Читать онлайн «Святое дело». Страница 38

Не пора ли от лирических отступлений вернуться к теме?

Пора. Я тоже так думал. Спасибо, остановили…

Итак, американские авторы за счет военного бюджета России через центральную военную газету Российской армии повествуют миру об этих причинах. Главная из причин: в Советском Союзе танки были ни на что не годные.

Американские умники предложили легкие советские танки из статистики вообще вычеркнуть: что от них толку, от легких? Мало того что они слабые, так на них еще русские дурачки умудрились авиационные двигатели поставить! Это же глупость! «Никак не подходил авиационный двигатель для танка!» («Красная звезда», 25 марта 2006г.). Это откровение с восклицательным знаком пишется. Кстати, наш журнал «Родина» делает то же самое. Создается впечатление, что клевета фабрикуется централизованно, а потом распространяется по разным каналам: уж такие эти русские дурачки, вздумали авиационные двигатели на танки ставить!

Позволим себе робко возразить заокеанским знатокам. Использование авиационных двигателей было обычным явлением в мировом танкостроении тех лет.

Вспомним эпохальный британский авиационный двигатель «Мерлин» и не столь эпохальный танк «Кромвель», на котором стоял двигатель «Метеор». Потом постараемся понять, какая связь соединяла этих красавцев.

А немцы в 1945 году на своего «Мауса» какой двигатель ставили?

Но истинными непревзойденными королями использования авиационных двигателей на танках были американцы. Нигде в мире такого количества авиационных двигателей на танки не ставили.

И была разница.

На советских танках ставили V-образные авиационные двигатели. Для такого двигателя не надо высокого силового отделения. Если у вас такой двигатель, то доступ к важным механизмам и агрегатам достаточно свободный.

Американцы на танки ставили звездообразные двигатели. Из-за этого без толку тратилась броня на высокое силовое отделение, весь танк получался высоким, уродливым, уязвимым. Звездообразный двигатель имел еще массу особенностей, которые были преимуществом на самолете, но вопиющим недостатком на танке. Если надо было, например, свечу сменить в нижнем цилиндре, то следовало подогнать кран, отсоединить двигатель от корпуса, силовой передачи, систем питания и прочего, вытащить двигатель из корпуса, выполнить пустяковую операцию, потом вернуть его на место.

Разница и в том, что Советский Союз отказался от авиационных двигателей на вновь разрабатываемых танках до начала Второй мировой войны. В августе 1941 года из-за крайней нужды и отсутствия танковых дизелей в качестве исключительной меры и только с личного разрешения Сталина было решено временно ставить авиационные бензиновые двигатели на некоторые Т-34.

Как только перебазирование промышленности было завершено, как только производство танковых дизелей было развернуто на новых местах, от этой практики отказались.

В США все обстояло как раз наоборот. Там авиационные двигатели ставили на танки практически до конца войны. Из-за нехватки звездообразных авиационных двигателей в ряде случаев использовались автомобильные карбюраторные двигатели, а иногда и дизельные, но опять же не специальные танковые, а маломощные автомобильные.

В ходе войны, как только в начале 1942 года восстановился рабочий ритм советскою танкостроительного производства, все средние и тяжелые танки и все самоходно-артиллерийские установки на их базе, а также тяжелые артиллерийские тягачи выпускались только с дизельными двигателями, да не простыми, а особыми — быстроходными танковыми.

Легкие советские танки Т-60 и Т-70 выпускались с автомобильными двигателями, которые охотно потребляли низкосортный бензин. В это время из Америки поступали уродливые легкие M3, средние M3 и M4, в большинстве своем с авиационными двигателями, требовавшими дорогого высокооктанового бензина.

И вот теперь американские мудрецы над нами издеваются. И наш министр обороны не способен возразить. И все высшее руководство Министерства обороны России поджало хвосты: а что мы можем сделать, если такой материал нам шлют из Америки?

Заокеанские серьезные ученые не унимаются: «Все историки в один голос утверждают: слабы оказались советские предвоенные танки. Порочна была сама их концепция. Тонкая противопульная броня пробивалась всеми видами немецкого противотанкового оружия. Артиллерийское вооружение было недостаточно ни для поддержки пехоты, ни для борьбы с танками противника» («Красная звезда», 25 марта 2006г.).

