Читать онлайн «Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого)». Страница 191

В этот момент, лидер итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти, чей непререкаемый авторитет смог бы удержать горячих гарибальдийцев от необдуманных действий находился в Москве. Узнав о тревожной тенденции, он забросал ЦК компартии телеграммами, но печатное слово не оказало нужного воздействия на пылкие умы молодых героев войны. Луиджи Лонго и Пьетро Секкья не смогли удержать Серджио Скалоне и Джованни Каттина от необдуманных действий. В рядах гарибальдийцев произошел раскол, ружье выстрелило.

Прекрасно понимая, что открытое выступление против англичан и американцев смерти подобно, бунтари-раскольники избрали иную тактику действий. Собрав вокруг себя двенадцать тысяч бойцов, Скалоне и Каттина двинулись на Рим, чтобы скинуть правительство министров-капиталистов.

— Эти господа не имеют никакого права, решать судьбу новой Италии! Своими делами с фашистами, они полностью себя опозорили! Нам нужны честные министры, патриоты своей страны, которым не будет стыдно смотреть в глаза трудовому народу! — выкрикивали партизанские лидеры и в их словах, была сила. Но не столько сила правды, сколько сила человека с винтовкой. Три года войны, прочно закрепили этот догмат в сознании простых итальянцев.

Главные силы гарибальдийцев находились на севере Италии; в провинциях Пьемонт, Лигурия, Ломбардия и Эмилио-Романьи уроженцы которых, составляли их основной костяк. Распущенные указом переходным правительством в мае 1945 года, они продолжали неофициально существовать, сохраняя свою структуру и самое главное оружие. Поэтому, когда Каттина объявил о походе на Рим, гарибальдийцам не пришлось долго собираться. Объединенные единым командованием и одной целью, северяне дружно двинулись на юг, чтобы разъяснить важным столичным синьорам правду жизни.

В октябре месяцев, в Италии начинают идти дожди. Не стал исключением и октябрь сорок пятого года. Хмурые осенние тучи обрушили на север Апеннин мелкий противный дождик, который мог идти весь день и всю ночь, и продолжить моросить следующее утро. От небесных вод дороги моментально раскисли и главным способом передвижения, стал гужевой транспорт и две ноги, обутые в грубые солдатские ботинки.

В подобных обстоятельствах любое наступление весьма затруднительно, но разве может дождливая погода стать преградой, для людей идущих вперед ради лучшей доли. Привыкших рисковать жизнью ради светлого будущего Италии, не один раз смотревших смерти в лицо и за спиной которых стоял сам Сталин. К черту все невзгоды и сомнения, надо только поскорее миновать «Готскую линию», занять Флоренцию, а от неё до Рима рукой подать.

И пусть главные силы во главе с Луиджи Лонго не пошли с ними в этот поход, это даже лучше. Пусть прикрываю спину ушедшим от удара с севера, взяв под свой контроль города Парму, Модену, Болонью и Равенну, а главная слава достанется тем пятнадцати тысячам, что не побоялись бросить вызов мировому капитализму в лице временного правительства Бономи.

Уж слишком предано оно смотрит в рот британскому премьеру Черчиллю, и безропотно выполняют все его требования. Откровенно ставят интересы союзной администрации выше интересов Италии, что совершенно недопустимо.

Так или примерно так, говорили своим бойцам Скалоне и Каттина, ведя их к рубежам немецкой оборонительной линии протянувшейся через всю Италии от Лигурийского моря до Адриатики. Готовясь отразить наступление 5-й американской армии, немцы возвели в горных проходах многочисленные оборонительные укрепления.

Наступая на Болонью, янки их хорошенько отбомбили, обработали артиллерийским огнем, после чего на «Готскую линию» двинулись американские танки «Шерманы», которые и сокрушили немецкие твердыни. Основательно потрепанная, она уже не представляла собой той грозной силы, что была прежде, однако заняв её, можно было преградить дорогу простой пехоте, которой являлись отряды гарибальдийцев.

Поэтому, итальянским партизанам нужно было как можно быстрее миновать горный проход, идущий из Эмилио-Романьи в Тоскану и выйти к бывшей столице лангобардов Пистоя. В том, что стоявшие во Флоренции карабинеры полковника Транатьери попытаются остановить их, партизанские вожаки нисколько не сомневались.

Храбрость и отвага, зачастую составляют главный компонент боевого успеха. Не стал исключением и этот поход гарибальдийцев. Полные энтузиазма и веры в правое дело, они шли вперед не, сколько могли пройти, а столько, сколько было нужно и даже немного больше. Не обращая внимания на погоду и плохие дороги, они успели миновать горный проход и столкнулись с карабинерами уже на выходе из него.

