Читать онлайн «Руководство по закупкам». Страница 101

В более общем смысле, резервируемые для новых участников лицензии могут увеличить уровень конкуренции среди «действующих участников» благодаря снижению числа контрактов, за которые они могут конкурировать. Хотя менее крупные участники, возможно, будут генерировать более низкие доходы на таких отложенных лицензиях, более агрессивная конкуренция среди сильных участников может означать увеличение дохода на лицензиях, которые не отложены в резерв, в результате чего в данном случае совокупные доходы будут выше[288].

В качестве альтернативы британское правительство могло бы зарезервировать две лицензии, не обязательно две самые крупные, таким образом еще более увеличив конкуренцию среди действующих поставщиков, при условии, что их количество строго превышало бы число доступных контрактов на поставку (три).

Отметим, однако, что государственное резервирование как таковое не обязательно означает, что за резервные лоты возникнет достаточная конкуренция. Говоря конкретнее, предположим, что, при остальных равных условиях, в 3G аукцион в Великобритании вступили бы лишь немногочисленные и слабые участники вместо девяти фактически участвовавших. В случае такого сценария конкуренция могла бы быть слабой по всем лицензиям. С учетом того, что одной из главных целей была максимизация ожидаемого дохода, конечный результат при таком развитии событий, вероятно, был бы хуже, чем без резервируемых лицензий. Действительно, если бы эти немногочисленные участники были слишком слабы, торги по резервной лицензии, возможно, генерировали бы более низкий доход, чем если бы действующим поставщикам также разрешили участвовать в торгах по всем лицензиям.

Резервирование контрактов в закупках и тем самым сокращение количества лотов, доступных сильным участникам, могут также иметь дальнейшие последствия защиты слабых участников, таких как МСП, где сильные участники могут манипулировать угрозой ухода с рынка в случаях не получения своей значительной доли закупочных контрактов. По причинам экономического и политического характера можно иногда предположить, что такая перспектива нежелательна для закупок, и, таким образом, рекомендуемой политикой может стать использование государственного резервирования лотов[289].

Чтобы стимулировать вступление мелких поставщиков, закупщик может ввести тендерные кредиты[290]. Механизм очень прост. Он состоит в применении денежных скидок к предложениям мелких поставщиков в случае заключения контракта. Это ясно подразумевает, что те участники, которые могут получить выгоду от денежных скидок, должны быть четко идентифицированы до начала торгов. На динамических торгах это право может, в принципе, быть назначено также и в ходе торгов, но в таком случае процедура может пострадать из-за целого ряда сложностей и предположительно будет неспособна принести те же результаты. Говоря конкретнее, если тендерные кредиты предназначены для стимулирования входа, то объявление о предоставлении или непредоставлении таких кредитов в ходе торгов должно быть сделано до начала торгов. Очевидно, что без такого объявления цель стимулирования более высокого участия не будет достигнута.

Возможность получения скидки в размере, скажем, 100 t %, где 0 ≤ t ≤ 1, от выигравшей заявки на конкурентных торгах продаж, с исключительно частным компонентом, позволяет претенденту со стоимостью v поднять свою цену до v/(1t). В закупочных конкурентных торгах скидки становятся кредитами. Если победителю торгов присуждают контракт по цене p, он получает плату p(1 + t) от покупателя. Чтобы увидеть возможные последствия тендерных бонусов в закупочных конкурентных торгах, рассмотрим в качестве примера формат закрытых торгов с самой низкой ценой по единственному контракту. Есть две компании, 1 и 2, при затратах на обслуживание контрактов, равных c1 > c2 соответственно. Таким образом, компания 1 является «слабым» участником, в то время как компания 2 – «сильным». Если c1/(1 + t) < c2, а именно, t > (c1 – c2) / c2, то слабый участник может, в принципе, обойти сильного. Поскольку покупатель, как правило, не знает затраты участников и, следовательно, самую низкую цену, которую они готовы предложить, проблема состоит в правильной калибровке t, т. е. размера кредита. Тогда возникает необходимость фундаментального компромисса. Если уровень t слишком высок, у слабого участника есть все шансы перебить цену сильного. Однако в результате распределение будет неэффективным в том смысле, что контракт будет присужден не самому эффективному (с наименьшей стоимостью) поставщику. Тем не менее если уровень t слишком мал, слабые участники могут счесть вероятность перебивания цены сильных участников слишком низкой и, таким образом, принять решение об уходе с рынка закупок.

Одним из значимых примеров эффекта увеличения конкуренции благодаря тендерным кредитам является «региональный узкополосный» аукцион на тридцать лицензий, состоявшийся в 1994 г. в США. Полагаясь на уставный мандат Конгресса, Федеральное агентство по связи (ФАС) предоставило существенные тендерные привилегии компаниям, которыми управляют женщины и меньшинства («назначенным претендентам»). Общий эффект тендерного кредита состоял в том, что привилегированные претенденты должны были заплатить только 50 % стоимости выигравшей заявки. На первый взгляд, могло бы показаться, что разрешение назначенным претендентам иметь 50‑процентную скидку с выигравшей заявки должно было обязательно уменьшить доход правительства. Стоит, однако, принять во внимание, что субсидирование назначенных фирм создало дополнительную конкуренцию на торгах и побудило признанные, несубсидируемые фирмы делать более высокие ставки. Фактически было подсчитано, что позитивные действия ФАС увеличили доход правительства на 12 %, что увеличило общий доход почти на 45 млн долл.[291]

В многолотовых торгах тендерные кредиты могут произвести эффект, подобный влиянию, оказываемому контрактами с государственным резервированием лотов[292].

Чтобы проиллюстрировать этот тезис, рассмотрим динамические торги на повышение (в скидках относительно резервной цены) с двумя лотами и тремя участниками, одним сильным и двумя слабыми, A и Б. Кроме того, предположим, что сильный участник готов предложить скидку за каждый лот, равную 10 %, в то время как A готов предложить 3‑процентную скидку за первый объект, и 8-процентную за второй. Если t = 0,05 (а именно, 5 %), претендент А не может перебить цену сильного участника на первом лоте, но он, в принципе, способен выиграть второй лот. Очевидно, во время торгов участники не знают стратегии друг друга в отношении скидок. Однако сильный участник предвидит, что и у A, и у Б больше шансов стать победителем, поэтому он вынужден подавать заявки более агрессивно по обоим лотам. Если в конечном счете A присуждается второй лот, результат этих торгов с тендерными кредитами тот же, что и на торгах без тендерных кредитов, но где второй лот зарезервирован для двух слабых участников.