Насчет «всех историков, которые в один голос…» допущен легкий перебор. Я лично знаю как минимум одного историка, правда, не профессионала, а любителя, который с этой сворой в один голос выть не пожелал.

А пробежав глазами по книжной полке, по названиям книг о войне и именам авторов, заявляю со всей серьезностью: гражданин министр, нас много!

Министерство обороны России на страницах своей центральной газеты с подачи заокеанских экспертов легкого поведения обвиняет руководство Советского Союза предвоенного времени в том, что оно по глупости выбрало порочную концепцию развития танков.

Но напомним премудрым стратегам из Министерства обороны России, что Гитлер за полтора года покорил Европу танками, боевой вес которых редко превышал 20 т. Это были легкие танки. Это были танки с противопульной броней и слабым вооружением. Почему «все историки в один голос» эту концепцию не объявляют порочной?

Чуть позже, когда Гитлер ринулся на бескрайние просторы Советского Союза со смешным количеством танков и против сильного противника, вся его стратегия и все его концепции, начиная с конструкции танков, оказались порочными. А для захвата Центральной Европы до самых берегов Атлантики все эти танки были очень даже подходящими.

Так ведь и Сталин готовил нечто подобное. Для таких условий, для таких действий наши БТ вполне подошли бы.

Теперь давайте порочные советские танки сравним с непорочными американскими.

Первые БТ-2 выпуска 1932 года имели удельную мощность 36,4 л.с. на 1 тонну веса. Через 12 лет, под закат войны, США выпускали легкие танки M5 с удельной мощностью 14,1 л.с. на 1 т. В два с половиной раза слабее!

БТ-2 имели 37-мм пушку. В 1933 году выпуск этих танков был прекращен. Вместо них в том же году в серию пошел БТ-5 с вдвое более мощной 45-мм пушкой. Это порочная концепция. Но Америка танки с никуда не годными 37-мм пушками клепала до конца 1944 года.

Летом 1941 года советская 45-мм пушка могла успешно поражать любые немецкие танки. К концу войны все эти танки обросли мощной броней. Против кого, объясните мне, в конце войны можно было использовать непорочную американскую 37-мм пушку?

У советских легких танков «тонкая противопульная броня пробивалась всеми видами немецкого противотанкового оружия». А у американских тонкая противопульная броня, надо полагать, вовсе не пробивалась.

У советских легких танков «артиллерийское вооружение было недостаточно ни для поддержки пехоты, ни для борьбы с танками противника». Уж это точно. Куда уж нам с 45-мм пушкой! Зато уж под конец войны американская непорочная 37-мм пушка была вполне пригодной и для поддержки пехоты, и «Пантер» с «Тиграми» колола как орехи. Одни только хвосты от тех зверей оставались. Жуткая мощь!

При слабой броне и смешном вооружении американские танки M3 и M5 имели единственное преимущество — подвижность, Но советские предвоенные БТ по этим характеристикам так и остались непревзойденными. Не вспоминаю про скорость. Каждый сам может сравнить. Вот наивысшие достижения в графе «Запас хода по шоссе». Американский M5 — 200 км, БТ-7М на гусеницах — 600, на колесах — 700.

Самое интересное в том, что порочных БТ Советский Союз произвел около 8 тысяч и перед войной их производство прекратил. Уже после этого в США было развернуто массовое производство гораздо более слабых непорочных танков. И было их выпущено без малого 23 тысячи.

Над нашим народом издеваются воинствующие, наглые, самоуверенные профаны, которые, дай им волю, минные поля ставили бы квадратными милями. Эти олухи не способны постичь не только нашу, но и свою собственную историю.

В 1812 году князь Голенищев-Кутузов Михаил Илларионович мог бы дать приказ казачишкам «всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили границу». И вот бы казаки рубились с французскими кирасирами у самой границы. Там бы и полегли. Бонапарт тем временем развернул бы пушки, а те из казаков, что чудом выжили, перли бы стеной на картечь. И вот теперь какой-нибудь шибко грамотный открыватель нам бы толковал про порочную концепцию: уж больно у казаков оружие легкое и никакой на них броневой защиты, не то что на бонапартовых кирасирах…

Но вернемся из войны с Бонапартом в войну с Гитлером.