Читать онлайн «Шерас. Летопись Аффондатора. Книга первая. 103-106 годы». Страница 62

– Не забудь, что обещал, – напомнил Дэвастас Мемрику, усаживаясь на роскошном сиденье, специально для него приготовленном. – Они должны умереть.

– Я помню, мой повелитель. Дай только срок. Люди заплатили за представление особую цену, и теперь потребуется пролить немало крови, чтобы оправдать их затраты. Если не показать черни настоящего зрелища, достаточно продолжительного, с интригующим началом и трагическим концом, – закипят такие страсти, которых город еще не видывал.

– В полной ли мере ты управляешь этим представлением, чтобы предвидеть его финал? – спросил военачальник.

– Несомненно. Ты сам в этом убедишься.

И Мемрик изложил вельможному гостю свой план. Дэвастас, насколько можно было понять, остался доволен. Он принял у молодой рабыни чашу с охлажденным нектаром и приготовился смотреть.

Тем временем на арене появились колесницы. Лучники в повозках на ходу пускали стрелы в деревянного идола, установленного по центру и символизирующего главного врага иргамов – Авидронию. Лошади, понукаемые возничими, двигались всё быстрее, но стрелки из любого положения неизменно попадали точно в цель.

Наконец колесницы остановились. Лучники подняли луки вверх, отвечая на крики восхищения. Не одна стрела не пропала даром.

Мемрик покосился на Дэвастаса – доволен ли?

– На поле сражения колесницы ничего не стоят, – пожал плечами военачальник, заметив взгляд распорядителя.

Но вот заиграли горны, возвещая о начале основной части представления. Потом раздались звуки авидронских лючин. Ристалище угрожающе загудело. Появилась тяжелая повозка, которую тянули четырнадцать мускулистых быков. На повозку была водружена большая клетка, в которой стояли вооруженные люди.

Вскоре повозка остановилась. Служители открыли клетку, и из нее вышли и спустились на землю шесть воинов в авидронских доспехах. Глухие шлемы скрывали их лица. Вооружены они были копьями, мечами, боевыми кинжалами, высокими щитами и даже нагузами.

Трибуны охватило негодование, даже бешенство. В воинов стали бросать все, что попадалось под руку. Капроносы вынуждены были прикрыться щитами.

– Эй, кто хочет сразиться с кровожадными авидронскими чудовищами? – прокричал громогласец.

Трибуны взревели. Из желающих можно было бы составить небольшое войско. Служители отобрали всего шесть человек, наиболее крепких и опытных, отказав убогим и слишком юным. Иргамы облачились в доспехи по собственному выбору и взяли то оружие, которым решили сражаться. Вскоре вновь загудели иргамовские горны, и добровольцы двинулись на авидронов.

Сошлись шесть пар. Зрители притихли, многие встали, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Но то, что случилось затем, повергло всех в оцепенение. Непродолжительное время соперники примеривались друг к другу. Когда же начался бой, иргамы разом рухнули на землю, словно подрубленные деревья. Будто они и вовсе не были вооружены.

Тревожный гул заполнил пространство Ристалища. Служители унесли убитых и раненых. Авидроны сгрудились в центре арены и о чем-то неслышно переговаривались.

Лицо Дэвастаса окаменело, и Мемрик понял, что военачальник недоволен. Он и сам не ожидал столь быстрой развязки. Что ж, всё еще поправимо… Распорядитель подал громогласцу незаметный знак. Тот кивнул головой и огласил имена шести опытных капроносов из числа рабов, которые теперь сразятся с авидронами. Многие из этих имен публика хорошо знала. Под рев воспрянувшей толпы бойцы уже выбегали на арену. Они были высоки, мускулисты и достойно вооружены.

Авидроны двинулись им навстречу. Тафилус сменил меч на нагузу и направился к самому грозному на вид капроносу. Тот был в бронзовом наголовье, увенчанном статуэткой крылатой девы, и держал в каждой руке по кривому яриадскому мечу. Девросколянин махнул пару раз своим грозным орудием, но капронос ловко уклонился от смертельных ударов и неожиданно атаковал. Тафилус с трудом отбился и отогнал нападавшего могучими взмахами нагузы.

Тем временем один из «неуязвимых» был ранен, и иргамовский капронос успел добить его под восторженный крик трибун. Теперь он присоединился к товарищу, который сражался с Идалом и едва успевал увертываться от молниеносных выпадов его короткого копья. Авидрону пришлось нелегко. Он занял оборонительную позицию, стараясь при помощи копья не подпускать капроносов слишком близко.

