Читать онлайн «Дневник кушетки». Страница 46

Нельзя сказать, что автор завоевывал читателей только тем, что преподносил им «клубничку». Хотя, как можно судить даже по названиям, постоянно обыгрывались самые острые, самые пикантные темы. Тем не менее Викторьен Дю Соссей отнюдь не чурался социальных вопросов и время от времени крепко пощипывал богачей и власть имущих. Вот один из переведенных на русский язык романов — «Мои записки», повествование в котором ведется от лица акушерки. В начале романа героиня — решительная, молодая женщина оставляет выгодное место в клинике преуспевающего профессора, преследующего ее своими сексуальными домогательствами. Первый же опыт самостоятельной работы приносит ей удачу и дает возможность показать хорошие профессиональные возможности. Но на своем жизненном пути молодой акушерке приходится сталкиваться с самыми низкими проявлениями действительности, порою грубыми и жестокими. Вот к ней обращается забеременевшая в результате тайной связи молодая женщина. К сожалению срок беременности слишком велик, операция смертельно опасна, и врачебный долг повелевает героине отказать несчастной. На следующий день из Сены вылавливают труп утопленницы, которая предпочла смерть позору. В другой раз с аналогичной просьбой обращается супружеская пара — шофер и горничная, которым хозяева запретили иметь детей. Героиня романа не соглашается пойти на убийство младенца, хотя его родителям и грозит нищета. И вновь она оказывается невольной виновницей смерти: женщина, не получив медицинской помощи, пытается сделать аборт и умирает. А вот пекущиеся о своей репутации учителя гимназии выгоняют на улицу забеременевшую юную дочь. И об этом, и о многом другом, печальном и низком, вспомнит героиня повести, вроде бы благополучно доживая свой век в одном из уютнейших уголков сельской местности…

Дю Соссея много и часто переводили в дореволюционной России. Была даже предпринята попытка выпустить его собрание сочинений (вышло два тома с романами «Морфинистка» и «Мои записки» в 1910 году) — такой чести писатель не удостаивался и у себя на родине. Правда, попытки выпустить переводы в свет почти всегда встречали противодействие цензуры: едва книгоиздатели успевали отпечатать тираж и пустить книгу в продажу, как Комитет по делам печати налагал на нее арест и изымал из продажи. Такой была судьба и «Дневника кушетки», и «Морфинистки», и «Девушки с прошлым» (такое название получил русский перевод книги «Девушка с запятнанным прошлым»). Разумеется, уцелевшие в незначительном числе экземпляров русские переводы романов Дю Соссея представляют большую библиографическую редкость.

Мы не знаем, как завершился жизненный путь писателя. Весьма информированная американская Библиотека Конгресса оставила в своей картотеке графу года смерти незаполненной. Поскольку писатель, до этого весьма плодовитый, прекратил писать с началом Первой мировой войны, можно предположить, что он сложил голову на одном из полей сражений или просто умер в тяжелые военные годы. Однако удалось найти книгу, не зарегистрированную в библиографии Тиме, которая вышла уже в двадцатые годы (точный год в выходных данных не указан), — роман «Прекраснейшее сладострастие». Эта небольшая книжечка в 320 стр. была включена в библиотечку «Неизданных иллюстрированных романов», много лет издававшуюся с большим коммерческим успехом в Париже. По-видимому, молчание Дю Соссея в послевоенные годы объясняется тем, что законодателями мод стали другие писатели.

Насколько справедливо забвение Дю Соссея — судить читателю. Нам все же кажется, что чтение «Дневника кушетки» доставит ему немало приятных минут.

В. Ермаков.

Лино — тонкое полотно. (Прим. пер.)