Читать онлайн «Сердце тигра». Страница 126

Войдя в выделенную им комнату и увидев большое полукруглое ложе с мягкими подушками Мелорий, только сейчас ощутил, как ужасно устал.

- Скажи хозяину или этому Мелантию, чтобы завтра во втором часу [274] и не позже, прислал человека нас разбудить, — велел он Тариксу. — Нужно пораньше быть на ногах. Теперь с этих негодяев нельзя спускать глаз. Следить придётся за каждым их шагом.

Когда поручение было исполнено, Тарикс вернулся в комнату. Хозяин уже спал, разметавшись по постели, даже не раздевшись, не проведя ритуал омовения и не поужинав. Тарикс потушил все светильники в комнате и устроился на лежанке возле входа. Он, тоже очень устал, благо ещё нашёл в себе силы перекусить на кухне, чтобы не отправляться спать с урчащим желудком. Когда всемогущий Морфей, уже окутывал его своими чарами, Тарикс подумал, что завтра предстоит нелегкий день. Да, врагов удалось выследить, но теперь нужно ждать благоприятной возможности, чтобы поквитаться с ними. И когда такой шанс представиться, ведают лишь всемогущие боги.

Посчитав все свои дела в Александрии завершёнными, Лоредан хотел, как можно быстрее отправиться в дорогу. Он уже соскучился по дому, по своим женщинам, а самое главное, ему нетерпелось заявиться к Марку Серторию и швырнуть ему в лицо те деньги, что задолжала его семья. И после быть свободным от всяких долгов и обязательств.

Воспользовавшись советом Бирабиса, Лоредан на следующее утро отправился в Речной порт. Его, как всегда сопровождал верный Нарбо. Фабий не пожелал ехать. Он предпочел остаться в постели под властью чар Гипноса. Куда жулик отправится потом, всласть выспавшись, было нетрудно догадаться.

Лоредан и Нарбо ехали, уже по знакомой им улице Перевозчиков, что пересекала Александрию с севера на юг. Они миновали внутреннюю городскую стену, затем оставили позади четыре перекрёстка и вскоре выехали к южным воротам внешней стены. Здесь, царило небывалое оживление. В обоих направлениях двигались тяжело гружёные повозки, погонщики вели навьюченных верблюдов и мулов, повсюду собрались толпы зевак, чтобы поглазеть на диковинные товары, что привозили сюда со всего мира.

Миновав ворота, Лоредан и Нарбо въехали на территорию Речного порта и разинули от удивления рты. Такого количества торговых рядов, лавочек и лотков, им ещё не приходилось видеть. Здешний рынок, пожалуй, был побольше и побогаче, чем даже Эмпориум и торговые ряды в Западной гавани. Проехать в экипаже здесь было непросто, улицы между торговыми рядами были весьма узкие и сплошь заполнены покупателями и прочим людом. При входе на рынок за небольшую плату можно было оставить экипаж под присмотром нескольких молодых людей, что Лоредан и Нарбо сделали. После, отправились дальше пешком. Прежде, чем приступать к поискам каравана, молодой аристократ, захваченный в равной степени, как царящей здесь атмосферой деловой суеты, так и любопытством, решил осмотреть по возможности весь рынок.

Сперва, они миновали лавки, где продавали превосходную шерсть из Тарента и Цезальпийской Галлии. Здесь же, по соседству торговали прекрасной материей из Себатиса [275], считавшейся одной из самых лучших в Средиземноморье. Из Галлии на рынок Речного порта было доставлено превосходное красное сукно, не уступающее по качеству пурпуру восточных провинций. Торговцы из Милета [276] привезли полупрозрачные ткани из фригийского льна и из шерсти тонкорунных баранов. В отдельных лавочках за огромные деньги продавали шёлковые ткани немыслимых расцветок из далёкой страны Серов [277]. Рядом с ними соседствовали торговцы роскошными коврами из Вавилона, Аравии и Сирии. Из далеких скифских земель, лежащих за пределами цивилизованного мира, привезли меха неведомых северных животных.

Далее следовали лотки, заваленные всевозможной одеждой. Тут всякий мог подобрать для себя, согласуясь с собственными вкусами и предпочтениями тунику, халат, плащ или головной убор, любых размеров, расцветок и форм. В лавочках, расположенных по-соседству искусные в своём деле рабыни шили на заказ или чинили порванную и поношенную одежду. Рядом находились лавочки, где продавали и ремонтировали обувь. На площадях образованных между торговых рядов выступали жонглеры и танцоры, заклинатели змей и глотатели огня.

