Читать онлайн «Магнатъ». Страница 71

— Да, занятно.

Дальнейшую беседу пришлось резко оборвать, потому что мимо двух директоров с звонким тарахтением моторов проехала целая колонна самобеглых повозок и экипажей: первыми пяток мотоциклеток, за ними три мотоколяски производства завода Яковлева и замыкающими шли трицикл с квадроциклом. Не успел Лазорев задать буквально повисший на языке вопрос, как в том же направлении проследовали «тяжеловесы» автотранспорта — мотоколяски, закрытые и открытые экипажи и даже широкая громадина тентованного грузовика.

— И вот так почитай каждый день, да не по разу!..

Завывая мотором, из–за дальнего цеха вылетел и промчался мимо опасливо отшатнувшихся мужчин какой–то несуразный уродец, у которого вместо задних колес было что–то вроде трех роликов с растянутой между ними транспортерной лентой.

— Представляете, Аркадий Никитич!?!

Тот, оторвав взгляд от летящего на опасно высокой скорости механического «кадавра» (верст десять, поди, будет?), обратил свое внимание на кусочки подтаявшего снега, обляпавшие его ботинки и нижнюю часть брюк, после чего искренне разделил негодование друга:

— Безобразие!..

Гатчинский дворец, отстроенный еще в «век золотой Екатерины» ее нежным другом и фаворитом Григорием Орловым, а потом кардинально перестроенный по всемилостивейшему повелению Его императорского величества Павла Петровича, на своем веку пережил и запомнил немало. Утонченный флирт с томными фрейлинами, звонкую поступь гвардейских сапог, звуки армейской муштры–шагистики, сияние штыков — и скорбную тишину вдовьего траура, когда законного государя предали и убили те, кто клялся ему в верности. Затем были редкие приезды его потомков, Николая Первого и Александра Второго, унылая суета прислуги и вечный холод в переходах и множестве комнат резиденции… По–настоящему же расцвел и преисполнился человеческого тепла он только после того, как в нем стал постоянно жить правнук преданного всеми императора, Александр Третий. Начинающий полнеть великан с лопатообразной бородой, его жена и их дети наполнили гулкую пустоту своим смехом и улыбками, тихим семейным счастьем и частыми проказами детей. Старший из мальчиков вечно стрелял по воронам и галкам, средний любил тихую рыбалку, а младший… Дворец помнил, как он как–то раз затащил ведро с водой на самый верхний этаж, и уже оттуда вылил ее на ничего не подозревающего отца. Нет, вообще–то он целился в родительскую сигару, но — увы, промахнулся. Впрочем, все окончилось вполне благополучно. Дочери августейшей четы так не озорничали, но недаром же говорят, что в тихом омуте черти водятся? Одним словом, каменная громада как–то незаметно для себя привыкла к тихой и размеренной жизни с редкими всплесками звонкого веселья — отчего и была чуть ли не шокирована, когда в одно прекрасное утро под ее окнами раздалось незнакомое доселе рычание и тарахтение множества бензиновых моторов.

— Ха!.. Глядите все, как я умею!..

Четырнадцатилетний наездник, лихо гонявший на мотоцикле по отсыпанным гравием дорожкам, слегка откинулся назад и выжал ручку газа так, что его стальной конь норовисто взбрыкнул и выбросил из–под заднего колеса десяток каменных «картечин», вывесив переднее на пару мгновений в воздухе.

— Мишкин, а ну прекратил свои выкрутасы!

Мгновенно присмиревший от грозного родительского окрика подросток резко сбросил скорость и направил свой «Урал» к старшим братьям, довольно успешно осваивающим невероятно сложное искусство управления мотоколяской. Впрочем, этим занимался скорее склонный к новинкам техники Георгий, а вот цесаревич Николай после нескольких, вполне удачных попыток самостоятельной езды к новой забаве охладел. Точнее будет сказать, он предпочел уделить свое внимание новейшей фотокамере Зенит, в невиданной доселе компоновке «Фоторужье» — эта диковинка была презентована ему лично князем Агреневым, и двадцатичетырехлетний фотолюбитель теперь увлеченно «брал на мушку» видоискателя свою семью, а так же фигурки невеликого количества свитских, охранников конвоя и дворцовой прислуги.

— Внимание!..

Два лакея послушно замерли, непроизвольно заморгав.

— Готово!

