Читать онлайн «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила (сборник)». Страница 112

– Даже так! – крякнул удивленный Дурново. – Я хорошо знаю немцев – без соответствующего указания из Берлина губернатор Циндао не пошел бы на такое тесное сближение с нашими военно-морскими силами. По всей видимости, включение в состав окружения кайзера адмирала фон Тирпица служит тому подтверждением. Корабли адмирала Ларионова произвели огромное впечатление на фон Труппеля, который как моряк оценил их возможности. А это значит, что кайзер, который ведет активное военно-морское соперничество с королевским флотом Великобритании, будет просить нашего содействия в совершенствовании вооружения крейсеров и броненосцев, строящихся на германских верфях.

– А что сие означает? – спросил я у Дурново. – Это означает, что по прибытии в Петербург сам кайзер и адмирал фон Тирпиц всенепременно пожелают встретиться с кем-либо из нас. Или со мной, или с Ниной Викторовной Антоновой. Скорее всего, со мной – я слышал об отношении Вильгельма к женскому полу. Он считает женщин глупыми и для них вполне достаточными три «К»: Kinder, Küche, Kirche… К тому же кайзер весьма не сдержан на язык, а посему беседовать с ним придется мне. Конечно, в первую очередь будет официальная встреча у государя, а потом уже неофициальная с нами. Петр Николаевич, – обратился я к Дурново, – нужно будет завести разговор о том, чтобы намечающиеся политический и военный союзы были дополнены еще и торговым. Причем торговать надо не сапогами и булавками, а заводами и электростанциями, которые у Германии наилучшие в мире. Они нам промышленность – мы им доступ к нашему сырью, которого им так не хватает. И еще одно. Немецкие инженеры и техники, приехавшие к нам строить заводы, как правило, женятся на русских и остаются в России. А их дети, выросшие здесь, будут уже русскими немцами.

Российскую индустрию надо всемерно укреплять, иначе нас рано или поздно сожрут, как какую-нибудь Бирму. Против объединенной мощи Британии и САСШ, без развития собственной индустрии до их уровня, не поможет даже военный союз с немцами. Кстати, тот же союз будет крепче, если обе стороны будут объединять не только сиюминутные политические, но и долговременные деловые интересы.

– Наверное, вы правы, Александр Васильевич, – подал голос барон Фредерикс. – Я постараюсь найти возможность и, не привлекая лишнего внимания, организовать вашу встречу с кайзером и его морским министром. Там вы и обговорите все насущные вопросы. О том, где и когда это произойдет, я сообщу вам отдельно. Также я доложу государю о ваших предложениях.

– А ведь французы так и поступали, – сказал я, – давали нам кредиты, но с условием, что мы будем защищать их интересы. Вроде помогали нам, а на деле – покупали со всеми потрохами…

– Эх, – закряхтел от досады барон Фредерикс, – как это подло! Во времена моей службы в Конном полку за такое можно было получить и вызов на дуэль. К счастью, государь круто поменял курс нашей внешней политики. В этом вопросе я полностью согласен с Петром Николаевичем. Будучи монархистом по своим убеждениям и свято веря в необходимость порядка и дисциплины, я считаю, что Россия должна поддерживать хорошие отношения с Германией. Эта страна, по моему твердому убеждению, служит последним оплотом монархической идеи – и мы нуждаемся в Германии не меньше, чем она в нас.

В свое время я допускал, что сблизиться с Францией Россию вынудила политика Берлина. Но наше сближение с республиканской страной имело целью заставить кайзера осознать недальновидность своей внешней политики. При этом я был убежден, что даже временный союз с Францией ни в коей мере не должен был ослаблять династические связи Берлина и Санкт-Петербурга.

Что же касается Британии, то она никогда не была и не будет верным союзником России. Цель англичан – вовлечь нас в войну с Германией, которая будет одинаково пагубна для обеих империй.

Следует также помнить, что вся антироссийская зараза попадает в нашу страну исключительно из Британии и Франции. Германия не позволяет нашим радикалам устраивать на своей территории сборища и создавать типографии, печатающие антиправительственные и антироссийские газеты и книги. При всех сложностях в наших взаимоотношениях с Германией, она никогда не опускалась до того, чтобы поддерживать тех, кто выступает за свержение самодержавия. А вот ни Франция, ни Англия на помощь нашей монархии не придут. Они будут только рады, если Россия станет республикой. Они прекрасно знают, что случилось с Самсоном, когда Далила его остригла.