Следуя дальше, Лоредан и Нарбо вышли к торговым рядам, где продавали амфоры, кувшины и прочую посуду, сделанную, как из простой глины, так и из разного металла и их сплавов. Отдельно продавались изделия из стекла и фарфора. Хозяева таких лавочек держали специально обученных рабов-носильщиков, которые с величайшей осторожностью доставляли купленные товары в дом покупателя.

Посмотрев посуду, полюбовавшись начищенными до блеска медными зеркалами, обрамлёнными бронзовыми багетами, с самыми удивительными орнаментами в основном на мифологическую тему, путники отправились дальше. Вскоре, они уже шли мимо лавочек, торгующих папирусными свитками, красками, чернилами, воском церами [278] и прочими предметами, предназначенными для ведения записей, или же необходимых художникам и архитекторам. К услугам последних, в особенности для строительства храмов и общественных зданий, здесь же на рынке можно было купить медь с Эвбеи, золотистую коринфскую бронзу, пентиликонский и паросский мрамор, а также синнадский мрамор с красными прожилками, драгоценное лимонное дерево из глубин Нумидии. Похоронные товарищества, могли приобрести асфальт из Мертвого моря для бальзамирования усопших. А из далекой Британии, к радости местных александрийских ремесленников сюда привозили олово, железо и цинк.

Восточные провинции Империи, а также Аравия и Парфия поставляли различные благовония и ладан, растительную краску, кедровое масло, пурпур, цветное стекло, флаконы с духами и золотой песок.

В лавках индийских торговцев можно было приобрести всевозможные пряности: перец, имбирь, смирну, нард, киноварь. Оттуда же из Индии, в местные ювелирные лавки шли драгоценные камни и жемчуг. С берегов северных морей торговцы-посредники везли янтарь.

Затем, Лоредан и Нарбо, прогулялись среди торговых рядов, где в огромных амфорах продавались вина, привозимые со всей Империи. Здесь были и хиосские и лесбосские и кипрские сорта, италийские и массалийские вина. Но, особенно хорошими считались вина из Испании, что наполняло Лоредана особой гордостью. Из его родной провинции, также доставляли оливковое масло превосходного качества, знаменитую кантабрийскую ветчину, крупных устриц для пиров богачей и соль.

Желающие купить для своего стола хороший сыр, могли выбирать из множества сортов, доставляемых из Италии, Цезальпийской Галлии, Белгики [279] и Германии. Здесь же в огромных дубовых бочках продавалась солонина из области секванов [280].

Любители меда могли выбирать между гиблским, привозимым с Сицилии и тем, что доставлялся из Греции: из Афин, пасек Гимета [281] и Спорадских островов [282]. Люди, жаждущие особых гастрономических изысков, имели возможность приобрести живых журавлей или павлинов с Самоса [283], откормленных сладкой кашей, сонь и маленьких жирных собачек из Карфагена. Те, кому надоела рыба, вылавливаемая во Внутреннем море, шли туда, где в огромных бочках продавалась живая рыба выловленная у берегов Понта Эквинского, из Эритрейского моря [284] и жирная вкусная сельдь добытая в северных морях и у берегов Британии.

Не менее интересно было побывать и в той части рынка, где продавались превосходные нумидийские лошади, арабские скакуны и степные скифские рысаки. Любители охоты, здесь же приобретали великолепных охотничьих собак из Британии и ручных соколов из Германии. Богачи могли купить по желанию ручных леопардов и гепардов, огромных болотных котов, более злых и кровожадных, чем даже сторожевые псы. Ланисты всегда могли найти на здешнем рынке диких зверей для травли на аренах, как привозимых из Карфагена, так и из северных провинций. Здесь, в клетках, очень часто соседствовали животные, которые никогда бы не встретились на воле: африканские львы рядом с медведями и волками из Галлии, тигры, доставленные из Индии рядом со свирепыми быками из Испании.

Интересно было посмотреть и на продажу рабов. В специально отведенном для этого месте, как обычно было очень шумно и многолюдно. Огромная толпа покупателей и просто зевак, пришедших поглазеть, толкалась и теснилась возле высокого деревянного помоста. Рабов, равно, как мужчин, женщин и детей, с ногами, покрытыми ниже колен белой краской, выводили по одному или группами на помост. С людей срывали одежду, по большому счёту и без того жалкие лохмотья, едва прикрывающие тела, чтобы покупатели по достоинству могли оценить физические качества «живого» товара. Особенно, здесь ценились белокожие, светловолосые германки, британки и скифянки с золотисто-рыжимы волосами. Тут же рядом за более низкую цену продавали чернокожих рабов обоего пола, диких, длинноволосых пиктов, покрытых татуировками, пленных персов и парфян. Были здесь и жители римских провинций из числа должников или пойманных разбойников.