Читать онлайн «Эйнштейн учился без карточек. 45 эффективных игровых упражнений для детей от 0 до 6 лет». Страница 75

Глава 10

Новая формула необыкновенного воспитания

Альберт Эйнштейн стал великим ученым не потому, что его разум усвоил огромное количество информации, но потому, что он был великим мыслителем – и это величие проявлялось в процессе. Мать Эйнштейна была пианисткой и организовала для него уроки музыки начиная с 6-летнего возраста. В течение нескольких лет никаких особых успехов Альберт не демонстрировал. Но когда ему исполнилось 13, он внезапно проникся страстью к сонатам Моцарта и стал замечательно играть на скрипке. «Любовь – лучший учитель, чем чувство долга», – эти слова цитируют как высказывание Эйнштейна о его музыкальных достижениях.

С другой стороны, Эйнштейна не надо было понукать к развитию логических способностей. Будучи еще совсем маленьким, он всячески старался делать все «правильно» и был необыкновенно настойчив в преодолении препятствий. Его увлекали игры, требовавшие решения задач и головоломок. Он всегда с удивительной тщательностью создавал затейливые конструкции из кубиков, а позднее – из игральных карт. Пойдя в школу, Эйнштейн преуспел и в учебе. А когда он не был занят уроками, предпочитал проводить время в стимулирующей интеллект деятельности, например играя с металлическим конструктором и моделью паровой машины, которую подарил ему один из родственников. В возрасте 11 лет Альберт любил читать книги по науке и философии, которые были бы непонятны большинству его сверстников. Примерно в то же время его очаровала математика, и он принял решение доказать теорему Пифагора.

Какие уроки мы можем извлечь, заглянув в детство Эйнштейна? Если выразиться в двух словах, Эйнштейн сам выбирал свой путь.

Какие уроки мы можем извлечь, заглянув в детство Эйнштейна? Если выразиться в двух словах, Эйнштейн сам выбирал свой путь. Значительная часть его обучения в детстве происходила в процессе игры. Родители и родственники уделяли внимание его интересам и поддерживали их занятиями, игрушками и книгами – при этом, очевидно, давали ему свободу делать то, что ему нравилось. Эйнштейн мог быть самим собой, решать задачи, которые его интересовали.

Если мать Эйнштейна никогда не учила его по карточкам, почему же современные родители решили, что они должны муштровать своих дошкольников, заставляя зазубривать не связанные между собой факты, учить их читать еще до того, как они пойдут в детский сад, и выполнять арифметические действия, когда малышам еще и трех лет не исполнилось? Почему многие воспитатели и администраторы детских садов делают упор на учебно-ориентированные программы, которые практически не оставляют детям времени для самостоятельной игры? И почему правительственные чиновники так стараются найти способ количественного исчисления того, чему учатся дошкольники, и превратить его в формулу для измерения потенциала ребенка и его будущих жизненных успехов?

Все эти усилия продиктованы благими намерениями. Родители, учителя и чиновники хватаются за воспитательные мифы нашей культуры и применяют на практике новейшие рекомендации. Однако эти «новейшие рекомендации» мало связаны с настоящей научно-исследовательской базой. Несмотря на юмористический пессимизм цитаты, приведенной в начале этой главы, наука действительно прошла за последние 30 лет долгий путь, раскрывая тайны роста и обучения детей, находя способы, которыми мы, как родители и воспитатели, можем помочь детям быть счастливыми, одновременно реализуя их интеллектуальный потенциал. К несчастью, научная информация на своем пути к родителям и воспитателям серьезно искажается.

Как только мы поймем эту проблему, мы сможем предпринимать решительные действия и вновь создавать нормальную жизнь для самих себя и своих детей. В заключительной главе мы покажем вам, как это сделать. Однако вначале важно понять преобладающие в нашем обществе ложные воззрения, которые движут современными воспитательными и политическими решениями. Затем с помощью предлагаемых нами четырех руководящих принципов воспитания счастливых и разумных детей вы обнаружите способы, которыми достижения науки можно легко применить в своих семьях и образовательных учреждениях. Усвоив такой взгляд на вещи, вы сможете достичь более благоприятного баланса в семейной жизни, пересмотреть комплекс понятий, объединяемых словом «успех», и взглянуть на развитие ребенка в новом свете. Вы сможете здраво мыслить, сопротивляться искушениям и сосредоточиваться на главном, бродя по торговому центру или разговаривая со своими друзьями о секциях и развивающих программах, в которых «просто необходимо» участвовать вашим малышам.