Между прочим, женской половине августейшей семьи в качестве презента тоже достался невиданный доселе эксклюзив: три переносных граммофона, выполненные в виде небольших чемоданчиков изящного вида. Кроме самого музыкального агрегата со встроенным рупором, в кожаном вместилище можно было найти и пяток двусторонних грампластинок с наиболее популярными романсами. А еще пять десятков эбонитовых «блинов» ждали своего часа в специальной коробке — но глядя на задумчиво–довольное лицо недавней именинницы, семнадцатилетней Ксении Александровны, и быстрые взгляды ее матушки, Марии Федоровны, любому становилось понятно, что пластинки там надолго не залежатся.

— Как вы говорите, называется ваша компания, что их производит?

— С позволения Вашего императорского величества — «Мелодия».

— Гм, пожалуй, я о ней ничего не слышала. Вы не находите это странным, князь?

— Она образовалась всего две недели назад, Ваше императорское величество — сразу, как только закончились все подготовительные работы.

— Вижу, вы по–прежнему способны нас приятно удивлять. Надеюсь, вы продолжите делать это и в дальнейшем?

Аристократ коротко и почтительно, но вместе с тем без малейшего следа раболепства поклонился и заверил августейшую собеседницу:

— Приложу к этому все свои силы, Ваше императорское величество.

Предпочитавший до этого мгновения больше молчать или задавать короткие вопросы, император Всероссийский, царь Польский и великий князь Финляндский (и так далее и тому подобное — как раз на страницу убористого текста) переглянулся с супругой, после чего Дагмара направилась к дочкам, дабы вместе с ними полюбопытствовать содержимым коробки с грампластинками.

— Князь. Я благодарю вас за великолепную демонстрацию ваших…

Александр Третий покатал непривычное слово на языке, пробуя его словно глоток неизвестного доселе вина:

— Автомобилей. Какими вы видите перспективы подобных механизмов?

Рядом с массивной фигурой царя–миротворца его широкоплечий и подтянутый тезка смотрелся хрупким юношей.

— Весьма блестящими, Ваше императорское величество.

— Вот как? Тогда опишите своими словами все достоинства ваших, гм, самобеглых аппаратов.

— Слушаюсь, Ваше императорское…

— Можете именовать меня по–простому, государем.

— Слушаюсь. С вашего позволения, государь, я использую в качестве примера автомобиль «Дон» грузовой модели. Итак: данный образец собирается в условиях серийной выделки за один день. По вместительности и грузоподъемности он превосходит обычную телегу в два с половиной — три раза. Стоимость перевозок с его помощью дешевле примерно в четыре раза. С полным запасом топлива в баке он может доставить сто пудов груза за двести верст, выгрузить его там и вернуться — и все это в пределах одного дня.

По–прежнему внимательно вслушиваясь в четкие слова, хозяин Гатчинского дворца легким жестом пригласил оружейного магната следовать за собой в небольшой прогулке по дорожкам.

— Для армии наличие такого автомобиля означает: возможность быстрого маневра пехотными частями — при достаточном парке машин скорость переброски стрелкового полка сравняется с таковой у линейных кавалерийских частей. Хорошее и своевременное снабжение, тем более что при наличии сменного водителя грузовик вполне успешно может перевозить грузы и в ночное время; эвакуацию раненых и больных с повышенным удобством и скоростью, что несомненно послужит спасению немалого количества жизней. Так же на основе грузовой модели легко устроить передвижной штаб, ремонтную мастерскую, электростанцию с несколькими прожекторами, хлебопекарню и банно–прачечный пункт. В случае успешного обстрела неприятелем с нанесением сильных повреждений, из двух–трех разрушенных машинных остовов вполне можно собрать прекрасно действующий автомобиль — аналогичный образ действий по отношению к убитым лошадям, разумеется, невозможен.

С трескучим ревом двухтактного мотора мимо двух Александров пронесся оседлавший квадроцикл Михаил.

— Примененный в коммерческих целях, «Дон» самое малое в два раза сократит время доставки товаров и разного сырья, станет хорошим подспорьем для пожарных частей и медицинских заведений, так же на его основе можно устроить регулярное транспортное сообщение там, где невозможно устройство путей для конки или трамваев. Ну и напоследок: когда грузовик стоит в холодном гараже или на открытом месте хранения, он не потребляет какого–либо фуража или воды, а так же не требует постоянного присмотра конюхов. И, тем не менее, может быть приведен в полную готовность к использованию в весьма короткие сроки…