Читать онлайн «Черчилль: быть лидером». Страница 123

Также Черчилль дал указание оборудовать специальные военные базы для гидросамолетов на южном и восточном побережьях Англии. В срочном порядке формировались «одухотворенные команды» пилотов, сплоченные единством и мужеством [1181] .

В начале Первой мировой войны, приняв на себя командование всей авиационной техникой, Черчилль принял ряд активных мер по организации противовоздушной обороны.

«Прошу перечислить мне на одном листке бумаге количество всех зенитных орудий, – писал он главе военно-воздушного отдела Адмиралтейства капитану Мюррею Сьютеру, – какое их количество можно ожидать в ближайшие два месяца? Также прошу сообщить Ваши предложения по увеличению численности указанных орудий. Нет никаких сомнений, что военно-воздушные атаки на Англию станут характерной особенностью будущего» [1182] .

Для защиты острова с воздуха, считал Черчилль, необходимо обеспечить полный контроль над воздушным пространством в радиусе ста миль от Дюнкерка. Также глава Адмиралтейства санкционировал первую совместную атаку наземных и воздушных войск, заложив основы создания тактической авиации [1183] .

В годы войны Черчилль буквально бредил инновационными проектами. В первые месяцы после начала боевых действий он сформировал специальную рабочую группу из производителей резиновых изделий для разработки спасательных кругов. С не меньшим азартом он хватался за любые инновационные решения, поступавшие как от его коллег, так и от других людей, обладавших богатым воображением и не безразличных к пугающим потерям окопной войны. В частности, Черчилль активно поддержал предложенную Артуром Конан Дойлем идею по созданию первых бронежилетов.

«Меня переполняют множество новых идей, – признается он автору Шерлока Холмса. – Где бы только найти столько власти, чтобы претворить их в жизнь» [1184] .

Однако самым крупным нововведением Черчилля в годы Первой мировой войны станет создание танка. Еще в самом ее начале он предложил Герберту Асквиту создать новый вид боевой машины, способной справиться с трудностями окопной войны. В частности, он предложил обклеить металлическими листами трактор и перевести его на гусеничный ход. По его мнению, гусеницы позволят «с легкостью преодолевать окопы, а большой вес машины – уничтожить проволочные заграждения» [1185] .

На тот момент Черчиллю не удалось перевести эту идею в плоскость практической реализации. Однако он не опускал руки. После отставки с поста первого лорда Адмиралтейства и добровольной отправки на фронт он подготовит документ «Варианты наступления», в котором предпримет попытку убедить чиновников в необходимости создания нового вида вооружения. По его мнению, «новые бронемашины, одновременно ведущие огонь и неуязвимые для противника, смогут, прикрывая собой с десяток солдат, взбираться на склоны гор, сметать заграждения из колючей проволоки, подходить вплотную к вражеским окопам и брать их штурмом, обстреливая непрерывным, всепоглощающим огнем» [1186] .

Вернувшись в Уайтхолл, Черчилль с удвоенной энергией взялся за «проталкивание» своего проекта. После многочисленных совещаний и обсуждений с военными специалистами ему наконец удается сдвинуть дело с мертвой точки. Начинается проведение первых тестовых испытаний. Сначала изобретение получит название «ватерклозет», но позже его переименовывают на более благозвучное и краткое «танк», что означает резервуар.

Преимущества нового вида техники были очевидны. Если в окопах Фландрии за период с августа по ноябрь 1917 года удалось захватить территорию площадью в 138 км2, потеряв при этом 300 тысяч убитыми и ранеными и израсходовав амуниции на 84 миллиона фунтов, то в битве при Камбре, во время которой использовались танки, меньше чем за месяц удалось захватить территорию площадью в 107 км2, потеряв при этом убитыми и ранеными меньше 10 тысяч человек и израсходовав амуниции на 6,6 миллиона фунтов.

«Это будет грубейшей ошибкой, если мы не станем развивать этот вид вооружения и не выведем его на максимальные показатели по производству», – вынес вердикт Черчилль [1187] .

Он настолько рьяно отстаивал развитие танкостроения, что готов был сражаться за него даже ценой собственной карьеры.

«Какое бы ведомство я ни возглавлял, или даже если я буду исключен из состава правительства, я должен это сделать, – говорил он. – Если я буду полагать, что кабинет серьезно ошибся в своих оценках, я стану возражать. Если это будет встречено неблагожелательно или не принесет никакой пользы, я подам в отставку, продолжив борьбу за свою позицию в палате общин. Я не могу снять с себя ответственность по этому вопросу. В конечном счете все, к чему мы стремимся, это найти наилучшее направление для дальнейшего развития. А обсуждения и критика – необходимые составляющие в достижении намеченной цели» [1188] .

Интереса к инновациям Черчилль не утратил и в годы Второй мировой войны. Несмотря на солидный возраст, он так же легко увлекался свежими идеями и необычными новинками.

«Это война научных достижений, война, которую невозможно выиграть без нового вида оружия», – повторял он в напряженные месяцы 1940 года [1189] .

В мемуарах Черчилль следующим образом развивает эту мысль:

«Это была тайная война, в которой сражения выигрывались и проигрывались без ведома общественности, такая война, которую даже сейчас с трудом понимают те, кто находится за пределами очень узкого круга ученых, занимавшихся ею. Рядовым смертным никогда не приходилось вести такую войну. Слова, которыми ее можно описать или говорить о ней, непонятны простым людям» [1190] .

Британский премьер поддержал множество интересных проектов. Например, танки-амфибии, спускавшиеся в воду за несколько километров от берега (идея генерала Перси Хобарта), танки-разградители, дробившие при помощи вращающихся цепов минные поля, танки с фашинами для преодоления противотанковых рвов и огромные «крокодилы» (тяжелые огнеметные танки «Черчилль-крокодил», созданные на базе танков «Черчилль VII»).

Среди основных нововведений, принадлежащих лично Черчиллю, следует отметить разбрасывание с воздуха полосок из станиоля или другого проводника, симулировавших для радаров противника появление бомбардировщиков. Первое испытание этого новшества, известного впоследствии как «Окно», состоялось во время налета на Гамбург 24 июля 1943 года.