Читать онлайн «Психология массовых коммуникаций». Страница 119

Почему тогда уровень зафиксированных случаев изнасилований в Японии намного ниже, чем в других странах (2,4 на сто тысяч человек населения по сравнению с 34,5 в США, 10,1 в Англии и 10,7 в Германии)? Абрамсон и Хайаши (1984) считали, что ответ на этот вопрос надо искать в различиях культур. Японское общество обращает особое внимание на порядок, выполнение обязанностей, кооперацию и добродетель, и тот, кто нарушает социальные нормы, «теряет лицо». Кроме того, секс не является сегментом социальной жизни, как в США. Другие исследователи полагают, что насилие в Японии скорее всего подстрекается группами, его совершают подростки и по большей части жертвы не сообщают в полицию (S. Goldstein Ibaraki, 1983).

Катарсис

Катарсис – ещё один мнимый эффект масс-медиа, то самое эмоциональное высвобождение, имеющее большое значение для психодинамических моделей личности (например, у Фрейда). Применительно к сексу аргументы в пользу катарсиса говорят о том, что потребление секса через СМИ высвобождает сексуальные импульсы, это высвобождение связывают с влиянием журналов и видео (возможно, в виде мастурбации), и оно является своеобразным замещением реальности. Аргументацию в пользу катарсиса часто используют либералы, чтобы поддержать требования снижения ограничений для сексуально откровенных материалов (например, Kutchinsky, 1973). Экспериментальная база обоснования катарсиса как функции просмотра секса в СМИ довольно слаба, если вообще существует (Comstock, 1985; Final Report, 1986).

Чаще всего, высказывая аргументы против легального ограничения производства или продажи сексуально откровенных материалов, говорят о том, что раз люди добровольно потребляют такую продукцию и по своей воле выбирают её, то они никому не приносят этим вреда, и в этом случае нет смысла наказывать преступления без жертв. Некоторые критики настаивают, что на самом деле у порнографии есть много жертв. Рассмотрим показания в некоторых явно экстремальных уголовных делах (Final Report, 1986).

Пятилетняя девочка рассказала своей приёмной матери: «У нас дома есть фильмы. Папа показывает их мне, когда мама уходит. В них люди не носят одежды, и папа и я снимаем одежду и делаем, как люди в фильмах» (р. 200).

Мать и отец заставляли своих четырёх дочерей в возрасте от 10 до 17 лет заниматься семейным сексом и делали на видео любительские порнофильмы. Эта мать также водила девочек на свидания с мужчинами, она смотрела, как её дочери занимались сексом, а затем лично собирала деньги – от 30 до 40 долларов (р. 202).

Мужчина, посмотревший фильм, в котором женщина совокуплялась с собаками, решил устроить вечеринку и воплотить увиденное в жизнь. Как рассказывала его гостья: «Он попросил меня положить что-нибудь вкусное в мою вагину, чтобы собака могла лизать там» (р. 204).

Девушка, получившая на конкурсе звание «Подружка года», показала на суде, что мужчина пытался изнасиловать её после того, как узнал фотографию в журнале (р. 202).

«[Мой отец] часто подвешивал меня вверх ногами в чулане и заталкивал мне во влагалище отвёртки, кухонные ножи. Иногда он сначала подогревал их. Одновременно он заставлял меня заниматься с ним оральным сексом. Почти каждый день он смотрел фотографии с порно, с их помощью придумывал, что сделать со мной или с моими сёстрами» (р. 206).

«У моего мужа была большая коллекция порнофотографий... [Он] привязывал меня к кровати и занимался со мной содомией... потом я стала отказываться, когда он предлагал связать меня и привязать к кровати, как модель в журнале» (р. 207).

Преобладающий тон

Воспринимаемая реальность эротики в масс-медиа, реагирование и эффекты на неё не всегда соответствуют самому характеру материала. Они также зависят от контекста материала и контекста, в котором человек его видит. Такие разного рода переменные вместе составляют преобладающий тон (prevailing tone) (Eysenck Nias, 1978). Характер этого преобладающего тона может различаться в зависимости от переживаний, которые испытывает зритель, когда смотрит сексуальные сцены, фильмы или фотографии.

Одна из релевантных переменных в преобладающем тоне – степень игривости и серьёзности материала. Даже очень откровенная и потенциально противоречивая тема, если она представлена серьёзно, то обычно не вызывает негодования у зрителя. Например, документальный фильм об изнасиловании или со вкусом поставленная телевизионная драма об инцесте может считаться абсолютно приемлемой, тогда как намного менее откровенная комедия на ту же тему может показаться оскорбительной или «чересчур эротичной». В таких случаях особую тревогу должен вызывать не секс сам по себе, а скорее комедийный подход к этой теме. Откровенные сексуальные видеофильмы, книги и журналы часто используются в секс-терапии, с их помощью лечат сексуальные расстройства и особенно сексуальных маньяков (Quinsey Marshall, 1983).

Второй фактор, определяющий преобладающий тон, – это ценность с точки зрения искусства и замысла. Мы по-разному реагируем на откровенно сексуальные рисунки Пикассо и рисунки из журнала Hustler. Для нас приемлема эта тема у Шекспира, у Чосера, в ветхозаветной «Песни песней» Соломона и в серьёзных руководствах по сексу. При наличии серьёзных литературных и дидактических намерений секс считается приемлемым и здоровым. Интересно в этом плане рассмотреть нашу реакцию на литературные произведения, написанные во времена, когда в обществе были другие стандарты. Например, стал бы Ретт Батлер критиковать «Унесённые ветром», упрекая этот роман за изображение насилия, или счёл бы безусловно романтическим произведением? Похожая тревога возникает в отношении расизма, когда некоторые люди выступают за то, чтобы изъять «Гекльберри Финна» из школьных библиотек и вообще из обращения, потому что изображение в нём африканского раба Джима по современным меркам может считаться расистским.

Взаимосвязь и интеграция секса в сюжете и в намерении автора также входит в понятие преобладающего тона. Сексуальная сцена, даже в смягчённом и завуалированном виде, может показаться оскорбительной, если она «притянута за уши» просто для того, чтобы сделать историю более пикантной, а на самом деле не относится непосредственно к сюжету. Сексуальные сцены в истории о Проститутке могут показаться более обоснованными, чем такие же сцены в сюжете о женщине – исполнительном директоре. Секс, разумеется, не единственный мотив, появляющийся в СМИ «для завлекательности»; например, в современных телесериалах и фильмах часто бывают эпизоды с погоней на автомобилях и катастрофы, лишь отдалённо связанные с основным сюжетом.