Читать онлайн «Деньги, банковский кредит и экономичские циклы». Страница 269

«Я нахожу полезным проиллюстрировать общее отношение аналогией, которая заслуживает того, чтобы быть здесь приведенной, хотя сэр Джон [Хикс], соответственно, не видит в этом пользы. Обсуждаемое нами влияние скорее сходно с тем, которое появляется, когда мы наливаем в сосуд вязкую жидкость — например мед. Она, конечно, будет стремиться разлиться по всей поверхности дна. Но если струю направить в одну точку, в этой точке сформируется небольшой холмик, с которого поступающие порции жидкости будут медленно растекаться по остальной поверхности. Даже после того как мы перестанем лить жидкость, до полного выравнивания поверхности пройдет некоторое время. Ее уровень, разумеется, не достигнет высоты „холмика“ в момент, когда прекратился приток жидкости. Но пока мы льем ее с постоянной скоростью, холмик будет возвышаться над окружающим его уровнем жидкости — и будет представлять собой буквальную иллюстрацию того, что выше я называл текучим равновесием».

(Hayek, New Studies in Philosophy, Politics, Economics and the History of Ideas, pp. 171–173).

О важной роли ожиданий во всем этом процессе см.: Garrison, Time and Money, chaps. 1–4.

Людвиг фон Мизес изучает этот процесс в своем исследовании гиперинфляции, поразившей Германию в 1920–1923 гг. Мизес заключает: «Что если банки все же не захотят отказаться от гонки? Что если они, чтобы снизить процент по кредитам, захотят удовлетворять постоянно усиливающуюся жажду кредита предоставлением еще больших объемов фидуциарного кредита? Тогда они лишь приблизят конец, то есть крах всей системы фидуциарных средств обращения. Инфляция может продолжаться лишь до тех пор, пока сохраняется уверенность в том, что однажды она прекратится. Как только люди поймут, что инфляция не будет остановлена, они отвернутся от этих денег. Начнется бегство в „реальные ценности“, в иностранную валюту, драгоценные металлы и бартер» (Mises, «Monetary Stabilization and Cyclical Policy,» p. 129).

Позднее, в «Человеческой деятельности», Мизес утверждает:

«Бум может продолжаться только до тех пор, пока кредитная экспансия развивается ускоряющимися темпами. Как только дополнительные количества инструментов, не имеющих покрытия, перестают выбрасываться на ссудный рынок, бум сейчас же прекращается. Но он не может продолжаться вечно, даже если инфляция и кредитная экспансия будут продолжаться до бесконечности. Он столкнется с естественными ограничениями, препятствующими безграничному расширению фидуциарного кредита. Он приведет к ажиотажному спросу и краху всей денежной системы»

(Мизес. Человеческая деятельность. С. 518). Классическое описание и анализ гиперинфляции в Германии дал Брешиани-Туррони: Bresciani-Turrony, The Economics of Inflation: A Study of Currency Depreciation in Post-War Germany.

См. также: Richard M. Ebeling, «The Great Austrian Inflation,» Freeman, April 2006, pp. 2–3.

Пожалуй, наиболее четко и исчерпывающе этот феномен объяснил Фриц Махлуп:

«Взгляд, будто расширение кредита для финансирования производства потребительских благ не приводит к диспропорциям, связанным с инфляцией, может быть опровергнут следующим аргументом. Либо в отсутствие расширения банковского кредита отрасли, производящие потребительские блага, делали заимствования на кредитном рынке (то есть на рынке капитала), в каковом случае удовлетворение их спроса на фонды через кредитную экспансию со всей очевидностью подразумевает, что на кредитный рынок теперь оказывается меньшее давление и некоторые отрасли, производящие блага производственного назначения, которые в противном случае не получили бы кредита для финансирования расширения, теперь смогут получить его подобным образом… Либо отрасли, в отсутствие кредитной экспансии производящие потребительские блага, не имели стимула к расширению производства, и в этом случае тот факт, что теперь они выходят на рынок средств производства, обладая относительно увеличенной покупательной способностью по сравнению со всеми другими отраслями… может привести к изменению в распределении факторов производства, сдвигающем их от стадий, удаленных от потребления, к стадиям, близким к потреблению».

(Machlup, The Stock Market, Credit and Capital Formation, pp. 192–193).

В работе «Цены и производство» (с. 68–71 русск. изд.) Хайек использует трехкоординатные диаграммы для объяснения того, каким образом производственная структура неизбежно станет более плоской и менее капиталоемкой и потому менее производительной и более бедной, если потребление поощряется через предоставление кредитов для финансирования товаров и услуг недлительного пользования.

В 1970-х годах этот феномен, наряду с нуждой в упрощенном объяснении процесса ошибочных инвестиций без обращения к сложным рассуждениям, присущим теории капитала, привел Хайека к некоторому изменению принадлежащего ему популярного изложения теории экономических циклов. В статье «Inflation, the Misdirection of Labor, and Unemployment» написанной в 1975 г. (и включенной в книгу New Studies in Philosophy, Politics, Economics and the History of Ideas, p. 197–209), он пишет:

«Это объяснение массовой безработицы приписывает ее несоответствию между распределением труда (и других факторов производства) между различными отраслями (и местностями) и распределением спроса на их продукцию. Такое несоответствие вызвано искажением системы относительных цен и ставок заработной платы»

(р. 200). В недавней «биографии» Хайека мы видим, что в последние годы своей жизни он считал, что современные экономические циклы должны характеризоваться весьма характерными формами ошибочного инвестирования — не только кредитной экспансией в отдаленные от потребления стадии, но и в искусственное стимулирование потребления и вообще всех государственных расходов, порождающих в производственной структуре изменения, которые в конечном счете не могут стать постоянными, так как они не поддержаны поведением потребителей. Хайек заключает:

«Кредитная экспансия в такой огромной степени идет туда, куда ее направляет государство, что неправильная ее адресация перестает проявляться как переинвестирование в промышленный капитал и может принять любые формы. Их следует изучать раздельно для каждой конкретной фазы и ситуации… Но при всех изменениях получаются весьма сходные явления»

(Науек, Науек оп Науек: Ап Autobiographical Dialogue, p. 146).

Следовательно, в самом широком смысле слова термин «вынужденные сбережения» обозначает принудительную экспроприацию, которой банки и финансовые власти подвергают большую часть общества, когда они решают расширить кредит и деньги, что посредством диффузного эффекта снижает покупательную способность денежных единиц во владении индивидов относительно ценности, которую эти денежные единицы имели бы в отсутствие кредитной и денежной экспансии. Средства, получаемые подобным социальным грабежом, могут быть либо полностью истрачены (если их получатели расходуют их на потребительские товары и услуги или помещают их в глубоко ошибочные инвестиции), либо могут стать предпринимательскими и другими активами, которые прямым или косвенным образом де-факто попадают под контроль банков или государства. Схоласт Хуан де Мариана был первым испанцем, исследовавшим этот инфляционный процесс экспроприации в своем труде De monetae mutatione, вышедшем в 1609 г. Он пишет: