Читать онлайн «Цвет сверхдержавы - красный 4 Восхождение. часть 2». Страница 115

Гиды отвечали честно, как и было предписано инструкцией:

— Конечно, такой автобус заметно дороже легкового автомобиля, поэтому его чаще всего берут напрокат, на месяц, или на выходные, иногда — компанией.

Это объяснение тут же вызывало новые вопросы, сначала — искреннее неподдельное удивление:

— У коммунистов есть прокат автомобилей? Не может быть!

Один из гидов отшутился:

— Сначала пробовали сдавать напрокат медведей. Но были проблемы — медведя надо кормить каждый день, а автомобиль — только пока мотор работает. Да и управлять медведем может не каждый, рулить проще. Поэтому перешли на прокат автомобилей.

Второй шквал вопросов вызвали сроки проката:

— А почему автомобиль берут в прокат на целый месяц?

— На весь отпуск, это же очевидно!

В этот момент треск шаблонов снова был слышен невооружённым ухом:

— У вас что, отпуска длятся месяц?

— Если точнее — 28 календарных дней.

— Быть не может! США — самая лучшая и передовая страна в мире, а у нас отпуск — только 12 дней, да неделя на рождественских каникулах! Вы нам врёте! Какие могут быть отпуска в ГУЛАГе?

В ответ гиды показывали фотографии крымских, кавказских и азовских пляжей, заполненных народом. Солнце, море, песок, женщины во вполне современных купальниках, вызывали шок и недоверие. Один пожилой джентльмен, с характерной военной выправкой потребовал:

— Я в войну водил в Мурманск корабли в составе транспортных конвоев. Там нет таких пляжей! Там сплошной снег! Вы можете показать на карте, где это снимали?

Его подвели к карте мира, показали, затем расстелили на столе карту черноморского побережья. Обескураженный джентльмен долго втыкал в карту, чесал затылок, затем ответил:

— Вам удалось меня удивить.

Помимо автомобилей, на выставке были показаны новые советские тракторы и навесные сельскохозяйственные машины, самоходные шасси. МАЗ-543 американцев, конечно, впечатлил. Но заметно больший интерес у рядовых посетителей вызывали товары бытового назначения — часы, фотоаппараты, бытовая радиоаппаратура, электроника, телевизоры, бытовая техника, в том числе советские стиральные машины-автоматы и посудомоечные машины. Вся привезённая техника была рассчитана на американский стандарт частоты тока — 60Гц. Всё можно было включить и опробовать в работе. Для телевизоров пришлось даже разработать специальные конвертеры сигнала из NTSC в SECAM, чтобы советские телевизоры могли принимать американские телепередачи. Однако качество изображения конвертированного сигнала было ниже, чем могли показать советские кинескопы, рассчитанные на большее количество строк изображения. Чтобы американцы могли на выставке сравнить качество изображения своих и советских телевизоров, на выставку привезли передвижную телестудию и показывали советские художественные фильмы.Сравнение оказалось не в пользу американских — стандарт NTSC имел 480 строк изображения против советских 525.

Но самыми поразительными экспонатами на выставке оказались мобильная связь и спутниковая навигация. Многие американцы читали в газетах перепечатки европейских статей о Брюссельской выставке 1958 года, и уже слышали о советской системе мобильной связи. Но одно дело — прочесть в газете, и совсем другое — держать в руках настоящий, работающий телефон, величиной с портсигар, с непривычными пластмассовыми кнопочками вместо диска, и узким, однострочным дисплеем, на котором при нажатии появляются на янтарном фоне цифры набираемого номера. Да ещё и дисплей сделан не на привычной электронно-лучевой трубке, а на неведомых «жидких кристаллах». Само понятие «жидкого кристалла» в 1959 году было известно лишь очень узкому кругу западных специалистов.

По соглашению с телефонной компанией, на время выставки в Нью-Йорке смонтировали базовую станцию (АТР), с выходом на городскую телефонную сеть. Посетители выставки с удовольствием звонили родственникам и знакомым, делились впечатлениями, и каждый изумлённо рассказывал, что говорит «с русского беспроводного телефона»:

— Представляешь, эта штука весит чуть больше фунта! И никаких проводов, вытягиваешь антенну, набираешь номер и говоришь!

Эти звонки работали как вирусная реклама выставки, за счёт них её гостями стали в несколько раз больше американцев, чем рассчитывали изначально устроители. Пришлось даже допечатать дополнительный тираж билетов.

Несколько телефонов, разумеется, украли. Но ничего революционного аналитики технического отдела ЦРУ в них не нашли. Схема выставочных образцов была собрана на дискретных элементах, собранных на обычной печатной плате и залитых компаундом в единый водонепроницаемый блок. Революционной была концепция радиотелефона, переключаемого автоматически от одной базовой станции к другой, и позволяющего разговаривать с улицы. Доступа к аппаратуре базовой станции у американцев не было, а по одной только клиентской части разгадать её схему было непросто, проще выходило купить лицензию.

