Читать онлайн «Российский крупный бизнес: первые 15 лет. Экономические хроники 1993-2008 гг.». Страница 75

? ввод в строй первой очереди завода по производству косметической и гигиенической продукции в Егорьевске (Подмосковье) польской компанией TZMO (марка Bella).

Во всех случаях, кроме первого, сделанные или планируемые капиталовложения не превышают 100 млн долл.

2. Покупки:

? кондитерского холдинга «Сладко» норвежским многопрофильным концерном Orkla ;

? пивоваренных заводов «Шихан» (Стерлитамак), «Волга» (Нижний Новгород) и «Собол бир» (Новосибирск) голландской компанией Heineken ;

? ярославской табачной фабрики «Балканская звезда» франко-испанской группой Altadis (завершает раздел данной отрасли в России между глобальными игроками).

Все указанные активы обошлись покупателям от 100 до 200 млн долл.

3. Создание СП:

? французской Snecma с НПО «Сатурн» по разработке и производству двигателей для региональных самолетов нового поколения (возможные инвестиции Snecma — около 600 млн долл. за четыре года);

? швейцарской Liebherr с компанией «Каскол» по разработке и производству в России элементов шасси и систем кондиционирования воздуха для европейских самолетов (планируемые инвестиции — около 50 млн долл.);

? французской Louis Dreyfus с компанией «Агрос» (входит в ИБГ «Интеррос»); вклад российской стороны — десять элеваторов, французской — два и доплата около 50 млн долл.

4. Прочее:

? доведение французским концерном Renault своей доли в СП «Автофрамос» до 76 % в результате выкупа 26 % акций СП у правительства Москвы;

? открытие в Москве и Новосибирске двух исследовательских подразделений Intel на базе российских компаний «Эльбрус» и «УниПро»;

? открытие в Москве центра микроэлектронных разработок американской Cadence Design Systems.

С другой стороны, в регулярную практику превратилось приобретение ведущими российскими компаниями иностранных активов. Мотивы для этого были вполне традиционны: выход на новые рынки сбыта, достраивание технологических цепочек (как «вниз», так и «вверх»), формирование имиджа глобальных игроков. Покупки стоимостью в сотни миллионов или даже в миллиард долларов в 2004 г. сделали лишь сырьевые и телекоммуникационные гиганты: «Норильский никель», «Русский алюминий», «ЛУКойл», «Газпром», МТС, «Вымпелком» (основные сделки см. в разделе «События»). Однако покупки на порядок меньше позволяют себе и компании обрабатывающей промышленности (в частности, Объединенные машиностроительные заводы (ОМЗ) купили два профильных для себя подразделения всемирно известной чешской компании Scoda).

Наиболее важным событием 2004 г., бесспорно, является первичный раздел черной металлургии. Практически вся отрасль оказалась под контролем шести крупных частных компаний: «Евразхолдинга», Магнитогорского металлургического комбината (ММК), «Северстали», Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК), Стальной группы «Мечел» и «империи» Усманова — Анисимова — Скоча (включает «Уральскую сталь», Оскольский электрометаллургический комбинат, Лебединский и Михайловский ГОКи). Этот корпоративный расклад возник в результате серии заключенных в 2004 г. сделок. Их количество и суммарная стоимость беспрецедентны не только для отрасли, но и для российской экономики в целом, за исключением ТЭКа. Наиболее крупными и важными среди этих сделок являются:

? покупка менеджментом ММК 35 % акций комбината у государства и Стальной группы «Мечел» (сумма сделок — 1,7 млрд долл.);

? покупка А. Усмановым и В. Анисимовым Михайловского ГОКа у группы «Уникор» и 50 % акций «Уральской стали» у «Базового элемента» (сумма сделок — около 2 млрд долл.);

? покупка НЛМК Стойленского ГОКа у группы «Уникор» и миноритарных акционеров (сумма сделок — около 800 млн долл.);

? покупка «Евразхолдингом» Качканарского ГОКа (он же — ГОК «Ванадий») у Уральской горно-металлургической компании за 200 млн долл.;

? покупка Стальной группой «Мечел» контрольного пакета акций комбината «Ижсталь» у государства и частных миноритарных акционеров (сумма сделок — меньше 50 млн долл.);

? увеличение «Северсталью» своих пакетов акций Оленегорского ГОКа и «Карельского окатыша» с контрольных до доминирующих, т. е. до более чем 75 %.

Сложившийся «корпоративный ландшафт» черной металлургии выглядит устойчивым в кратко— и даже среднесрочной перспективе. Сопоставимых по значимости неподеленных активов в России нет. Все компании-лидеры в той или иной степени вертикально интегрированы и в значительной мере обеспечены собственным сырьем (либо имеют давних дружественных поставщиков). В рамках сценария, свободного от неожиданностей, в ближайшем будущем вероятны лишь покупки некоторыми из этих компаний крупных угольных активов, поскольку до сих пор не все металлурги могли уделить им должное внимание.

Таким образом, к концу 2004 г. завершился раздел черной металлургии между крупными отечественными структурами, которые являются рыночно-ориентированными и способными к экспансии и развитию. То есть произошло то, что в 1990-е гг. случилось в нефтяной промышленности, а в 2000–2002 г г. — в алюминиевой. Следующий естественный шаг — формирование на базе некоторых из указанных структур полноценных транснациональных корпораций.

Завершилась консолидация и в смежной отрасли промышленности — трубной. В конце 2004 г. Челябинский трубопрокатный завод приобрел 57,2 % акций Первоуральского новотрубного завода. Новая структура становится вторым производителем труб в России (совокупная доля двух заводов на рынке — 25 %). А остальные крупные отечественные трубопрокатные заводы уже несколько лет поделены между Трубной металлургической компанией (лидер отрасли) и Объединенной металлургической компанией.

Объединительные процессы активно развивались также в двух отраслях, весьма далеких от сырьевого сектора: мобильной связи и авиатранспорте.

В мобильной связи ведущую роль в данном процессе играли МТС и «Вымпелком», затраты которых на эти цели составили около 200 и 100 млн долл. соответственно. Причем механизмы оба лидера использовали одинаковые. Это продолжение экспансии в регионы путем покупки местных операторов, остававшихся независимыми, или увеличения пакетов акций в своих дочерних компаниях до уровня, обеспечивающего полный контроль. Еще один механизм — рационализация внутренней структуры за счет присоединения стопроцентных «дочек». Можно утверждать, что к концу 2004 г. помимо «большой тройки» в отрасли остался только один серьезный игрок — поволжский СМАРТС.