Читать онлайн «Путь в Европу». Страница 106

Лилия Шевцова: Есть ли еще какие-то формы российско-словацкого сотрудничества? Как, например, насчет студенческого обмена?

Аугустин Чисар: В конце 1980-х в Москве училось более 3,5 тысячи чешских и словацких студентов. Сейчас, если говорить о словаках, в Москве учится около 70 человек. Между тем московские вузы снова стали у нас очень высоко котироваться. Я имею в виду и МГИМО, и медицинские институты, и многие другие. Все больше молодых людей хотят учиться в России. Значит, и в этом отношении у наших стран могут быть хорошие перспективы для расширения и углубления сотрудничества.

Лилия Шевцова: Спасибо, господин посол. Может быть, Петр Магваши и Владимир Бачишин хотели бы к сказанному что-то добавить?

Владимир Бачишин: Я одновременно и преподаватель, и бизнесмен – вместе со своими друзьями занимаюсь высокими технологиями. И я знаю, что многие мои коллеги готовы приехать в Россию и открыть здесь филиалы своих компаний. Уверен, что это будет происходить. В словацкой бизнес-среде сложилось мнение, что Россия – это очень быстро развивающийся рынок, открывающий перед бизнесом заманчивые перспективы.

Лилия Шевцова: Вас не смущают некоторые теневые стороны развития российского рынка и неурегулированность в России вопроса о собственности?

Владимир Бачишин: Нас это не смущает. Мы мыслим стратегически: есть потенциально огромный рынок, и нужно успеть захватить на нем свою нишу. Так думают в Европе многие. А то, о чем вы говорите, воспринимается как неизбежная болезнь роста, которая со временем излечивается.

Лилия Шевцова: А как выглядит с точки зрения бизнесмена активность российского бизнеса в Словакии?

Владимир Бачишин: К нам чаще всего приходит российский средний бизнес. Но есть и крупные проекты. К нам возвращается «Росатом», который когда-то построил в Словакии два блока атомной электростанции. «Росатом» возвращается, и русские будут строить новые блоки. Может быть, одновременно придут и французы, которые также будут работать в атомной энергетике.

Лилия Шевцова: Следовательно, вы не хотите зависеть только от нашего «Росатома»…

Владимир Бачишин: Мы привлекаем капиталы из разных стран, руководствуясь прежде всего соображениями целесообразности, а не опасениями попасть от кого-то в зависимость. Но если честно, то вся наша экономика зависит от энергетических поставок из России. И – ничего страшного: пока наши предприятия не имеют проблем, все контракты Россией выполняются. Если же нас что и беспокоит, так это незначительность словацкого экспорта в Россию, который в денежном выражении несопоставимо меньше, чем импорт из нее.

Игорь Клямкин: Что вы импортируете из России и что в нее поставляете?

Петр Магваши:

Импортируем в основном нефть и газ. А поставляем, прежде всего, услуги – например, в области строительных работ. Кроме того, российские компании охотно нанимают словацких менеджеров. Кстати, не только словацких: российский бизнес нанимает менеджеров и целые команды и в других странах Восточной Европы.

Вы, видимо, знаете, что Альфа-банком руководит команда чехов, но вряд ли знаете о том, что словаки работают в российском гостиничном бизнесе. Или о том, что словацкие программисты делают для вас программное обеспечение… Но в целом, согласен, словацкий экспорт в Россию пока по своим масштабам выглядит более чем скромно.

Владимир Бачишин:

Особенно при сравнении с социалистическими временами. Тогда на территории Словакии была построена новая промышленность, продукция которой поставлялась прежде всего в Советский Союз. Наши предприятия имели отличные связи с предприятиями советскими. А после развала СССР эти экономические связи оборвались, и наш экспорт в Россию упал катастрофически. Сегодня он составляет 400 миллионов долларов – это примерно 10% того экспорта, который шел в СССР до 1990 года.

Сегодня мы возвращаемся на российский рынок. Но приходится признать, что на вашем рынке работать сложно, он все еще нестабилен. Поэтому Словакия пока предпочитает выходить на него через транснациональные корпорации. Ведь мощность капитала словацких предприятий невелика, и работать на российском рынке в одиночку они опасаются.

Лилия Шевцова: Но вы же сами говорили о том, что ваших бизнесменов это не смущает и что они готовы захватывать здесь перспективные ниши…

Владимир Бачишин: Я имел в виду то, что у нас есть люди, готовые рисковать. Кроме того, есть разные способы прорыва на российский рынок, в том числе и через транснациональные корпорации.

Петр Магваши:

Сейчас ситуация на этом рынке все же заметно лучше, чем была в 1990-е годы. Правила игры стали более стабильными. Но я хочу сказать и об особенностях деятельности российского бизнеса в Словакии. Господин посол уже говорил о том, что российские предприниматели наращивают у нас свою активность. Ожидается, что в ближайшее время они начнут инвестировать деньги в 100 словацких предприятий. Речь идет не только о машиностроительных заводах, но и о туризме, торговле, сфере услуг.

Интересно, однако, то, что российские бизнесмены нередко приходят в Словакию не напрямую, а, скажем, через Швейцарию в качестве швейцарских граждан. Так, владельцем самого крупного в Словакии предприятия, которое производит современные телевизоры, является русский, который имеет гражданство в Швейцарии и владеет крупными предприятиями по производству телевизоров в Великобритании.

Лилия Шевцова: Остается надеяться, что в Словакии будет увеличиваться и число инвесторов с российским гражданством. Но я еще хочу спросить вас о том, каков имидж нынешней России в словацких СМИ и, соответственно, в словацком общественном мнении.

Владимир Бачишин:

Я специально исследовал этот вопрос и пришел к выводу, что почти 90% информации в словацкой прессе и на словацком телевидении о России – это информация о «Газпроме». Так что имидж России в нашем восприятии в значительной степени «нефтегазовый». Что касается остальных материалов о России в наших медиа, то чаще всего они посвящены «агрессивности Кремля». В результате мы имеем весьма упрощенное представление о тех процессах, которые происходят в вашей стране.

Почему? Главным образом потому, что у многих восточноевропейских стран, включая и Словакию, нет средств для того, чтобы содержать в России корреспондентов. И наши журналисты пользуются теми источниками, которые попадают им под руку. Но, несмотря на это, словаки, как правило, относятся к России дружелюбно. Скажем, когда в Братиславе была встреча Буша и Путина, большинство из них, по данным опросов, испытывало больше доверия к России, чем к США.

И это при сохраняющемся дефиците и односторонности информации о вашей стране. Кстати, многие люди у нас составляют представления о ней на основе соприкосновения с российскими туристами.