Читать онлайн «На развалинах третьего рейха, или маятник войны». Страница 73

Многие унтер-офицеры и солдаты гитлеровского вермахта включаются в качестве «вспомогательного персонала» в оккупационные войска.

Западные державы старались всячески сохранить не только личный состав гитлеровских войск, но и высшие штабы и военные учреждения Германии. Они отказались на Нюрнбергском процессе в 1946 году объявить преступными организациями генеральный штаб и верховное командование гитлеровской армии.

Американо-английские власти спасли немало бывших гитлеровских генералов и офицеров от суда и сурового наказания за совершенные ими военные преступления. Одной из форм сохранения высшего генералитета гитлеровской Германии было создание в июне 1946 года «немецкой группы немецкой секции исторического отдела верховного командования сухопутных сил США в Европе», куда включили сотни бывших генералов и высших офицеров вермахта. Они засели здесь за обобщение опыта войны и разработку планов создания новых вооруженных сил германского империализма.

4 апреля 1949 года по инициативе США был заключен договор о создании Североатлантического блока (НАТО) в составе США, Англии, Франции, Италии, Канады, Бельгии, Голландии, Люксембурга, Дании, Норвегии, Исландии и Португалии. Позднее вступили Турция и Греция. Организаторы и не скрывали, что блок направлен против СССР и других социалистических стран.

7 сентября 1949 года была создана Федеративная Республика Германия. Вскоре там началось создание, а скорее всего, возрождение полномасштабных воинских структур.

В истории бундесвера можно выделить три основных этапа.

Первый этап охватывает время с мая 1945 по сентябрь 1949 года, то есть со дня разгрома гитлеровской Германии до создания сепаратного западногерманского государства. Для этого этапа характерны скрытые мероприятия западных оккупационных властей, направленные на сохранение немецких военных кадров и разработку планов воссоединения армии. При этом основную роль играли попытки сохранить нераспущенными бывшие части, соединения и штабы германской армии, а после провала этих планов особое значение приобретает создание немецких воинских формирований при войсках западных держав, дислоцирующихся в Западной Германии.

Второй этап охватывает время с конца 1949 по май 1955 года, с момента образования ФРГ до ее включения в НАТО. В этот период создаются юридические рамки, позволяющие ФРГ открыто поставить вопрос о формировании вооруженных сил — бундесвера как немецкого контингента НАТО.

Наряду с этим во втором этапе начинается и практическое создание немецких воинских частей под видом «пограничной полиции», «полиции готовности» и других военно-полицейских отрядов. Большое внимание уделяется в этот период созданию различных солдатских союзов и других милитаристских организаций.

Третий этап — этап непосредственного создания, развертывания и укрепления бундесвера — начинается с включения ФРГ как полноправного члена этой организации в НАТО в мае 1955 года. Длится этот период до сего времени.

С 1945 года в Европе молчат пушки. Но мир, воцарившийся здесь, не был прочным. Европу лихорадила «холодная война». Были моменты, когда грань между политической борьбой и военным столкновением становилась хрупкой и неустойчивой. И каждый раз безрассудную готовность сломать эту грань демонстрировали силы возрожденного западногерманского империализма. Жажда мести, жажда реванша ослепляла им глаза.

Вскоре все стали ощущать, что силы фашизма далеко не разгромлены, как это думалось после Нюрнберга. Этим силам помогали теперь наши недавние союзники по антигитлеровской коалиции.

«Холодная война» приобретала все более широкие и ощутимые масштабы в Германии. А началось все с выступления в Штутгарте государственного секретаря Соединенных Штатов Бирнса. Выступление его называли объявлением «холодной войны», в которую Германия включалась полномасштабно. Свою речь Бирнс произнес вскоре после Нюрнбергского процесса над главными военными преступниками.

Московская конференция четырех держав была последней попыткой найти общий язык между Востоком и Западом. Встречи с людьми, знакомство с фактами, наблюдение происходящих событий вызывали самые разные впечатления. Я становился свидетелем резких социальных контрастов. Особенно они были разительны в послевоенной Германии, где сталкивались самые противоречивые силы, где происходила борьба демократии и реакции.

