать, будто любые проявления радикализма такого рода способны разрушить систему. Сколько еще десятилетий потребуется, прежде чем мы поймем, что монахини, произносящие слово fuck, не имеют отношения к радикализму, а способны лишь рассмешить?

Вот краткий перечень вещей, которые в течение последних 50 лет считались экстремальными средствами, подрывающими систему: курение, длинные волосы у мужчин, короткие — у женщин, бороды, мини-юбки, бикини, героин, джаз, рок, панк-рок, рэгги, рэп, татуировки, волосы под мышками, граффити, серфинг, мотороллеры, пирсинг, узкие галстуки, отсутствие бюстгальтера, гомосексуализм, марихуана, рваная одежда, гель для волос, прически «ирокез» и «афро», противозачаточные пилюли, постмодернизм, клетчатые брюки, овощи, выращенные на органике, армейские ботинки, межрасовый секс. В наши дни любой пункт из этого перечня можно увидеть в рядовом видеоклипе Бритни Спирс (разве что за исключением волос под мышками и овощей, выращенных на органике).