Первыми бой с врагом начал головной дозор. Не встретив никакого сопротивления, он благополучно миновал линию немецких укреплений и, заняв позицию на выходе из прохода, стал дожидаться подхода главных сил.

Появление трех грузовиков с пулеметами, доверху набитых карабинерами, нисколько не смутило партизан, заметно уступавших противнику в численности. Имея за плечами хорошую школу диверсионной борьбы, они организовали засаду по всем правилам искусства. И когда, ничего не подозревавший противник приблизился к ним, гарибальдийцы смело вступили в бой с авангардом полковника Транатьери.

Получив сообщение о движении гарибальдийцев, полковник спешно мобилизовал все свои силы. Конфисковав все имеющиеся в городе грузовики, он погрузил на них часть солдат, и отправил их к «Готской линии», стремясь остановить «красную угрозу» на дальних подступах к Флоренции.

Подорвав при помощи мины головной грузовик, партизаны обрушили весь свой огонь на второй и третьей машине, чем вызвали сильную панику в рядах противника. Этому способствовало наличие в авангарде партизан восемь пулеметов и двух минометов. Попавшие под автоматно-пулеметный обстрел, карабинеры решили, что на них напали главные силы партизан, успевшие миновать проход. Поэтому, недолго думая они в страхе побросали свои грузовики и поспешили укрыться в придорожном кювете.

Когда же обнаружив, что имеют дело с небольшим количеством партизан, карабинеры попытались атаковать их, но получили жесткий отпор. Занимая выгодную для боя позицию, гарибальдийцы свели на нет численное превосходство противника, вынудив его отступить.

По мере подхода к месту боя подкрепления, с одной и другой стороны, сражение уверенно набирало обороты. Для одержания победы, каждый из противников выложил все имеющиеся у него козыря, но у партизан они оказались более весомее.

Как показала история, карабинеры хороши при разгоне безоружной толпы или при подавлении плохо организованного восстания. Воевать с партизанами, имеющими хороший навык обращения с оружием и обладающими своей тактикой боя, для карабинеров было сложно и весьма проблематично. Что с блеском проявилось в этом бою.

Пока главные силы противника были связаны боем на подступах к проходу, отряд Николо Голлерани хорошо знающий местность, совершил обходной маневр. Пройдя по горной тропе, они вышли карабинерам во фланг и атаковали их.

Несмотря на то, что гарибальдийцы не имели численного превосходства над врагом, они заставили карабинеров сначала отступить, а затем и вовсе обратили их в бегство. Не последнюю роль в этом сыграло присутствие в отряде Голлерани бывших советских военнопленных. Они пошли в бой с громкими криками «Ура!», под красным знаменем, что очень сильно напугало противника. Карабинеры решили, что против них воюют «русские парашютисты» переброшенные в Италию по тайному приказу Сталина. Об этом много говорили как коммунисты, так и их противники и вот ожидаемое стало явью.

После разгрома карабинеров на подступах к Пистоя, до самой Флоренции гарибальдийцы больше не встречали никакого сопротивления. Вместо получившего по зубам полковника Транатьери, в дело вступили гражданские власти Тосканы, проявившие присущую ими природную мудрость.

Сколько пришельцев с севера проходило через просторы Тосканы на Рим, за время существования Флоренции трудно было сосчитать на пальцах. Самый лучший вариант из всех возможных, был беспрепятственный пропуск северян по территории Тоскании, взамен гарантий сохранения жизни и целостность имущества её жителей.

Именно такой договор и был заключен между мэром города с берегов Арно и командирами партизан Скалоной и Каттиной, давших дополнительное обещание невмешательства во внутриполитическую жизнь Флоренции, сложившуюся на момент окончания войны.

Дальновидность этого соглашения подтвердилось во время прохода гарибальдийцев через Флоренцию, под громкие одобрительные крики толпы. Сторонников идей справедливости командиров Скалоне и Каттина в городе хватало.

Любую неудачу в войне или в политике, можно легко объяснить плохой подготовкой или несвоевременным началом и с чистой совестью засунуть в пыльные архивы истории. Гораздо труднее быть с удачей, которая приходит к тебе в виде козыря не к масти. Её невозможно игнорировать, но и воспользоваться ею весьма сложно. Нужно ломать голову и пробовать различные комбинации, чтобы и волки были сыты и овцы целы.