И через несколько лет в Нюрнберге продолжались процессы, но уже без участия Советского Союза. В газетах сообщалось, что американцы и англичане теперь больше реабилитировали, чем обвиняли преступников… Враги мира не жалели сил, чтобы морально реабилитировать третий рейх и его идейное наследие. Дочь Гиммлера со страниц крупного журнала без тени стыда заявляла, что «гордится своим отцом». Фельдмаршал Манштейн, выступая по телевидению, сетовал на то, что «просчеты фюрера», помешали Германии «победить Россию». В книжных магазинах продавали письма и дневники Геббельса, Гесса, Риббинтропа. В концертных залах пели бывшие кинозвезды гитлеровской Германии. Иллюстрированные журналы месяцами печатали — малограмотные «мемуары» жены Геринга, циничные «исследования» о Гитлере, вплоть до интимной жизни душегуба.

Политика стоявших тогда у власти в Бонне правительств Аденауэра, Эрхарда, Кизингера отражала в главном преемственность авантюристических целей разгромленного рейха. Это был все тот же оголтелый антикоммунизм, все тот же культ военной силы и возможностей. Схема этой политики была проста: включить ФРГ в систему западных военно-политических союзов, перевооружить ее, в том числе атомным оружием и, опираясь на объединенную мощь союзников, «вытеснить СССР из Европы», поглотить ГДР и восстановить рейх в его прежних границах. Франц Иозеф Штраус в своей книге «Проект для Европы» писал, что только западноевропейское сообщество способно создать фундамент политики с помощью которой может быть устранена «демаркационная линия Ялты», то есть могут быть пересмотрены итоги Второй мировой войны.

В те годы один наблюдательный собеседник, из числа трезвых немецких политиков, говорил мне о трех опасностях, угрожающих немцам в настоящее время: первая — забывчивость, вторая — приукрашивание прошлого, третья безразличие, нежелание самостоятельно мыслить.

В канун 25-й годовщины начала войны газета «Вельт» писала: «Немецкая интеллигенция пытается толкнуть нас на очень опасный путь: искать вину за происшедшее только исключительно у нас самих… Она мучает народ его прошлым, отягощает его совесть единоличной ответственностью». Так совершался подлог: Гитлер приравнивался к Германии, нацистский режим — к немецкому народу. Подлог во. имя того, чтобы реабилитировать прошлое.

После Первой мировой войны германская военщина создала легенду об «ударе в спину». Виновницей поражения она объявляла Ноябрьскую революцию 1919 года в Германии. После Второй мировой войны в Западной Германии создали новый миф — в поражении виноват один только Гитлер. Гитлера отделили, абстрагировали от монополий, от социальных сил, установивших в стране кровавую диктатуру. Войну, сознательно развязанную германским империализмом, выдавали за фатальное явление, неотвратимое, как стихийное бедствие. Ее причину искали в неуравновешенной психике одного человека — Адольфа Гитлера. Некоторые шли еще дальше — предпринимались попытки обелить теперь уже самого Гитлера. Попытка «очеловечить» изувера и тем самым отвлечь внимание от той исторической вины, которую несут Гитлер и, что особенно важно, породившие его экономические и политические силы за преступления перед человечеством.

В той или иной степени задачу реабилитации Гитлера, а в его лице и целой системы, предпринимают авторы мнгочисленных мемуаров, которыми завален книжный рынок ФРГ. Речь идет о воспоминаниях Риббентропа, письмах Гесса, дневниках Геббельса, мемуарах Бальдура фон Шираха, Альберта Шпеера, фельдмаршала Манштейна, гросс-адмирала Деница и других. Причем многие из них печатаются в иллюстрированных журналах, являющихся чтивом для миллионов людей. А журнал «Квик» из номера в номер печатал мемуары бывшей провинциальной актрисы Э. Зоннеман — «Я — Эмма Геринг, говорю, как тогда действительно было». Вся эта писанина напоминала дурной сон. Это была неприкрытая реабилитация всего того, что совершили изверги XX века, ввергнувшие мир в разрушительную кровавую бойню. Все это был сознательный акт.

В ореоле мучеников представляли многих подручных Гитлера. О Шпеере писали в тоне едва скрываемого восхищения перед его «заслугами» и «талантами». Его выставляли порой чуть ли не как противника Гитлера, вынашивавшего план отравить фюрера ядовитыми газами в подвале имперской канцелярии. Охотно цитировали слова Шпеера: «Без моей работы война была бы проиграна уже в 1942–1943 годах». Приводились подробные статистические данные об увеличении производства вооружения гитлеровской Германии под его руководством. Вот, мол, он какой молодец!