Читать онлайн «РЯВанш!». Страница 82

           В день великого сражения в Японском море 5-я эскадра линейных кораблей, пять старых броненосцев, осталась в опустевшем после ухода Соединенного флота Сасебо. Командующий эскадрой вице-адмирал Цучия Мацукане несколько раз собирал совещания командиров кораблей, чтобы ознакомить с ходом происходящей на севере битвы. Первые сообщения по радио от адмирала Ямая вызвали ликования - потоплен один и тяжело повреждено еще два вражеских дредноута, силы русских полностью расстроены, обращены в бегство и продолжая нести тяжелые потери. Это было похоже на новую Цусиму! Однако на следующем, вечернем совещании сообщили уже о гибели двух японских линейных крейсеров - "Хиэй" и "Кирисимы". Такие вести наполняли сердца горькой скорбью. Адмирал Мацуканэ потребовал хранить сведения о погибших японских кораблях в строжайшей тайне. В Сасебо продолжали шумно праздновать победу над русскими. Уже ночью, на третьем совещании командирам броненосцев стало известно о новых потерях - линкорах "Ямасиро", "Фусо" и линейном крейсере "Конго". Русские, как объявлялось, тоже потеряли много кораблей, однако новой Цусимы теперь явно не получилось. Даже если эскадра Колчака была полностью разгромлена, Соединенный флот, по существу, тоже потерял боеспособность.

           На том же ночном совещание было объявлено о подготовке старых линкоров к выходу в море. Дредноуты Колчака должны были получить такие повреждения, что справиться с ними могли даже старые линейные корабли, если только за ночь с русскими не покончат японские миноносцы. Ранним утром 5-я эскадра вышла из Сасебо. В порту остались только переведенные в корабли береговой обороны "Фудзи" и "Суво", бывший русский "Победа". Пять броненосцев, основное вооружение каждого из которых состояло из четырех 12-дюймовых орудий, взяли курс на север. Вице-адмирал Мацуканэ держал флаг на идущим первым в кильватерной колонне самом знаменитом корабле Японии - броненосце "Микаса". Именно на нем пятнадцать лет назад адмирал Того одержал свои величайшие победы в войне с Россией. В кильватере за флагманом держались другие корабли, победители русских эскадр, "Асахи", "Сикисима", за ними шли их бывшие противники - трофейные "Ивате", бывший русский "Орел", и "Хидзен", когда-то называвшийся "Ретвизаном".

           Растянувшийся на морской глади строй больших военных кораблей, вздымающих белые буруны своими тяжелыми таранами, представлял собой величественное и грозное зрелище. Увы, время броненосцев прошло, и эти корабли с высокими надпалубными надстройками представляли собой не более, чем историческую реликвию, вроде парусных фрегатов. Но пока старые корабли по-прежнему гордо резали исхоженные ими воды! В походе броненосцы должны были прикрывать двенадцать малых эсминцев из 5-й минной флотилии. Догнать броненосцы минная флотилмя должна была уже в море. Идти без прикрытия миноносцев Цусимским проливом, где уже были замечены русские субмарины, многим казалось необдуманным риском, однако адмирал Мацуканэ спешил в бой, уповая на береговую патрульную авиацию. Однако пока в воздухе не было замечено ни одного японского самотела.

           В 11 часов дня, когда эскадра благополучно вышла из Цусимского пролива, впереди заметили три больших корабля. Вначале их приняли за возвращающие в Сасебо линкоры адмиралов Ямая или Сузуки. Однако радисты не могли наладить контакт с неизвестными судами, а в эфире ясно слышалась близкая работа станций на русском языке. Когда до идущих навстречу кораблей оставалось менее 170 кабельтовых, сомнений уже не оставалось. Это были русские линейные крейсера-сверхдредноуты типа "измаил". Каких-либо внешних повреждений у них не было видно. Противник держал высокую скорость, значит и с двигательными установками у них тоже всё было в порядке. Появление русских дредноутов у самых берегов Японии казалось невозможным, но это произошло. Их не смог остановить даже Соединенный флот! Смогут ли это сделать устаревшие броненосцы?!

           Цучия Мацуканэ отдал приказ о последовательном повороте на обратный курс. Почти никто из его офицеров не был согласен с тем, что адмирал с пятью кораблями решил отступать перед тремя вражескими. Схватка большой эскадры броненосцев с несколькими дредноутами не казалась заведомо безнадежной. В конце концов, сами русские в недавней германской войне не боялись вступать в бой, имея против немецкого "Гебена" несколько своих броненосцев. Однако силы были заведомо не равны. Все пять японских кораблей с их общим залпом из десяти 305-мм орудий были слабее единственного "измаила" с его двенадцаться 356-мм стволами. Правда, у японцев было примерное равенство с русскими в средней артиллерии: двадцать семь 152-мм и три 203-мм орудия эскадренного бортового залпа против тридцати шести 130-мм бьющих на один борт орудий русских кораблей. Будь такое соотношение пятнадцать лет назад, Мацуканэ мог бы на что-то надеяться. Но сейчас, при современной дистанции боя средний калибр опасен только для эсминцев, в столкновении линкоров его можно не учитывать. И, главное, превосходство в скорости, благодаря которому адмирал Того выиграл при Цусиме, на этот раз будет у русских.

