Читать онлайн «Призрак Белой Страны. Бунт теней исполненного, или Краткая история « Ветхозаветствующего» прозелитизма». Страница 85

Так в борьбе за трон Кромвеля со Стюартами победили «еврейские» ростовщики.

В XIX веке с началом переформатирования общества по «ветхозаветному принципу ‘капитализма’» иудеи начали выход из своих гетто, которые тогда являлись привилегиями, и начали трансформироваться в «свободные организации» со «светской идеологией», в основе которых лежал и т. н. «реформистский иудаизм», заявивший об устранении «этнического фактора». «Освобождению» теперь подлежали не только «евреи», а все, кто будет следовать «реформистскому учению». А вот решать, что соответствует учению, а что нет, будут, естественно, «избранные еврейские Учителя», взявшие на себя нелегкое, но благородное бремя освобождения всего человечества. Учение декларировалось как универсалистская и мессианская религия.

Мессианство заключалось в явлении себя «нееврейскому» миру «истинной» религией, ведущей мир к «высшим универсальным этическим нормам», якобы заложенным в иудаизме[146].

Реформисты ссылались, в частности, на цитату «иудаизм — это «свет для всех народов» из книги пророка Исайи. Основоположники течения заявляли, что «иудаизм выжил, чтобы стать Царством священников, проповедующих человеческой расе открывшуюся им абсолютную правду»[147] (Нахман Крохмаль).

Мессианством обосновывалась и необходимость сохранения этнического сепаратизма «евреев», как «особой группы», способной обеспечить выполнение этой общечеловеческой миссии. Но, несмотря на заявленную «универсальность», в среде «реформизма» по-прежнему практиковалась этническая самосегрегация в виде внутригрупповых браков, как главный фактор поддержания гомогенности, сохраняющий «генетическую и расовую чистоту перед Богом»…

При этом «реформированные евреи» объявили себя «особой» группой, предназначенной Богом в качестве «морального образца» для просвещения остального человечества, представляясь носителями униве-сальной религии. Притом, что это единственная религия, где «духовность» и «приближенность к Богу» передается по наследству по материнской линии.

Нельзя сказать, что эти заявления внушило доверие другим народам[148], зато оно вдохновило много «еврейских» идеологов — от основателя социал-сионизмаМозеса Гесса, до деятелейроссийской и немецкой компартий (напр.Густава Ландауера изрекшего — «преданность еврейскому делу — есть дело всего человечества»).

Дети и внуки раввинов ицадиков, отринув догмы иудаизма, сохранилитрадиции, поведенческие установки, психологию, мораль, ценности и мироощущение предков, начали поиск универсалистского решение экономических, социальных и национальных проблем своего народа, в том числе и «еврейского» пролетариата. И как истинные «универсалисты» они искали эти решения в «мировом масштабе». Поэтому не случайно, что отцом учения о «всемирной коммунистической революции» стал внук раввина, профессиональный философКарл (Мордехай Леви) Маркс.

Мечтая об «освобождении всего человечества», новое учение, как и «реформистский иудаизм», осуществляло освобождение не всему человечеству, а «избранными». Только у Маркса «избранность» шла от некоего «исторического прогресса», разделившего человечество на две части: на избранный, «прогрессивный» класс (пролетариат), и на «реакционный» класс (буржуазию и крестьянство).

При этом, следуя традиции «реформистского иудаизма», Маркс заявил, что и у буржуазии и «у пролетариата нет ни национальности, ни Отечества», таким образом, превратив освобождение человечества в глобалистский проект. При этом Маркс полностью проигнорировал понятие приоритета интересов нации и патриотизма, наследуя отсутствие чувства государственности, свойственное иудейской среде, ставя проблемы исключительно «мирового масштаба». Определив глобальную суть «еврейства», как «экономическую суть — ростовщичество, торгашество», он сампоследовал «экономо-центризму», поставив экономику на первое место в иерархии ценностей.

Причиной популярности его учения стал изначально принимаемый универсализм и совпадение с ожиданиями соответствующих социальных групп. При всем несомненном таланте экономиста,его европоцентризм со специфичными национальными корнями, определенное упрощенчество методологий и механицистское отношения к обществу свели все многообразие хозяйственной жизни различных человеческих обществ к единой упрощенной схеме с ограниченным набором критериев, не рассматривая зависимостей от внешних факторов, природных, культурных и традиционных особенностей социумов. Абсолютистским суждениям были подчинены философия и сформулированы социальные мифы. Таким образом, экономическая теория сама превратилась в подобие религии.

