Читать онлайн «Навстречу звездам». Страница 127

Сейчас мы работаем над тем, чтобы добиться вечной молодости у всех людей. И мы буквально на пороге этого — мы с вами уже не постареем, даю гарантию! Сейчас объясню поподробнее, причем начну с научного и даже философского обоснования…

Еще несколько десятилетий назад были выдвинуты гипотезы, утверждающие, что программа старения и умирания заложена для каждого живого существа на генетическом уровне, что механизм обновления поколений служит совершенствованию биологического вида. Действительно, если старения не существовало бы, а смерть наступала бы только под влиянием внешних факторов, результаты действия которых не совместимы с жизнью — таких, как стихийные бедствия, нападения хищников, нехватка пищи; то, вполне вероятно, процесс смены поколений происходил бы крайне медленно из-за выключения механизма гибкой адаптации вида, неотъемлемой частью которого является процесс гибели наименее приспособленных особей. А неограниченное воспроизводство было бы, очевидно, невозможно из-за того, что экологическая ниша данного вида может обеспечить жизнь лишь ограниченному количеству особей. Результатом отсутствия обновления стало бы неизбежное вырождение и исчезновение вида, а место исчезнувших видов заняли бы те виды, у которых механизм смены поколений отработан.

С течением времени стало очевидным, что механизм постепенного необратимого ухудшения качества биологических клеток на протяжении жизни действительно заложен в генетическом аппарате — но не «напрямую», а в виде отсутствия «за ненадобностью» программы самоподдержания качества клеток на неизменном уровне — имеется только жесткая программа развития от «нуля» до детородного возраста. Далее «эстафета» поколений передается потомкам выживание вида обеспечивается, а программа развития особи, отработанная эволюцией, обрывается; «гарантийный срок» кончается, и начинается необратимый процесс накопления дефектов при обновлении клеток, результаты которого с течением времени суммируются. В конце этого пути, когда накопленные дефекты становятся несовместимы с жизнью, наступает ее «естественное» прекращение. Эволюция, как известно, отрабатывает механизм выживания вида, а не отдельной особи.

Однако для человека, обладающего разумом и осуществляющего сознательное преобразование мира, этот закон становится неприемлемым. Он, конечно, являясь выходцем из биологического мира, подчиняется объективным законам, выработанным в процессе эволюции, и даже сейчас пока не в состоянии, несмотря на прогресс медицины, обеспечить качественный скачок и контролировать все процессы в организме. Но есть и существенные отличия от остального биологического мира. С одной стороны, человек с помощью общественного производства в состоянии обеспечить жизнь населения, во много раз превосходящего по численности современное, даже не колонизируя космос. Кстати, уместно напомнить — мы никуда не денемся от политики: как отметили участники конференции в Рио-де-Жанейро в 1992 году, выживание населения хотя бы в таком количестве, которое существовало на тот день, было возможно только в условиях экономической системы, построенной на иных принципах, нежели социал-дарвинистская система «свободной конкуренции»…

С другой стороны, смерть является сильнейшим тормозом — разумеется, помимо всех остальных, подробно рассмотренных в марксистско-ленинской философии и политэкономии и от которых мы уже избавились — на пути научно-технического, культурного и социального прогресса — она обрывает процесс творческой деятельности квалифицированных и опытных работников, а процесс подготовки новых людей до соответствующего уровня занимает, по сути, около трети и даже половины жизни.

И, наконец, сам человек, обладая разумом, со всей остротой и драматизмом осознает неизбежность смерти самого себя, своих близких, воспринимает эту неизбежность как нечто крайне нежелательное.

Таким образом, смерть для человека, коренным образом отличающегося от остального биологического мира, не является чем-то необходимым. Более того, старение и смерть необходимо каким-то образом преодолеть.

Очевидно, это удастся сделать с помощью генной инженерии, искусственно введя соответствующий генетический механизм самоподдержания качества клеток зрелого человека на неизменном уровне на протяжении неограниченного отрезка времени — подобно уже заложенному природой механизму развития от «нуля» до детородного возраста. Такой искусственный механизм будет на несколько порядков проще, чем механизм развития — ведь поддерживать какое-то состояние в неизменном виде всегда неизмеримо легче, чем управлять сложнейшим развитием. Мы уже можем вводить новый генный аппарат в уже существующий организм, так что принципиальная возможность достижения вечной молодости есть.

