Читать онлайн «Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)». Страница 498

— Прости, сержант? — спросил Коул, видя, как его командир что-то угрюмо бормочет под нос.

— Я сказал, что ненавижу чёртовых ксеносов!

Воды реки Минос текут сотни километров из самого сердца душных тропических джунглей экваториального пояса Армагеддона, который фактически разделяет континент на Прайм и Секунд, в конце концов, вливаясь в бурные воды океана Темпест. Расположенные рядом с рекой солончаки и болота занимают почти такую же площадь, как пустынные равнины Антранда, что раскинулись в тысяче километров на западе. Примерно полмиллиона гектаров стали домом для бесчисленных видов кровососущих насекомых, включая стрекоз величиной с человеческую руку с крыльями похожими на витражное стекло, гигантских многоножек в метр длиной с гибкими телами и челюстями, не уступающими стальным капканам зелёнокожих, и многочисленными редкими подвидами пыльнокрылых бабочек.

Эту местность не зря назвали Чумными Болотами — ей присущи все смерти и болезни, навеянные таким прозвищем, и она изобилует всевозможными формами жизни, как местными, так и инопланетными. Зловонные болотные чёрные воды топких омутов и затянутых тиной озёр изобилуют рыбой, моллюсками и кожистыми угрями, а также мутировавшими крабами-альбиносами — прочность их панцирей равна керамиту. Встречаются здесь и млекопитающие: травоядные копи и хищные когтистые мосеты занимают свою нишу в пищевой цепи хищников. Белые ибисы и голверсы бродят среди солоноватых прудов, выискивая лакомые кусочки: личинки стрекоз и маджеков. Вызывающие благоговейный ужас когтистые ястребы парят высоко в восходящих от туманов и трясин тепловых потоках, выжидая момент, чтобы схватить быстрокрылых баззет или даже детёныша копи. Только в бездонных глубинах Бурлящего моря и океана Темпест богаче биоразнообразие и больше видов фауны, чем в джунглях и мангровых болотах экваториального Армагеддона.

Есть там и орки. Орки есть везде. Магосы Генеторс Биологис считают, что в Миноских болотах обитают не меньше двенадцати племён зелёнокожих, объединяясь и распадаясь из-за неистребимой жажды битв и прирождённой вражды, продолжающих оказывать на них влияние, несмотря на вдохновляющую силу Великого Зверя, которая распространилась на другие кланы, прилетевшие воевать на Армагеддон.

Дикие орки оказывают уникальное влияние на окружающую среду и её экосистему. И оно только пагубно. После прибытия на планету пять десятилетий назад и продолжительного присутствия в джунглях зелёнокожие бесспорно стали альфа-хищниками. Без сомнения, некоторые погибли от опасных обитателей коренной флоры и фауны, таких как пагубная бледная поганка и лианы-душители, но смертельная среда джунглей с её невыносимой влажностью, создавшей прекрасные условия для десятков смертельных болезней, кажется вообще не волновала их чуждый метаболизм. В действительности зелёнокожие и всевозможные их выродившиеся подвиды, которые пришли вместе с ними на Армагеддон, кажется, абсолютно адаптировались к местным условиям или как минимум полностью приспособились.

Для некоторых может стать неожиданностью то, что существа орочьего “вида” развивавшиеся в изоляции от Вааагха! могут использовать — и действительно часто используют — технологии, например, оружие, не имея никаких инструментов для их создания. Видимо это происходит вследствие генетической предрасположенности.

Как только племя диких зелёнокожих под предводительством сильного и хитрого орка достигает критического размера, они начинают учиться сражаться против местных хищников, проживающих в джунглях и ближайших болотах и, в конечном счёте, побеждают, расширяя свою территорию. Также эти орки учатся находить оружие и другие обломки технологий, брошенные их погибшими братьями-ксеносами, или используют или даже модифицируют любую имперскую технологию, до которой сумеют добраться. Большинство находок окажутся слишком высокотехнологичными, чтобы они сумели ими воспользоваться, но им не потребуется много времени для понимания принципов работы и преимущества такого оружия. Хотя немало членов племени погибнет во время подобного изучения и экспериментов.

И, похоже, орки явились на Армагеддон не одни. После провала первого вторжения или дальнейшего продвижения на планете развивались дикие ксеносы, но прорастали и иные споры, оставленные главной ордой. Так появились на свет отличные от зелёнокожих виды. Сквиги — самый многочисленный и распространённый среди них. Орки используют их для самых разнообразных целей: начиная от помощи в охоте и заканчивая утолением прожорливого аппетита. Есть и более мелкие родичи орков, которых имперцы называют “гретчинами”.

