Читать онлайн «НАРОДНОСТЬ, НАРОД, НАЦИЯ...». Страница 120

Городской социалистический идеал в работах Сен-Симона и Фурье предлагался в качестве основания для разработки идеологии, сменяющей земледельческий католицизм, был дальнейшим шагом в развитии взглядов на будущее устройство нового общества, которое отказывается от средневекового монотеизма. Будущее общество виделось обоими мыслителями социалистами уже не отвлечённым, одинаково возникающим в любой низвергающей феодализм стране, а наследующим христианскому прошлому, – отрицая его, развивающим христианскую мораль и нравственность, христианские воззрения на социальную справедливость. Своё последнее сочинение, изданное в 1825 году, Сен-Симон назвал “Новое христианство”, прямо связав возможность достижения социальной справедливости в будущем обществе, основой которого будет научно и планово организованная крупная промышленность, только на христианских представлениях об отношениях между людьми. Иначе говоря, если протестантизм Лютера, Кальвина и других богословов начала 16 века был первой Реформацией католического христианства, которая происходила, чтобы приспособить христианскую общинную этику и мораль, традиции христианского умозрения католических народностей для развития самых перспективных на то время, мануфактурных производственных отношений. То социалистический идеализм Сен-Симона и Фурье обосновал вторую Реформацию католического христианства, которая должна была приспособить христианскую этику и мораль народного умозрения для развития самых перспективных для начала 19 века промышленных производственных отношений, а именно тех, что зарождались после промышленного переворота, промышленной революции в Англии.

Однако даже в разных христианских церквах и странах представления об идеальных отношениях между людьми имеют существенные различия, обусловленные разным историческим опытом налаживания религиозных и народных государственных отношений. Социалистический идеал, заявленный после краха империи Наполеона I, во время Реставрации королевской власти Бурбонов, был привязан к историческому развитию католической европейской цивилизации вообще, а французского государствообразующего этноса в частности, был продуктом этого исторического развития. Для других стран этот идеал уже в самом себе содержал зародыш французского идеологического мессианизма и политического европоцентризма.

Превращение социалистического идеала Сен-Симона и Фурье в политическую идеологию продолжалось несколько десятилетий и только в тех связанных с интересами развития промышленного производства социальных слоях французских горожан, в которых пробуждались традиции родоплеменных отношений, первобытнообщинных представлений о справедливости в условиях рыночной борьбы за существование. Такими слоями были слои мелкой ремесленной буржуазии и пролетарского плебса, который в условиях рыночного капитализма существенно возрастал в численности вследствие быстрого обезземеливания крестьянства, вытесняемого на городской рынок труда. Дешёвый наёмный труд пролетарского плебса позволил осуществить поворот Франции к капиталистической индустриализации, которая происходила в особых условиях острых социально-политических и экономических противоречий эпохи Реставрации королевской власти. А непрерывная индустриализация одновременно с увеличением численности пролетариата рождала его самосознание и потребность во взаимодействии для отстаивания собственных интересов, вдохновляя историческим примером Парижской Коммуны.

Поражение наполеоновской империи в войнах с Россией в 1812-1814 годах и захват Франции союзом враждебных ей держав Европы привели к тому, что у власти вновь оказались бывшие дворяне, аристократы и король. Они и начали проводить политику Реставрации  навязывать пережившей буржуазную революцию стране старые феодальные порядки, частично возвращать феодалам земельную собственность с выплатами компенсаций за потерянную собственность, а также восстанавливать для себя некоторые привилегии. Католическая церковь вновь превращалась в оплот идеологической борьбы за народное, земледельческое и антибуржуазное мировоззрение. Для воплощения своих реакционных целей церковь требовала от королевской власти проведения неконституционной политики идеологического террора против идей эпохи французского Просвещения и Великой революции, в том числе против сторонников идеала национального общества. Однако, соглашаясь с этими требованиями, король и аристократия были не в силах их осуществить. Вся раскрепощённая революцией и эпохой наполеоновской империи энергия городских предпринимателей и мелкобуржуазных слоёв населения, насильно отстранённых от политики, направилась на внутреннее развитие, и ставить им в этом преграды, когда они тревожились за сохранность своей собственности и конституционных прав от посягательств аристократии, было равносильно подготовке новой буржуазно-демократической революции. Их бурная деятельность вела к тому, что вне зависимости от намерений церкви, дворянства и аристократии, Франция, так или иначе, двигалось по пути Национальной Реформации, по пути постепенного укрепления влияния политических сил, которые полагали, что их материальные интересы получат полное развитие только в национальном обществе.

Главные интересы городских предпринимателей коренным изменились в сравнении с теми, какими они были во время правления Наполеона I. Тогда городские предприниматели поддерживали военно-политические завоевания внешних рынков, в которых императором вводились запреты на ввоз английских товаров. Наиболее яркое выражение такая политика защиты французских товаропроизводителей проявилась в Континентальном блоке европейских стран, провозглашённом Бонапартом в захваченном им Берлине в 1806 году. Поражение империи и роспуск Континентального блока лишили французских предпринимателей возможностей беспрепятственно сбывать товары в других европейских странах, что вызвало существенный спад производства во Франции. Восстановление французского городского производства при Реставрации впервые происходило в условиях отсутствия регламентирующей поддержки со стороны государственной власти. Новые интересы промышленных предпринимателей были обусловлены борьбой за выживание промышленного производства как такового. Они нацеливали на достижение высшей, по мировым меркам, культуры предпринимательской активности и к выведению буржуазных производительных сил до такого мирового уровня, который обеспечил бы приносящий капиталистическую прибыль сбыт французской товарной продукции в условиях открытой рыночной конкуренции с английскими промышленными товарами. Вызванная этим внутриполитическая консолидация политических сил, связанных с промышленным производством и выражающих представления о национальном самосознании, позволили переходить к новому качеству производственных отношений, как отношений сугубо рыночных. Тому же способствовало и накопление опыта внутриполитической борьбы за влияние на внутренние и внешние цели государственной политики между представителями коммерческих и промышленных интересов, борьбы, которая велась ради получения наибольшей прибыли и за рост частных и корпоративных капиталов.