Читать онлайн «60 семейств Америки». Страница 59

Слабость вашингтонских должностных лиц лучше всего иллюстрируется собранием писем Франклина К. Лэйна, министра внутренних дел при Вильсоне. Когда была объявлена война, Лэйн писал: "Президент должен послать за Чарлзом М. Швабом, вручить ему ордер казначейства на миллиард долларов и предписать приступить к постройке судов, устроив так, чтобы ему не мешали никакие юсударственные инспекторы, надсмотр щики, ревизоры, бухгалтеры-эксперты и прочие бюрократы. Дайте президенту предоставить все патриотизму и чести Шваба, больше ничего не требуется. Шваб выполнит эту работу".

Эт0‘Т0 фактически и сделал президент во всех отраслях промышленности. Интересно, что Лэйн понимал, что магнатов беспокоили именно эксперты и ревизоры.

Дэвисон заполнил Красный Крест прихвостнями Моргана. Джордж Ф. Бейкер младший из "Ферст нейшнл бэнк" возглавил предварительную чрезвычайную комиссию, посланную в Италию. Грэйсон М. П. Мэрфи, вице- президент "Гарантитраст компани" (Морган), возглавил первую миссию Красного Креста во Франции, а потом сменил Бейкера в Италии.

Мэрфи является, пожалуй, наиболее важным из второстепенных персонажей этой книги. Сейчас[1 Мэрфи умер в 1938 г.] ему принадлежит первая роль в правлении автобусной системы Нью-Йорк — Чикаго; одновременно он является директором нескольких моргановских банков и владельцем собственного фондового банка. Как пишет Генри Прингл в биографии Теодора Рузвельта, в начале текущего столетия президент тайно послал Мэрфи, тогда лейтенанта армии, для выяснения обстановки в Панаме с точки зрения возможности устроить там революцию. Мэрфи получил настолько благоприятное впечатление от этих возможностей, что он и один из его товарищей собирались заинтересовать Дж. П. Моргана финансированием революции. В конце 1934 г. генерал-майор Смидли Д. Батлер обвинил Мэрфи в поддержке грандиозного плана, требовавшего первоначально 50 млн. долл., согласно которому Батлер должен был руководить боевым политическим движением ветеранов мировой, войны. После быстро стихшей шумихи в прессе, во время которой либералы заклеймили план Мэрфи как фашистский, тяжелое обвинение, выдвинутое Батлером, было благополучно скрыто от общественного внимания за стеной молчания.

Вместе с Дэвисоном в военный совет Красного Креста входили: Корнелиус Н. Блисс младший; республиканский политический деятель Сюорд Проссер, ныне председатель исполнительного комитета "Бэнкерс траст компани" (Морган); Джон У. Дэвис, в то время заместитель генерального прокурора, ныне главный адвокат Моргана; Джон Д. Райан; Харви Д. Гибсон, ныне президент "Мэнюфекчюрерс траст компани", и Джесс X. Джонс, банкир, ныне глава "Реконстракшн файнэнс корпорейшн".

Миссия Красного Креста в Россию возглавлялась Уильямом Бойсом Томпсоном и полковником Рэймондом Роббинсом, золотоискателем с Аляски. Томпсон и Роббинс в России и Мэрфи в Италии использовали Красный Крест для военных целей Уолл-стрита способами, о которых не подозревал американский народ.

Даже теперь многие не понимают, что Красный Крест имел чисто политические функции.

Задача Мэрфи в Италии состояла в том, чтобы поднять моральное состояние после разгрома итальянцев под Капоретто. Под его руководством миссия Красного Креста осуществляла заботу о бездомных и обездоленных, чье настроение считалось опасно революционным. Томпсон и Роббинс, согласно их собственным заявлениям, действовали в России в качестве политического орудия военного министерства. Крупнейшим их достижением был подкуп достаточного количества делегатов Всероссийского демократического совещания с тем, чтобы совещание поддерживало Керенского и его программу продолжения войны. Стоимость подкупа этого собрания составила 1 млн. долл., которые Томпсон охотно заплатил. На протяжении всего своего пребывания в России Томпсон непрестанно поддерживал телеграфную связь с Ламонтом и Морроу (компаньоном Моргана), а в перерывах подготовлял почву для того, чтобы выхлопотать себе и своим друзьям горнорудные концессии от Временного правительства.

Целью Томпсона и Красного Креста было предотвратить заключение Россией сепаратного мира с Германией. Когда же русские все-таки заключили мир, новый вариант задачи Томпсона заключался в том, чтобы предотвратить возможность продажи Россией Германии военных материалов. Красный Крест помогал деньгами и продовольствием антигерманским элементам и отказывал в них прогермански настроенным и крайне радикальным элементам. Под прикрытием Красного Креста Томпсон и Роббинс занимались шпионажем, выслеживая местонахождение материалов, которые, как они подозревали, подвозились к германской границе.

Аналогичным образом действовала и комиссия Гувера, оказывавшая послевоенную "помощь" Европе. Либеральным и радикальным правительствам отказывали в продовольствии и прочем снабжении, которое посылалось в страны с реакционным режимом.

Конец войны застал финансистов-политиков все еще следующими по пятам за неудачливым Вильсоном. На мирной конференции Барух восседал рядом с Вильсоном; Ламонт, как представитель казначейства, также присутствовал на конференции и, по сообщению Уильяма Бойса Томпсона, "написал финансовую часть вильсоновского проекта Лиги наций, будучи более осведомленным относительно положения финансов за границей, чем Барни Барух" [1 С. W. Barron, They Told Barron, p. 327.]. Как явствует из другого авторитетного источника, Ламонт "был одним из тех немногих достойных восхищения экспертов, к мнению которых охотно прислушивался президент Вильсон"[3 H. Nicolson, Dwight Morrow, p. 237.]. Кстати, конфиденциальные копии Версальского договора попали в руки "Дж. П. Моргана и К°" задолго до того, как сенат Соединенных Штатов ознакомился с этим документом.

На всех послевоенных международных конференциях господствовали "Дж. П. Морган и К°", выпустившие большую часть послевоенных международных займов, включая два репарационных займа. Мировая война удвоила могущество и тех кланов, которые концентрировались вокруг этого банкирского дома, и тех, которые группировались вокруг банков Рокфеллера и Меллона.

С точки зрения богатейших семейств Америки мировая война была самым важным для увеличения их капитала событием со времени гражданской войны.

Политические головорезы эпохи Гранта помимо своей воли оказались восприемниками нового промышленного общества, представлявшего несомненный прогресс в экономическом отношении. Подобными полномочиями отнюдь не располагали политические авантюристы послевоенного периода, обладавшие столь же высоким историческим призванием, как обыкновенные взломщики. Бароны грабежа 1860—1900 гг., какие бы средства они ни пускали в ход, какие бы потери и убытки они ни причинили, выполнили определенную созидательную работу. Их наследники и душеприказчики 1920—1932 гг. ограничились практикой ловкого мошенничества, без конца создавая акционерные общества и пуская в обращение огромное количество всевозможных акций и облигаций, действительная стоимость которых равнялась нулю.