Аналогично воспринимались спутниковые навигаторы и автоматические судовые курсопрокладчики. К ним проявляли немалый интерес, и не только специалисты. Многие посетители спрашивали:

— А для автомобилей такой прибор сложно сделать?

Гидам оставалось отвечать лишь одно:

— Как только электроника позволит — обязательно сделаем.

Станки, ЭВМ, макеты атомных электростанций, атомного ледокола «Ленин» и самого большого в мире синхрофазотрона, строительная техника, оборудование для погрузки контейнеров, биотехнологии переработки отходов в США вызывали интерес разве что у специалистов. Значительно больше внимания привлекли советские пассажирские самолёты и вертолёты. На выставку привезли модели лайнеров Ту-114, Ил-18, Ан-10, вертолётов Ми-6, Эр-1.(АИ частично).

Американская сторона категорически возражала против показа в Нью-Йорке советских дирижаблей, объясняя свою позицию опасениями общественности, и недоверием к крупным дирижаблям гражданского назначения после катастрофы немецкого дирижабля «Гинденбург». Все аргументы относительно использования в советских дирижаблях пожаробезопасного гелия, устойчивой даже к ураганному ветру полужёсткой конструкции во внимание не принимались. Было очевидно, что американское решение было вызвано политическими мотивами. Пришлось исключить из планов экспозиции участие дирижаблей типа «Киров» и «Гудованцев». Запланированное катание посетителей выставки над Нью-Йорком не состоялось.

Из полноразмерных образцов в аэропорту Нью-Йорка все желающие могли осмотреть межконтинентальный авиалайнер Ту-114, а прямо в выставочном комплексе «Колизей» показывали малый самолёт Ан-14 и вертолёт Ка-18 (АИ). Он вызвал заметный интерес своей необычной соосной схемой, многие спрашивали, нельзя ли его купить. Вертолёт был доработан, увеличена высота колонки несущих роторов, применены долговечные лопасти из композитных материалов. Успех Ка-18 на выставке сказался на отношении к нему американской администрации. В 1960 году Ка-18 первым из советских летательных аппаратов получил американский сертификат лётной годности. (АИ, в реальной истории первым был Ка-26 на несколько лет позже)

Ещё больший интерес вызвал своей универсальностью Ка-26, представленный на выставке одним из опытных образцов. Американцы по достоинству оценили концепцию «летающего шасси», тем более, что у Сикорского с 1958 года разрабатывался значительно более тяжёлый вертолёт близкой концепции — знаменитый «летающий кран» S-64 Skycrane, позднее получивший армейское обозначение CH-54 Tarhe. К нему тоже могли подвешиваться грузовая платформа, пассажирский салон-контейнер и грузы на внешней подвеске.

В околоавиационной прессе США начались жаркие споры на тему: «Кто у кого спёр идею?» Точки над «ё» расставил лично Сикорский, подтвердивший, что в августе 1958-го, когда Ка-26 совершил первый полёт (АИ, в реальной истории — 18 августа 1965-го, хотя двигатель АИ-14 в 1958 г уже был, и препятствий для создания подобного вертолёта на агрегатах Ка-18 в общем, не было), его CH-54 существовал только в виде первых эскизных прорисовок, да и характеристики обеих машин были слишком разными. СН-54 впервые взлетел лишь 9 мая 1962 г, хотя уже существовал его предшественник — опытный вертолёт S-60 с поршневым двигателем, совершивший свой первый полёт 25 марта 1959-го.

Экспонатов на выставке было много, на самые различные темы. Был показан большой макет новейшего аэродрома, с радиоуправлением, цветное телевидение, применяемое в хирургии, приемники стереофонического звучания.

Неожиданностью для американцев стали советские суда на подводных крыльях и на воздушной подушке. В создании СПК советского приоритета не было — первые суда на подводных крыльях разрабатывали итальянец Энрико Форланини, американцы Александр Белл и Фредерик Болдвин, англичанин Джон Торникрофт. Первую серию коммерческих СПК начал выпускать с 1952 г в Швейцарии и Италии немец Ганс фон Шертель, основавший компанию «Supramar». Но американцы по достоинству оценили теоретический вклад Ростислава Алексеева в теорию подводных крыльев, а также конструктивное совершенство его «Ракеты», которая с 1959 года пошла в серию. Одну из «Ракет» привезли в США, после некоторой задержки с согласованиями советскому СПК было разрешено на период выставки совершать прогулочные рейсы по Гудзону (АИ).