Читать онлайн «НАРОДНОСТЬ, НАРОД, НАЦИЯ...». Страница 232

Нация есть высокоорганизованное городское общество, в котором общественные отношения определяются классовыми политическими интересами связанных с производством слоёв городских семейных собственников. Идея народа – сословно-кастовая идея, идея, воплощаемая первым кастовым сословием. А идея нации – классовая идея, идея создателей классовых идеологий и политических организаций для объединения связанных с производством городских семейных собственников в политический класс, способный и готовый вести борьбу за власть ради её преобразования в общественно-государственную власть городских семейных собственников. Национальные общественные отношения складываются в ожесточённой политической борьбе с народными общественными отношениями, и такая непримиримая борьба в каждой стране составляет целую историческую эпоху.

Уже в первой буржуазной революции во Франции огромную роль в ходе событий сыграла Парижская Коммуна, которая стала представительной властью тех слоёв горожан, которые были участниками промышленных производственных отношений, но не являлись семейными собственниками и были враждебны интересам семейной собственности, выступая с позиции плебейско-пролетарской народной контрреволюции. Эти слои появлялись вследствие того обстоятельства, что в промышленное производство крупного города вовлекалось множество неквалифицированных наёмных рабочих из деревни, а те оказывались носителями традиций народных общинных производственных отношений. Объединённые в большие производственные коллективы они превращались в серьёзную политическую силу с собственными настроениями, а возбуждаемые к самоотверженным действиям бессознательным родоплеменным умозрением яростно отстаивали представления об общинной собственности, стремились навязать такие представления семейным и частным собственникам, находя существенную поддержку у народного крестьянства.

После термидорианского переворота, казни Робеспьера и его сторонников, то есть после политического поражения первой Парижской Коммуны пролетарско-плебейские слои городских наёмных рабочих и служащих Франции приблизились к пониманию, что нуждаются в своих городских идеологиях и политических организациях, воспитывающих у них самосознание и политическую организованность, необходимые для выстраивания и удержания собственной власти. Иначе они обречены на неудачу в борьбе с возникающими политическими классами семейных собственников. Вовлечённый в события Великой французской революции мыслитель Сен-Симон выразил эту нужду в разработанных им представлениях об идеале социалистического общества, как общества, не отрицающего народного идеала христианской общинной социальной справедливости, а наоборот, наследующего такому идеалу посредством рационального перенесения христианских общинных этики и морали в городские промышленные производственные отношения.

Английская промышленная революция и индустриализация крупных государств Европы и Северной Америки, которая последовала за ней, резко увеличивали численность пролетарских слоёв среди населения этих государств за счёт привлечения крестьян из земледелия на городской рынок труда. В условиях рыночного рационализма и городских производственных отношений сознание данных слоёв наёмных работников раскрестьянивалось, – оно отрывалось от христианского мировоззрения, но оставалось народным, чуждым национальному не монотеистическому идеалу общественных отношений семейных собственников, а потому готово было воспринимать соответствующую рационализму промышленных производственных отношений реформацию христианского мировоззрения. На основе попыток осуществить социалистическую реформацию христианского народного мировоззрения и стали зарождаться первые классовые идеологии наёмных рабочих и служащих индустриального производства. Эти попытки предпринимались в первую очередь представителями мелкой буржуазии, мелких семейных собственников, которые старались подчинить быстро растущие в численности городские слои своим политическим интересам. Однако мелкобуржуазные видения целей и задач для политических организаций пролетариата плохо воспринимались пролетарским общинным умозрением.

Маркс и Энгельс первыми выразили и теоретически обосновали представления о самостоятельном политическом значении пролетариата, о неизбежности достижения им политического господства не только вопреки классовым интересам семейных собственников, но даже через полное подавление интересов семейных собственников. Они предложили такой идеал индустриального социалистического общества, в котором коммунистическая общественная собственность полностью вытесняла семейную и выделяющуюся из неё частную собственность. Тем самым они в этом идеале отрицали национальное общество, национальные классы и классовые имущественные интересы. Разрабатывая представления о необходимости классовой организованности пролетариата, они по существу вопроса отрицали и сам класс пролетариата, подразумеваемый, как временный, создающийся на время классовой борьбы. Не сознавая того, они в своём учении побуждали к восстановлению в индустриальном городе сословно-кастового устройства общественных отношений через революционную реформацию христианских феодальных сословно-кастовых отношений. Именно такой, реформаторский коммунистический идеал народного общества оказывался понятным и привлекательным для народного пролетариата, как первого поколения народного крестьянства в индустриальном городе. Такой идеал сохранял традиционное для идеалистического строя понимание имперского пространства народов и, рассматриваемый как общечеловеческий, побуждал к мировой политической борьбе пролетариата за мировое господство, за создание общечеловеческой коммунистической империи с народными пролетарскими обществами.

Философское обоснование коммунистического идеала достигалось Марксом и Энгельсом в разработке материалистической диалектики. Однако созданное лютеранством и пережившим контрреформацию католицизмом народное сознание немцев Германии ни в одном слое не воспринимало материалистической диалектики, которая осталась для них кабинетной философией. К тому же эта философия, как и политэкономическая теория Маркса о движении человечества к индустриальному коммунистическому обществу, стали целостным учением тогда, когда в Германии среди наёмных рабочих уже быстро росла численность тех, кто родился в среде пролетариата. Но второе, городское поколение наёмных рабочих не помнило, не знало крестьянского бытия, крестьянских общинных отношений. Оно воспитывалось в условиях города и под воздействием буржуазной культуры проникалось расчётливым рационализмом семейных собственников, то есть мелкобуржуазным мировосприятием, а наиболее деятельные его представители сами становились семейными собственниками или мечтали стать таковыми. Городское образование и воспитание позволяло им получать высокую профессиональную квалификацию и высокооплачиваемую работу там, где применялись интенсивные способы труда, и таким путём они становились чуждой малоквалифицированному пролетариату рабочей аристократией. Для этого поколения разделение населения на национальные имущественные и политические классы становилось понятным и естественным, обеспечивающим развитие интенсивного производства, которое давало им материальные и моральные выгоды.