Читать онлайн «Азиатская модель управления: Удачи и провалы самого динамичного региона в мире». Страница 115

Именно это произошло со многими частными компаниями Тайваня, пострадавшими из-за того, что промышленная политика Гоминьдана была сосредоточена на государственном секторе. Один из самых известных предпринимателей на острове Стэн Ши, владелец компании Acer, окрестил проблему, с которой сталкиваются не имеющие поддержки частные компании внутри цепочки добавления стоимости, «улыбкой». В бизнесе по производству компьютеров и электроники, которым активно занимаются многие частные компании Тайваня, самые высокие доходы получают либо дизайнеры фирменного стиля, компании по разработке и продаже программного обеспечения и производители электронных чипов на одном верхнем конце цепочки добавления стоимости, либо гиганты-ретейлеры на другом верхнем конце цепочки. Компаниям же, подобным Acer, чьи ограниченные ресурсы вынуждают их держаться середины цепочки (нижней части «улыбки»), остается только наблюдать, как их текущая прибыль сжимается все сильнее и сильнее.

Ни огромные масштабы производства частных тайваньских компаний, ни их глобальное лидерство в снижении издержек не обеспечивают им более высокую доходность, поскольку компании, работающие в начале технологического процесса, успешно конкурируют за счет ускоренных инноваций, а компании, работающие в конце технологического процесса, контролируют огромные доли розничной торговли. Частные компании Тайваня, такие как Acer, нуждались в расширении своей деятельности и давно начали бы более масштабное наступление на мировом рынке в своей отрасли, если бы в этом стремлении их поддержало правительство.

Тайвань прославил «улыбку» в электронике. Возможно, частный сектор Китая перенесет «улыбку» и на многие другие отрасли. Помимо производства бытовых потребительских товаров, где китайские компании уже давно работают на брендовые транснациональные корпорации или ритейлеров, таких как Walmart, прослеживается тенденция появления «улыбки» в различных секторах – от сборки мотоциклов и автомобилей до фотоэлектрических элементов{555}.

Транснациональные корпорации рассчитывают на то, что скорость их инноваций и маркетинговая «мускулатура» позволят им улыбаться сколь угодно долго. Опыт Тайваня показывает, что их предположения верны: без дополнительной политической поддержки со стороны правительства частный сектор Китая не реализует свой потенциал.

Проблемы, с которыми сталкиваются частные китайские компании, можно проследить на примере BYD, производящей аккумуляторы для мобильных телефонов и традиционные автомобили, а в дальнейшем планирующей создавать электромобили. BYD получила широкую известность в 2008 г., когда дочерняя компания холдинговой корпорации Berkshire Hathaway Уоррена Баффета приобрела 10 % акций китайского производителя. BYD начала выпускать аккумуляторы в 1990-е гг. при технической помощи европейских и американских операторов мобильной связи, которые хотели снизить издержки за счет переноса производства аккумуляторов из Северо-Восточной Азии в Китай.

Затем владелец компании Ван Чуаньфу сумел выжать достаточно средств из своего крупного, но низкодоходного производства аккумуляторов, чтобы перейти на автомобилестроение. В 2000-х гг. BYD воспроизвела японские модели и вызвала в Китае настоящий бум среди автовладельцев, став самым быстрорастущим и дешевым производителем легковых машин. Ван анонсировал грядущее объединение аккумуляторного и автомобильного бизнеса, чтобы стать глобальным игроком в производстве электромобилей. Он обещал освоить выпуск экологически чистого электромобиля уже в 2010 г., а с 2011-го начать его экспорт по всему миру. О грядущем прорыве трубили мировые СМИ, от The New York Times до Wall Street Journal и Economist{556}.

Однако BYD могла конкурировать с богатыми совместными предприятиями государственного сектора, только сокращая свои цены до минимума. Доходы оказывались ничтожно малыми, а снижать цены еще больше было нельзя, потому что BYD не имела ресурсов для освоения всего спектра технологий автомобилестроения. Компании пришлось закупать у международных поставщиков для своих автомобилей шасси и трансмиссии – компоненты с наиболее высокой добавленной стоимостью. И если ее ресурсов недоставало для производства обычных автомобилей, то для освоения нового поля деятельности денег не хватало категорически: создание электромобиля требует разработки сложного программного обеспечения и системы управления двигателем, что создавало новые технологические проблемы. Единственной субсидией, полученной BYD, стала скромная сумма, предоставленная местным органом власти в процветающем южном городе Шэньчжэнь. Компания провела ее в своем отчете по разделу «Прибыли», чтобы подкрепить финансовые результаты{557}. Не имея богатых покровителей и исчерпав денежные средства, поступившие с фондового рынка после котировки компании, BYD стала срывать сроки перехода к массовому производству и экспорту обычных и электрических автомобилей. Рыночная капитализация BYD достигла своего пика в декабре 2008 г. на уровне $ 25 млрд после инвестиций Уоррена Баффета, а летом 2011 г. компания стоила уже меньше 10 % от этой суммы.

Несчастная BYD стала последней в череде частных производственных компаний, которые появлялись в Китае, суля огромные достижения, а потом быстро выдыхались. До BYD самой прославляемой частной компанией была Suntech, крупнейший в мире производитель фотоэлементов, используемых для превращения солнечных лучей в электричество. Это была еще одна история масштабирования, не подкрепленного инвестициями, с целью приобретения власти над цепочкой добавления стоимости. Подобно BYD, Suntech получила лишь самые скромные, на провинциальном уровне субсидии и сосредоточилась на середине технологического процесса в своей отрасли{558}.

Основная часть субсидий центрального правительства на выработку возобновляемой энергии шла связанным с государством компаниям, работавшим в сфере ветроэнергетики, поэтому Suntech в своем развитии почти полностью зависела от объемов своего экспорта. По мере обострения конкуренции со стороны других китайских производителей фотоэлементов руководство Suntech все яснее осознавало, что львиная доля прибыли достается зарубежным поставщикам поликремния в начале технологического процесса и предприятиям по монтажу солнечных панелей в конце процесса. После того как в 2005 г. компания стала котироваться, ее акции повысились в цене до $ 90 за штуку. В середине 2011 г., несмотря на то что компания по-прежнему является крупнейшим производителем фотоэлементов в мире, ее акции продавались по цене менее $ 5 за штуку. Единственная надежда, остающаяся для Suntech, связана с правительственной инициативой начать с 2011 г. предоставление небольших дотаций отечественным производителям солнечных установок, что может означать необычный крен политики в сторону частного сектора{559}.