При этом нужно особо отметить, что идеологи иудаизма всегда активно нападали на христианство. И у этого явления есть две основы. Первая кроется в установках иудаизма, согласно которымхристианство является главным врагом - ради «восстановления первородства» и «иудейской избранности». Вторая причина заключалась в бессознательном желании войти в национальные элиты. Так, установки теории Маркса гласят, что национальные интересы у классов практически отсутствуют, поэтому и «еврейский» банкир, как и пролетарий, будет в первую очередь отстаивать интересы класса, а не народа или религии. Подвергая критике в своих доктринах религию, в том числе и иудаизм, Маркс и «еврейские» социалисты с одной стороны следовали традициям своего народа, с другой стороны, считали, что в глазах немцев (французов и т. д.) становятся не «евреями», а «немцами» (французами). Таким нетривиальным ходом универсалисты «расчищали себе дорогу» в европейскую цивилизацию. При этом в реальной жизни «универсалисты» общались и всячески поддерживали преимущественно своих соплеменников, включая «классовых врагов».

Из сотни членов Генерального Совета 1-го Интернационала, не менее половины были выходцами из иудаизма. При этом подавляющее большинство из них — политические эмигранты и профессиональные революционеры, осевшие в Лондоне и жившие на деньги не только Ф. Энгельса, но иП. Зингера,Г. Кремье, Д. Аронса, Э.Ротшильда. Последний весьма щедро финансировал социалистическое движение, поскольку считал его «еврейским учением». И он был не одинок.

«Сам еврей, он имеет вокруг себя, как в Лондоне, так и во Франции, но особенно в Германии, целую кучу жидков, более или менее интеллигентных, интригующих, подвижных и спекулянтов, как все евреи, повсюду, торговых или банковских агентов, беллетристов, политиканов, газетных корреспондентов всех направлений и оттенков, одним словом литературных маклеров и, вместе с тем, биржевых маклеров, стоящих одной ногой в банковском мире, другой — в социалистическом движении и усевшихся на немецкой ежедневной прессе — они захватили в свои руки все газеты, — и вы можете себе представить, какая из всего этого получается мерзкая литература. Так вот, весь этот еврейский мир, образующий эксплуататорскую секту, народ-кровопийцу, тощего прожорливого паразита, тесно и дружно организованного не только поверх всех государственных границ, но и поверх всех различий в политических учреждениях, — этот еврейский мир ныне большей частью служит, с одной стороны, Марксу, с другой — Ротшильду, Я убеждён, что, с одной стороны, Ротшильды ценят заслуги Маркса, а с другой — Маркс чувствует инстинктивное влечение и глубокое уважение к Ротшильдам» — писал в 1871 г. в Локарно в своей рукописи«Мои отношения с Марксом» тесно столкнувшийся с этим миром «социалистов» Бакунин[149].

Из всего вышеизложенного следуют вполне определенный вывод, что болезненная казиэтническая связь между «евреями»-социалистами и «евреями»-банкирами была более значимыми, нежели их классовые, социальные противоречия, отбрасывая в сторону «универсалистские» наднациональные доктрины, вроде всемирной коммунистической революции.

«Гордыня избранности», правящая многими поколениями иудеев стала их родовым проклятием, которое преодолеть смогли только считанные единицы…

При этом Маркса нельзя назвать единственным разработчиком «новой теории». У ее истоков (как и у 1-го коммунистического Интернационала), еще стоял его старший приятель — один из основателей сионизма — Мозес Гесс (1812–1872). Он был на 6 лет старше Маркса, раньше защитил докторскую диссертацию по философии и раньше начал писать статьи на философские темы. Именно Гесс приобщил Энгельса к идее коммунизма. Маркс называл Гесса своим «коммунистическим раввином».

Мозесу Гессу принадлежат многие идеи «сокровищницы марксистской мысли», традиционно приписываемые его младшему товарищу. Например, идея о полагании человека творцом истории или религиозномессианское послание о том, что «Небесное Царство может быть достигнуто на Земле через революционный социализм». Уже в 30-х годах XIX века Мозес высказал мысль, что индустриальное развитие общества ведёт к прогрессирующему обнищанию трудящихся и катастрофе.