Петр Николаевич Дурново, слушая эту пламенную речь министра императорского двора, согласно кивал. Потом он добавил:

– Борьба между Германией и Россией, независимо от ее исхода, глубоко нежелательна для обеих сторон. По моему глубокому убеждению, основанному на тщательном многолетнем изучении всех современных противогосударственных течений, в побежденной стране неминуемо разразится социальная революция, которая, силою вещей, перекинется и в страну-победительницу. Слишком уж многочисленны те каналы, которыми за много лет мирного сожительства незримо соединены обе страны, чтобы коренные социальные потрясения, разыгравшиеся в одной из них, не отразились бы и в другой. Что эти потрясения будут носить именно социальный, а не политический характер, – в этом не может быть никаких сомнений, и это не только в отношении России, но и в отношении Германии. Особенно благоприятную почву для социальных потрясений представляет, конечно, Россия.

Я с интересом слушал рассуждения двух царских министров, удивляясь их прозорливости и предвидению того, что в действительности произошло с Россией в 1917 году. К большому сожалению, Николай II не принял всерьез их предостережения. Чем и погубил себя, свою семью и империю. Будем надеяться, что в этом варианте истории России ничего подобного не произойдет.

Попрощавшись с Дурново и бароном Фредериксом, я отправился к Нине Викторовне, чтобы сообщить ей о том, что рассказали мне наши сегодняшние гости. Информация была интересной, и ее надо было тщательно обсудить.

Контр-адмирал Виктор Сергеевич Ларионов

Вчера исполнилось ровно три недели, как мы оказались в прошлом. Наделали дел тут, надо сказать, немало. Видимо, сказывается наша эпоха – время пятидневных и семидневных войн и возможных одномоментных ядерных апокалипсисов. Поэтому-то и противник всё время отстает от нас на несколько шагов.

Противником, кстати, мы считаем уже не Токио, а Лондон. Токио – уже не противник. Осталось лишь его немного дожать. Чем мы, собственно, сейчас и занимаемся. С большим трудом мне удалось унять мстительного Евгения Ивановича и убедить его в том, что не стоит возвращать Страну восходящего солнца снова в эпоху сёгуната. А ведь у него были такие планы. Так что пусть японцы трудятся, зарабатывают деньги, часть из которых пойдет нам в качестве контрибуции.

Вот ко мне на ГКП поднимается великий князь Александр Михайлович. Он не столь кровожаден, и кроме того, в годы лейтенантской юности прожил в Нагасаки два года. Тогда, десять-пятнадцать лет назад, отношения между империями были более чем теплыми. Когда бухта Золотой Рог была покрыта льдом, русский Тихоокеанский флот стоял на якорях в бухте Нагасаки. Временные японские жены русских офицеров, взятые на один сезон, дома из бамбука и бумаги, и прочая восточная экзотика… Александр Михайлович вздохнул, видимо вспомнив молодость. Пусть он и женатый человек, но все-таки что-то вызывающее ностальгию отложилось в его душе. Должно быть, на подобные мысли наводил багровый диск поднимавшегося над морскими водами солнца.

Но всё когда-нибудь кончается, и ровно в восемь ноль-ноль, по заранее согласованному графику, якоря пошли из воды. Броненосцы наместника уже развели пары из расчета экономического хода, и теперь в полном безветрии над ними висели грибообразные шапки черного дыма.

– С Богом, Виктор Сергеевич, – прокаркал динамик голосом наместника Алексеева.

– С Богом, Евгений Иванович, – ответил я и кивнул капитану 1-го ранга Василию Васильевичу Остапенко, командиру «Москвы».

Дело в том, что за время этой нашей якорной стоянки мы оборудовали флагманский ЭБР «Петропавловск» радиостанцией и навигационным радаром, снятыми с морского буксира МБ-304. Радиостанций и радаров также лишились буксир СБ-921 и танкеры «Лена» и «Дубна». Это оборудование было установлено на участвующие в блокадной завесе перед японскими островами крейсера Порт-Артурской эскадры «Аскольд», «Новик» и «Богатырь». На четвертый крейсер – владивостокский «Боярин», в нарушение всех действующих инструкций, радиостанцию собрали из имеющихся на кораблях ЗИПов. Из небоевых кораблей возможности связи остались у аварийно-спасательного судна «Алтай» и у танкера «Иван Бубнов», который был определен как эскадренный корабль снабжения. Вот он идет сейчас в кильватер «Москве», а вслед за ним все четыре наших БДК.