Считается, что несколько подвидов зелёнокожих ксеносов, оказавшихся на нашей планете после первого вторжения Газкулла Траки пятьдесят лет назад, укрепились и колонизировали болота. Влажные и зловонные топи предоставили отличные условия для размножения орочьих грибов. После всех стычек с зелёнокожими охотники на орков всегда прибегают к методу “выжженной земли”, уничтожая всё поблизости, чтобы не позволить орочьим спорам прорасти. Иначе спустя некоторое время появится ещё больше неистовых ксеносов. Но независимо от усилий охотников на орков часть спор обязательно подхватит ветер и унесёт в отдалённые районы, где они произведут на свет новых зелёнокожих.

Но не только орки, гретчины и сквиги широко распространились в джунглях Армагеддона. Каким-то образом на планете появились сквигготы. Эти чудовищные инопланетные тягловые животные — самые огромные из сквигов и в болотах служат прекрасными скакунами и транспортами. Они лучше любого танка подходят для местной окружающей среды и в предательских омутах и трясинах маневрируют лучше любой машины. Сквигготы сильно отличаются в размерах: начиная от юных гроксов и заканчивая тварями величиной с древних археозавров. Самых гигантских из них называют оркеозаврами.

Неизвестно как эти гигантские существа оказались посреди обширных болот и в граничащих с ними джунглях, но факт их присутствия в цветущем зелёном сердце нашего мира не вызывает никаких сомнений — их видели имперские наблюдатели. Многих сквигготов приручили дикие зелёнокожие, используя в качестве вьючных животных и передвижных платформ для тяжёлого оружия, которое им удалось найти в тропических лесах и в прилегающих к ним районах.

Несмотря на неослабевающие вторжения людей и орков экваториальные джунгли, плоскогорье сельвы и полмиллиона гектар болот вдоль реки Минос остались почти единственным неиспорченным заповедником дикой природы Армагеддона, экосистема которого и даже погодные циклы были опустошены за бесчисленные столетия неконтролируемых промышленных загрязнений планетарного масштаба.

Но на таком мире, как Армагеддон, мире, имя которого превратилось в синоним войны, даже такое неприветливое и непригодное для жизни место стало постоянным театром боевых действий, где сама жизнь сражается за выживание.

— Выдержка из “Флора и фауна охваченного войной Армагеддона” Том VII

Выполнена магосом-генетором второго класса Урсулоном Куаллмом

Болезненный туман поднимался над оцепеневшим болотом. Местами в его клубах появлялись разрывы, позволяя солнцу пробиться сквозь саван испарений и пробудить к жизни насекомых в зловонных чёрных омутах, окружённых тростником и камышами. Над топкими отмелями и буйно разросшейся травой, оседлавшей небольшие островки багровых муравейников и гнёзд, неустанно носились стаи прожорливых козодоев.

Блестящие чёрные мерзкие жуки лениво жужжали в воздухе. Синие, похожие на пули, мухи молниями мелькали над пенистыми протоками застоявшейся грязной воды. Радужные опаловые жуки скользили по неподвижным водоёмам, и сопротивление воды не давало им утонуть. Внизу с охотничьим терпением их поджидали мандибульные клыкастые пауки и огнекрылые личинки, готовые схватить одно из скользящих по воде насекомых из верхнего мира.

Это место заслуживало своё название — Чумные Болота Армагеддона. Окружающая среда здесь была такой же неприветливой и враждебной, как и на любом зелёном мире смерти, например, на пресловутом Катачане или первобытной Дервинии.

Над болотами почти всегда стояла низкая облачность, и сам воздух в топких низинах вонял гнилью, болезнями и смертельно опасными спорами.

И повсюду вокруг рябь водоёмов дрожала от дозвукового грохота орудий, а в душном воздухе гудели лазерные разряды.

Это было последнее место на Армагеддоне, которое только можно было представить, где бронетанковые подразделения имперских армий будут сражаться с орками, но именно здесь они с ними и сражались. Тяжелобронированные, покрашенные в гордые демаскирующие цвета 4-го Рустунгского бронетанкового полка — пятнистый городской серый с жирными красными шевронами — танки продвигались по отмелям, перемалывая траками тростник и комья земли в чёрный перегной. Неумолимо наступали боевые танки “Леман Русс” “Риза”, заляпанные бесконечными брызгами ила и грязной воды. Сокрушительные артиллерийские орудия посылали навесом разрушительные снаряды в орду диких орков с открытых платформ “Василисков”. Чудовищный “Разрушитель” грохотал впереди бронированной линии, его землеройный отвал сминал жидкую глину и любого врага, оказавшегося достаточно глупым, чтобы встать на пути. Танки извергали маслянистые чёрные выхлопные газы, и к болотным газам сельвы добавился мутный дым.