Читать онлайн «Насилие и социальные порядки». Страница 114

Порядки открытого доступа, как оказывается, гораздо более эффективны в долгосрочном реагировании на изменения. Процесс принятия решений в обществах открытого доступа куда сильнее децентрализован, он зависит от лидеров экономических и политических организаций. Они приходят к децентрализованным решениям с опорой на те организации, которые они представляют. Открытый доступ увеличивает возможность натолкнуться именно на ту политику, которая позволит решить проблему или снизить ее остроту. Созидательное разрушение как в экономической, так и в политической сфере является необходимым критерием достижения адаптивной эффективности. Неспособность Шумпетера даже представить созидательное разрушение в политике привела его к выводу о неминуемой обреченности капитализма. Возможно, однажды окажется, что он прав: порядки открытого доступа вполне могут оказаться менее стабильными, чем естественные государства, продержавшиеся на плаву почти десять тысяч лет. И все же прочность обществ открытого доступа перед лицом повсеместных попыток создания ренты — это свидетельство ключевой роли адаптивной эффективности.

Естественные государства не могут опираться на адаптивную эффективность как на бастион, который способен противостоять переменам. В динамичном мире люди из обществ с закрытым доступом, ответственные за принятие решений, имеют ограниченные возможности в поиске новых возможностей и решении новых проблем. Подобные ограничения обуславливаются желанием элит защитить свои привилегии, а также теми опасностями, которыми снижение ренты грозит стабильности господствующей коалиции и обществу в целом. Препятствование конкуренции как в экономике, так и в политике сокращает инновации, сужает размах созидательного разрушения, а также нарушает механизм замещения проигравших и отбрасывания бесперспективных идей. Дело не в том, что естественные государства не способны к прогрессу, дело в том, что они имеют одинаковую склонность как к движению назад, к личным договоренностям и ограниченному доступу, так и вперед — к обезличенным институтам. Даже когда общества начинают осознавать все плюсы открытого доступа, члены коалиции естественного государства понимают, что простое создание институтов открытого доступа не просто уничтожит их ренту, но также не позволит достичь искомого результата, то есть стабильного экономического развития.

Мы согласны с тем, что нам так и не удалось полностью рассмотреть вопрос о понимании истоков убеждений, происхождении институтов и природе человеческих организаций, составляющих различные социальные порядки. Однако наше повествование способно серьезно увеличить стимулы к накоплению знаний, а также к выяснению того, насколько общества могут использовать эти знания как для улучшения положения человека, так и для решения проблемы потенциального возрастания легальности насилия.

В обществах охотников и собирателей обмен происходит прежде всего за счет межличностных повторяющихся взаимодействий; все отношения являются личными. Стандартная единица взаимодействия — это группа из 25 человек, при условии, что спорадически формируются временные группы большего размера. Общества охотников и собирателей решают проблему насилия не самым эффективным образом: они формируют группы, в которых личное взаимодействие — это взаимодействие между индивидами, которые прекрасно друг друга знают и взаимодействуют друг с другом на постоянной основе. Уровень насилия как внутри групп, так и между ними может быть крайне высок.

Естественные государства выстраиваются на межличностных отношениях добывающих порядков, эти государства способны расширяться и превосходить по своим масштабам более простые общества. Отношения внутри естественных государств строятся вокруг традиционных межличностных взаимодействий, однако иерархии элит формируют личные отношения, которые увеличивают контроль господствующей коалиции. Порядки ограниченного доступа позволяют решить проблему насилия: могущественные члены общества объединяются в коалицию военной, политической, религиозной и экономической элиты. Элиты обладают привилегированным доступом к ценным ресурсам или к ценным формам действия. Кроме того, у них есть возможность формировать организации, санкционируемые всем обществом. Уникальные идентичности членов элит тесно увязаны с теми привилегированными организациями, которые эти члены возглавляют или в которых они состоят. Так как в случае выплесков насилия рента, извлекаемая элитой, будет снижаться, создание ренты позволяет элитам достоверно гарантировать друг другу ограничение насилия. Однако в силу того, что социальный мир зависит от баланса интересов в господствующей коалиции, порядки открытого доступа чувствительны к переменам, затрагивающим интересы и возможности элит. Как социальный порядок порядок ограниченного доступа стабилен, однако каждое естественное государство претерпевает постоянные изменения; так как естественные государства опираются на сложную систему элитных интересов, им не всегда удается оставаться устойчивыми в меняющихся обстоятельствах. В хорошо развитых естественных государствах элитные привилегии включают контроль над могущественными социальными организациями, такими как церковь, правительство, суды и военные силы.

Порядок открытого доступа выстраивается на организационных структурах естественного государства, но при этом он распространяет обезличенное гражданство на все большую часть населения. Все граждане получают возможность формировать экономические, политические, религиозные или социальные организации, призванные выполнять любые мыслимые функции. При этом порядки открытого доступа запрещают использование насилия всем организациям, кроме армии или полиции. В отличие от естественного государства, которое активно манипулирует интересами элит и неэлит с целью поддержания социального порядка, порядок открытого доступа позволяет индивидам преследовать собственные интересы посредством создания всевозможных организаций. Индивиды продолжают оставаться мотивированными экономической рентой как на политическом, так и на экономическом рынке, но присутствие открытого доступа стимулирует конкуренцию, что делает подобную ренту лишь временным явлением. Социальный порядок поддерживается за счет комплексного взаимодействия конкуренции, институтов и убеждений. Контроль над военной силой концентрируется в руках правительства, а контроль над правительством вытекает из политической и экономической конкуренции, а также из особых институциональных ограничений. Попытки использовать правительство для принуждения граждан— напрямую, через военную силу, или же косвенно, через манипулирование экономическими интересами — приводят к активизации существующих организаций или же к созданию новых организаций, призванных мобилизовать экономические и социальные ресурсы, с тем чтобы добиться контроля над политической системой. Сохранение открытого доступа важно для поддержания социального порядка.