           Преследующие "измаилы" повисли на правой раковине японцев, на глазах сокращая дистанцию. Старые паровые машины броненосев не могли соперничать с русскими турбинами, хотя котельные и машинные команды японцев старались из последних сил. Эскадра поворачивала на зюйд-вест, пусть это и помогало противнику быстрее сократить дистанцию. Но там, на юго-западе, были острова Цусимы. Если японцам удастся туда добраться, у разбитых кораблей появится шанс затонуть на мелководье, тогда команды могут надеяться на спасение. Уже через полчаса после начала погони, когда русские были в 70 кабельтовых, замыкающий "Хидзен" оказался под накрытием их залпов. Он сразу же получил попадание в районе шкафута. Снаряд пробил броневую палубу и разорвался в котельном отделении.

           Второе сражение в Цусимском проливе стало полной противоположностью первого, в мае 1905 года. Теперь, в 1920-м году уже русские корабли практически безнаказанно избивали снарядами японские броненосцы. Один из них - трехтрубный "Хидзен" уже выкатился из строя, окутанный клубами дыма и пара.

          - Константин Петрович! - контр-адмирал Веселкин решил, что настал момент вернуться к руководству бригадой. - Зачем стрелять по "Ретвизану"? По "Микасе" вести огонь надо!

           Иванов Тринадцатый не удостоил адмирала ответом. Да, Ушаков учил первым уничтожать вражеский флагман. Но на русском флоте была и другая традиция. При Синопе Нахимов первым делом сжег бывший "Рафаил", захваченным в прошлой войне турками. "Почитая фрегат сей впредь недостойным носить Флаг России и служить наряду с прочими судами нашего флота, повелеваю предать оный огню!" Сам Иванов в четвертом году в бою под Ульсаном, еще лейтенантом, как последний уцелевший в бою офицер отдал приказ затопить старый "Рюриком", но не отдавать крейсер японцам. Другие захваченные японцами корабли, в том числе и знаменитый "Варяг", в мировую войну вернулись в Россию, но тогда Япония считалась союзником. Теперь же трофейные японские броненосцы вновь сражаются с кораблями под Андреевскими флагами. Само существование таких ренегатов есть позорное пятно, которое необходимо стереть при первой возможности!

           - Распределить цели! Мы переносим огонь на "Микасу", "Кинбурну" стерлять по "Иватэ", "Наварину" добивать "Хидзен"!

           "Микаса", старый боец с охваченным огнем спардеком и сбитой грот-мачтой, продолжал яростно отвечать на огонь "Бородино" из всех четырех повернутых на правый борт башенных орудий. У "Микасы", единственного на эскадре броненосцев, старые 12-дюймовые пушки успели заменить на новые с длиной ствола в 45 калибров. По головному "Бородино" стреляли и "Асахи" с "Сикисимой", хотя их короткоствольные 12-дюймовки едва доставали до русских. Пару или тройку раз "Бородино" попадал под накрытия. Тогда на палубу обрушивалась вода от близких высоких всплесков, свистели, прносясь в воздухе, осколки. Контр-адмирал Веселкин поспешил спуститься в бронированную рубку, но Иванов Тринадцатый оставался на мостике, даже когда крышу штурманской рубки пробила сбитая с мачты брам-стеньга. В верхней части дымовой трубы появилось несколько осколочных пробоин, а попавший в полубак 12-дюймовый снаряд взорвался в сухарном отделении, запорошив всё вокруг облаком ржаной пыли... Следующее попадание привело к пожару в отсеке гидравлических машин, поблизости от погребов боеприпасов главного калибра. Пожар был быстро потушен, но погреба 2-й башни пришлось затопить. Единственное попадание в "Кинбурн" было из 8-дюймового орудия с "Ивами". Оно пришлось в главный броневой пояс и оказалось без пробития и последствий. Гораздо сильнее досталось "Наварину", пораженному залпом задней башни "Хидзена" прямо в кормовой плутонг батареи левого борта. Взорвавшийся в каземате японский снаряд уничтожил 130-мм орудие и вызвал детонацию сложенных боеприпасов. Взрыв, прокатившийся ударной волной по батарейной палубе, заклинил на время вращение 4-й башни главного калибра и вывел из строя кормовые дизель-генераторы. Было разрушено и несколько расположенных ниже офицерских кают, в одной из них находился заключенный под арест главарь недавнего мятежа Дыбенко.