Читать онлайн «Массовое процветание. Как низовые инновации стали источником рабочих мест, новых возможностей и изменений». Страница 87

В докладе 2012 года Райко Божилова и автора этой книги проверяется гипотеза о том, насколько модернистские ценности той или иной страны способствуют средней удовлетворенности трудом. В каждой исследуемой стране измеряется привязанность к определенным ценностям, которые, как удалось выяснить WVS, являются признаком модернистской культуры или, напротив, ее нехватки152. Количественные оценки были получены на основе ответов на следующие вопросы, предполагающие положительный или отрицательный ответ («да» или «нет»): «Считаете ли вы, что правильно больше платить более производительным работникам?» (c059); «Считаете ли вы, что управление фирмами должно находиться под контролем собственников?» (co60); «Согласны ли вы с тем, что конкуренция — это благо?» (e039). Также задавались вопросы, требующие оценки по 10-балльной шкале: «Следует ли проявлять осторожность по отношению к серьезным переменам в жизни?» (e045); «Обеспокоены ли вы новыми идеями? Считаете ли вы, что идеи, которые прошли испытание временем, обычно лучше, или же новые идеи иногда заслуживают развития и проверки?» (e046); «Беспокоят ли вас сложности, с которыми могут быть сопряжены перемены, или же вы приветствуете возможности, обещающие какие-либо изменения?» (e047). Подсчитывая ответы в той или иной стране на эти вопросы, мы получаем среднюю силу соответствующей ценности в ней. Вычислив среднее значение шести этих количественных оценок, мы получаем индекс модернизма.

Индекс традиционализма вычисляется примерно так же. Были отобраны вопросы, которые должны выявить сильную озабоченность обязательствами по отношению к семье и общине, то есть озабоченность настолько сильную, что экономические процессы, которые способны отвлечь детей от семей и общины, вряд ли будут приветствоваться. Некоторые традиционные ценности фиксируются четырьмя вопросами WVS: «Думаете ли вы, что помощь другим важна в жизни?» (a007); «Считаете ли вы, что дети должны уважать и любить своих родителей?» (a025); «Считаете ли вы, что родители отвечают за своих детей?» (a026); «Считаете ли вы, что бескорыстие — это важное качество, которое должно быть у ваших детей?» (a041). Мы не хотим здесь внушить мысль, будто инновациям сильно поможет наличие экономических акторов, которые отвратительно относятся к своим родителям или соседям, мы лишь говорим, что инновации могут задохнуться в силу фиксации на семье и сообществе, исключающей все индивидуальное.

Каковы же результаты? Можно было бы подумать, что традиционные ценности служат клеем, который соединяет общество, а потому косвенно повышает удовлетворенность трудом и другие вознаграждения за участие в экономическом процессе. Также можно было бы подумать, что значительную пользу принесет небольшая доза модернизма, тогда как большие его количества ослабляют координацию, провоцируя страхи и утрату подлинной удовлетворенности трудом, знакомой мастерам в прежние времена. Чуть ли не в каждой своей речи континентальные политики отдают дань уважения этим излюбленным убеждениям. Однако выводы исследования твердо подтверждают, что ни один из этих предрассудков не соответствует действительности.

Результаты отображены в графическом виде на рис. 8.4 и 8.5, которые опираются на индексы модернизма и традиционализма, сведенные в виде таблицы 8.2. Достаточно бросить взгляд на эти рисунки, чтобы понять, что традиционализм является препятствием для высокой удовлетворенности трудом. Существуют три страны — Финляндия, Дания и Америка,— которые демонстрируют весьма низкий уровень традиционализма и довольно высокую среднюю удовлетворенность трудом, и эти же страны обычно считаются образцами высокого динамизма. Есть другие три страны — Португалия, Испания и Франция, которые демонстрируют достаточно высокий традиционализм и весьма низкую среднюю удовлетворенность трудом. Кроме того, весьма важна «негативная» статистическая корреляция в выборке в целом. У Швеции, Канады, Ирландии и Дании более высокая удовлетворенность трудом, чем можно было бы предположить, исходя из их умеренного или низкого традиционализма, но у них есть кое-что, чего нет у других стран, как показывает следующий рисунок.

Рис. 8.5 показывает, что модернизм резко повышает уровень удовлетворенности трудом. Страны, набравшие большой балл по модернизму, демонстрируют и высокие результаты по удовлетворенности трудом. Страны с наиболее современными культурами — Исландия, Финляндия,

таблица 8.2. Индексы модернизма и традиционализма Страна/регион Модернизм Традиционализм Австрия 0,55 0,49 Бельгия 0,50 0,49 Канада 0,61 0,5 Дания 0,58 0,44 Финляндия 0,62 0,38 Франция 0,49 0,59 Германия 0,58 0,45 Исландия 0,63 0,54 Ирландия 0,54 0,59 Италия 0,56 0,58 Япония 0,42 0,48 Нидерланды 0,58 0,49 Норвегия 0,53 0,44 Португалия 0,50 0,71 Испания 0,47 0,62 Швеция 0,62 0,51 Великобритания 0,56 0,54 США 0,59 0,44 Среднее 0,58 0,51

Швеция, Канада и Америка — показали очень хорошие результаты по удовлетворенности трудом. (Однако в 2001 году удовлетворенность трудом в Швеции значительно снизилась.)

Два рисунка в равной мере показывают, что посредственная удовлетворенность в Италии объясняется ее высоким традиционализмом, который не может быть нейтрализован ее модернизмом, слегка превышающим средний уровень. Низкая удовлетворенность во Франции объясняется традиционализмом выше среднего и модернизмом ниже среднего. Определенной загадкой является недовольство работников в Германии и Австрии. Очевидно, ценности — это еще не все.

То, что так много стран, если судить по последним доступным оценкам, по модернизму обогнали Америку — страну, которая была его наиболее ярким воплощением в XIX веке и на протяжении почти всего XX века,— может вызвать вполне обоснованное удивление. Случилось ли что-то за это время? Редко бывает, чтобы за десять лет в культуре страны происходили какие-либо перемены, что мы и видим на рис. 8.2, но они не так уж редки, если брать промежуток в несколько десятилетий. Пострадала ли Америка в последние десятилетия от утраты динамизма и что именно скрывается за этой утратой — упадок модернизма или подъем традиционализма — вот вопросы, которые мы будем рассматривать в следующей главе.