ДозирЭ, разгоряченный схваткой, яростно охаживал своего противника сильными рубящими ударами. Вскоре он заставил капроноса опуститься на одно колено и раскрошил щит, которым тот прикрылся. Наконец раб пропустил удар по шлему. Несчастный распластался на земле. ДозирЭ положил меч, извлек кинжал с прямым трехгранным клинком и глубоко вогнал его сквозь доспехи в грудь раненого. Тот вздрогнул и испустил дух.

Грономф оставил кинжал в груди убитого, поднял меч и огляделся. Заметив, что Идала атакуют сразу двое капроносов, он бросился ему на помощь. ДозирЭ отвлек внимание на себя. Этим воспользовался Идал и одним из выпадов достиг цели. Затем друзья атаковали оставшегося в живых капроноса и забили его частыми ударами. Такая мясорубка вызвала на трибунах вопли негодования. Раб, обливаясь кровью, скончался.

К тому времени Тафилус уже расправился со своим соперником. Покрытое шипами ядро его нагузы попало противнику в лицо, и голова разлетелась на части, словно перезревший плод. Покончили со своими противниками и остальные авидроны. Теперь они стояли, забрызганные кровью, и тяжело дышали.

Мемрик не мог припомнить, когда в последний раз он преподносил публике столь увлекательное зрелище. Сегодня ему было чем гордиться: живописные сцены кровавых убийств вызвали в нем вспышку профессиональной гордости. Однако его важный гость нахмурился и помрачнел. Он повернулся к Мемрику и произнес с угрозой:

– Что происходит?

– Не беспокойся, наихрабрейший. Всё идет, как задумано. Сейчас ты в этом убедишься, – успокоил его распорядитель.

– Смотри ж! – прошипел военачальник.

Мемрик кивнул. После всего увиденного горожане забудут о расходах, и Ристалище станет их любимым развлечением. Теперь же с авидронами пора было кончать. И распорядитель отдал приказ порученцу. Они обменялись только им двоим понятными фразами. «Пятерых, один на один?» – спросил помощник. «Нет. Пожалуй, всех – восьмерых», – отвечал распорядитель боев.

В помещении, которое примыкало к проходу на арену, давно уже дожидались своего времени наемные капроносы из Штрихсванд: восемь мордатых детин с широкими нечесаными бородами и медвежьими лапищами. Они казались настоящими чудовищами. Сиденья под ними трещали, а одним глотком они выпивали полкувшина нектара. Штрихсвандцы прославились у себя на родине, побив немало капроносов. Слышали о них и в центральной части материка. Расправившись со многими в Панайросах, Дорме, Бидунии и Иргаме, они заработали немало денег и теперь надеялись пробраться в Авидронию, где за участие в боях платили больше всего. Победа над какими-то пленными не вызывала у них и тени сомнения. В ожидании боя они, выложив перед собой по горсти мелких монет, играли в стекляшки.

Служитель пригласил на выход всех восьмерых. Штрихсвандцы с сожалением оставили игру, однако договорились закончить ее после боя. Они помогли друг другу затянуть ремни доспехов и надели шлемы.

ДозирЭ искренне полагал, что сегодня ему придется умереть, и был к этому готов, но собирался драться до последнего, отстаивая честь воина Инфекта. Казалось, сейчас он действует от имени самого Божественного, и поэтому молодой человек был преисполнен чувством великой ответственности.

А еще грономф вспомнил свои юношеские мечты. О жестоких поединках на арене Ристалища, о победах, о славе величайшего капроноса. Вспомнил свой первый бой, в котором едва не погиб. «Мемрик был прав, – подумал ДозирЭ. – Нет смерти прекраснее, чем в бою!»

Трибуны безумствовали – ревели, стонали, выли.

– Теперь вы убедились, горожане, какая опасность нависла над нашим городом и надо всей Иргамой? – вопрошал громогласец. – Что ж, спасение наше в молитвах и жертвоприношениях. Молитесь, горожане, и да услышит вас Слепая Дева…

– Смерть авидронам! – выкрикнули отдельные голоса.

– Смерть авидронам! – призыв покатился по трибунам, то затухая, то вспыхивая с новой силой. Ристалище вздрогнуло от людской ярости, заставив оглушенных, затравленно озирающихся авидронов вжать головы в плечи.

Наконец на арену вышли штрихсвандцы. Вели себя они так, будто вышли не на манеж Ристалища, а явились гнать оленя на устроенной для развлечения охоте. Авидроны с удивлением заметили, что соперники превосходят их числом. Поэтому по команде ДозирЭ они образовали плотный внешний круг и прикрылись щитами.

Штрихсвандцы окружили авидронов и остановились, разглядывая доспехи и вооружение противника.