У тех же, кто уже успел постареть, мы предварительно восстановим клетки — в наших лабораториях эта технология также отрабатывается. Так что скоро все будут вечно молодыми — на вид лет по двадцать — двадцать пять…

А в перспективе мы планируем применять нанотехнологические исполнительные элементы и управляющие суперкомпьютеры параллельного вычисления для биоинжиниринга в режиме реального времени в каждой отдельно взятой клетке организма. Таким образом, на смену природному механизму эволюции в обозримой перспективе придет механизм целенаправленного инженерного конструирования организмов — с максимумом личных возможностей и с абсолютным физическим и эстетическим совершенством. Кстати, напомню, что здоровье в расширенном понимании — это не только отсутствие болезней и страданий, но и как можно большая степень этих самых физических возможностей и эстетических качеств.

— А как насчет воскрешения уже умерших людей? — спросила Мария.

— Что касается воскрешения уже умерших людей, то здесь положение представляется менее однозначным. Конечно, вновь собрать все частицы праха мертвых воедино, как предлагал Федоров, неприемлемо, так как сознание не привязано к каким-то конкретным атомам — в процессе жизни эти атомы практически все подвергаются обновлению, а сознание «остается прежним», то есть имеет место ощущение целостности собственного сознания на протяжении жизни. Материалистами утверждается, что субстратом сознания выступает совокупность определенным образом структурированных частиц материи состояние сознания напрямую зависит от состояния его субстрата.

Отсюда вывод: для продолжения жизни необходимо каким-то образом воспроизвести во вновь изготовленных материальных телах то состояние субстрата сознания — взаимное расположение элементов, — которое было в момент максимального накопления памяти личности, то есть смерти. При современном уровне развития технологий вполне возможно проводить поатомное сканирование головного мозга — как у живого организма, так и у недавно умершего. Но проблема состоит в том, что от «естественных» причин люди умирать уже не будут — причиной смерти будут лишь несчастные случаи, катастрофы и тому подобное. И вот если биологическое тело человека будет по каким-либо причинам невосстановимо утрачено — то на этот случай мы выдадим каждому человеку соответствующий сканирующий аппарат. От вживления всяких устройств в мозг мы отказались — это противоречит правам и свободам человека в нашем понимании… В случае смерти информация будет передаваться в банк данных нашего института. И у воскрешенного человека, который будет обладать таким же биологическим телом, будет та же память, что и на момент последнего сканирования. Нанотехнологии скоро позволят осуществлять точное формирование и копирование материальных объектов — и вот тогда люди, наконец, навсегда забудут, что такое смерть.

— А возможно ли воскрешение людей, умерших до появления этой технологии? — поинтересовался Денис.

— В принципе, развитие нашего общества показало, что то, что казалось невозможным в одно время, в другое становилось повседневностью… Нам для этого нужна всего лишь точная информация — о структуре головного мозга на молекулярном уровне в момент смерти. Кто мог бы нам ее предоставить? Очевидно, разум более высокого порядка — эта информация вполне может аккумулироваться у него — он может сканировать состояние любого материального объекта на расстоянии и совершенно незаметно для нас. На определенном этапе нашего развития мы, скорее всего, вступим с ним в контакт — пусть и не совсем полный, но по крайней мере, с данной конкретной целью… Правда, как именно это произойдет и что это за разум, я не представляю даже приблизительно, да и никто не представляет… Одно очевидно — если разум постоянно развивается, то в таком случае есть во Вселенной и более высокий разум; раз он стремится за пределы своей звездной системы, то он распространен по всей Вселенной; раз он не может существовать без взаимодействия с остальной материей, то он наверняка работает и с цивилизациями более низкого уровня. Может быть, личности умерших землян присоединяются к единой системе космического разума и продолжают активную деятельность на более высоком уровне… Но мы, со своей стороны, тоже постоянно развиваемся и совершенствуемся; и неизбежно наступит момент, когда мы разовьемся настолько, что сможем сами управлять структурой и состоянием своих организмов в полном объеме — а следовательно, с точки зрения объективно обусловленных интересов активного преобразования мира присоединение ранее ушедших от нас индивидуумов к нашей цивилизации будет более оптимальным, чем дальнейшее их пребывание в распоряжении более развитого разума. Они все же наши сограждане, и Земля — их родина. Они все вернутся к нам, непременно вернутся. Мы добьемся этого своим трудом. Мы ждем их возвращения…