Если проводится так много исследований по темам, связанным с детьми, тогда почему практическое применение сделанных открытий так отстает от науки? Почему мы так скупо применяем научные данные в своих семьях и классах? В нынешней гонке за воспитание маленьких гениев, уводящей нас все дальше от практики, основанной на научных доказательствах, повинно стечение нескольких факторов – чувства вины, страха и поверхностная квазинаучная информация.

В большинстве современных семей работают и мать, и отец, и часто их рабочий день длится дольше, чем у предшествующих поколений. Если уж мы не можем сами позаботиться о своих детях, мы хотим быть уверенными, что они будут в самых надежных руках, в самых лучших учреждениях, чтобы ни одна минута того времени, которое они могли бы провести с нами, не была потеряна. Мы, матери и отцы, ощущаем себя виноватыми в том, что не можем постоянно быть рядом с детьми, и хотим найти такую замену себе, которая обеспечит нашим детям все необходимое им образование. Мы опасаемся, что воспитатели наших детей недостаточно хороши, и полны решимости сделать то время, которое нам все-таки удается проводить с детьми, значимым для них – «полезным» досугом.

Еще один наш мотив – страх. В условиях становящейся все более непредсказуемой мировой экономики мы хотим снабдить своих детей наилучшим «оружием» против возможных неудач. Мы хотим гарантий, что наши дети будут способны оставаться на плаву в мире, где нельзя быть уверенным в своей работе, ведь действительно, никакой карьерный путь нынче не бывает абсолютно безопасным. В таком мире лучшая защита – упреждение.

Наконец, нас дезориентируют и приводят в растерянность крохи наукообразной информации, которые мы выхватываем из газет, журналов и с экранов телевизоров. За последние несколько десятилетий ученые сделали потрясающие открытия о том, как происходит процесс обучения детей. Но в погоне за сенсациями журналисты часто оставляют сложности и подробности за кадром и выдают нам «сухой остаток». В этом-то и кроется ловушка. Новости (и промышленная продукция) не смогут привлечь внимание публики, если станут призывать к сохранению статус-кво. «Просто играйте с детьми – и все будет отлично» – такому заголовку не хватает драматизма и блеска. «Ученые рекомендуют: сделайте своего ребенка умнее» – а вот это цепляет наше воображение и способно успокоить родителя-перестраховщика.

Страх, вина и наукообразие создали панику, которой поддаются родители и воспитатели. Эта паника стала заразной и привела нашу культуру к четырем нездоровым выводам, которыми мы руководствуемся в воспитании детей. Прочтите: не покажется ли вам что-то из этого знакомым?

Девиз нашего общество «дорожных бегунов» – «чем быстрее, тем лучше». Идет ли речь о еде, о топливе или даже о снижении веса, все наше бытие строится вокруг скорости и реализации проектов за минимально короткое время.

Мы как общество полны решимости максимально ускорить когнитивное и социальное развитие своих детей. Мы не только требуем от них изучения учебного материала во все более и более раннем возрасте; мы даже одеваем их как маленьких взрослых, покупая детскую одежду в модных бутиках. Как говорят антропологи, мы испытываем дискомфорт из-за разности в компетенции, которую ощущаем между собой и своими детьми, поэтому мы занимаемся заместительными практиками «самопонижения» и «подтягивания детей» до своего уровня. Снижая собственный уровень, мы приспосабливаем свое поведение так, чтобы оно соответствовало поведению ребенка, – например, упрощаем речь настолько, чтобы дети «могли нас понять». Когда же мы подтягиваем ребенка до своего уровня, то строим взаимодействие с ним так, будто он уже опередил свой текущий уровень развития – например, воспринимаем каждое телесное отправление младенца как признак первых попыток пообщаться с нами. Ни один из этих подходов сам по себе развитию ребенка не вредит, может даже его ускорить. Проблема заключается в том, что такого рода практики могут доходить до абсурда, поскольку различия между детьми и взрослыми все больше предаются забвению. Когда мы записываем совсем маленьких детей на познавательные занятия и в развивающие кружки, мы чрезмерно торопим их, лишая детства и естественной детской деятельности. Мы все тщательнее лепим из них собственные подобия – неуравновешенные, суетливые, беспокойные и тревожные.