Читать онлайн «Космические волки: Омнибус». Страница 688

Ульрик бросился на ульевика с огнемётом. Тот оказался крепким и могучим, с мышцами, раздутыми от хим-стимуляторов. Лицо человека опутывала паутина татуировок — извивающийся узор мечей и змей, охвативший аквилу. Глаза здоровяка сверкали дурным блеском, и он напоминал загнанную в угол ледовую крысу, которая перепугана до смерти, но дерется, поскольку не имеет иного выбора. Лорд Убийца заметил, что противник пытается выпустить новый поток пламени, но его оружие сбоит.

— Сдайся правосудию Всеотца! — призвал верховный жрец, выбив ударом крозиуса огнемёт из рук бандита. — Покайся, и тебя могут пощадить.

Ульевик, застыв от ужаса, смотрел снизу вверх на Шлем Русса.

— Я буду достойным, — почти прохныкал он, вздымая руку к собственной шее. Ульрик едва успел отскочить до того, как здоровяк подорвал гранату, висевшую у него на фермуаре. Ударная волна двинула волчьего жреца в плечо, и он растянулся поперек улицы.

Лорд Убийца начал вставать, но тут его ударили в спину. Над космодесантником возвышался громадный бандит, почти не уступавший ему в размерах: погань мутаций изменила тело человека, наделив его идиотским выражением лица и внушительной мускулатурой. В руках урод держал пластальную балку, которую вновь обрушил на волчьего жреца, когда тот попытался подняться. Ударившись шлемом о мостовую, Ульрик заметил нескольких мятежников, бегущих в его сторону — враги собирались воспользоваться бедственным положением воина.

— Только сильный достоин, — промямлил тупоголовый мутант, ещё раз опуская балку на фенрисийца.

— Ты не силен! — рявкнул в ответ Убийца. Тут же старый Волк подсечкой сбил противника с ног, пинком сабатона разбил ему лицо и ударом крозиуса раскрошил кости в левой руке. Отвернувшись от стонущей груды плоти, Ульрик повернулся к атакующей группе повстанцев, но обнаружил, что их уже перехватили: могучий Вангандюр, вырвавшись из закоулка, с разбегу врезался в людей. Огромный волк сомкнул челюсти на ноге ульевика и, мотнув головой, отшвырнул его в сторону, после чего крутнулся вбок и прижал второго неприятеля к мостовой своим массивным телом. Берегельт, ненамного отставший от зверя, открыл огонь и вышиб боевой дух из тех, кто не удрал при виде хищника.

Теперь устроители засады сами оказались в ловушке. Всё новые Убийцы Змиев приближались к перекрёстку, и никому из толпы не удалось сбежать.

Но когда пришло время допрашивать пленников, верховный жрец выяснил, что почти ничего нового они рассказать не могут. Как и подозревали фенрисийцы, Сатар Погубленный изводил ульевиков, загоняя их в созданный им самим культ. Заводские сервы и бандиты с нижних уровней Эйриакса, привлечённые на службу изменнику, становились его глазами и ушами в городе. Взамен же Альфа-Легионер обещал им защиту и власть.

Заинтересовался Ульрик лишь способом, которым гражданские передавали вести своему господину. Сообщались они, используя в качестве курьеров сборщиков Экклезиархии — мирян, что бродили по жилблокам в поисках людей, готовых подать на нужды храмов и часовен.

Космические Волки внимательнее осмотрели тело снайпера, которого Кром сбил с «потолка» уровня. Склонившись над трупом, Лопт обнюхал сутану монашеского покроя, и его лицо исказилось в отвращении: одежду ульевика окутывал резкий смрад. Воняла она жирной смесью прометия и ладана, настолько сильно, что запах самого человека почти не ощущался.

Верховный жрец кивнул, выслушав доклад волчьего скаута. На Эйриаксе эта любопытная комбинация ароматов встречалась лишь в одном месте, и осознав, что предателю хватило наглости спрятаться в самой тени Всеотца, лорд Убийца тихо, гортанно зарычал.

Крематорий, выстроенный в тяжеловесном стиле, представлял собой невообразимое сочетание храма и завода. Именно здесь город окончательно избавлялся от своих жителей, и сюда же приходили скорбящие, чтобы отдать последний долг усопшим. Внешние стены здания украшали бронзовые панно тридцатиметровой ширины, покрытые символами Экклезиархии и писаниями Имперского Кредо. Над каждой из дверей располагались ниши, занятые статуями святых и мучеников; их гранитные лица медленно рассыпались под слоями сажи и копоти, выбрасываемой фабриками. Огромные дымоходы на крыше изрыгали в небо маслянистый серый смог — коктейль из прометиевого выхлопа с ладаном, в котором чётко ощущались нотки смрада горелой плоти. Самосвалы, непрерывным потоком подъезжавшие к комплексу, выгружали штабеля металлических гробов на разгрузочных площадках во дворе.

Хотя Ульрик и не видел Убийц Змиев, он знал, что воины уже занимают позиции. Волчий жрец ощущал их вокруг себя, чуял аромат их рвения, слышал их нетерпеливое дыхание. Драконий Взор распределил космодесантников так, чтобы они перекрыли все пути подхода к цели — возле каждого сервисного люка находился отряд Космических Волков, ждавших приказа ворваться внутрь.

— Там будет вонять, — напомнил Кром верховному жрецу. При этом Волчий лорд держал серый шлем в руке и оценивающе рассматривал его. — Смрад полностью задавит чутье волков, так что мы не сможем взять их с собой. Я приказал Убийцам Змиев с самыми острыми носами остаться здесь, со зверями, в качестве резерва. Тут, стоя на страже, они будут полезнее, чем внутри. Если наша добыча проскользнет наружу, воины немедленно возьмут её след.

— Ты очень высоко ставишь этого изменника, — заметил Ульрик.

Свирепый Глаз усмехнулся.

— Ему долго удавалось скрываться от Тёмных Ангелов, а значит, он лучше их. Правда, это не говорит о том, что Сатар так же хорош, как Космический Волк.

Повинуясь команде Драконьего Взора, Убийцы Змиев пошли на штурм. Двери и крышки люков снаружи здания смялись под ударами сабатонов и жужжащих цепных мечей. Завывая боевые кличи, великаны-космодесантники хлынули в крематорий.

Волчьи гвардейцы Крома разнесли изукрашенные двойные двери главного входа. Лорд Убийца ворвался в просторный приёмный зал, где замерли служители в рясах, шокированные неожиданным вторжением. Крича от изумления, люди с лицами, застывшими в гримасах восхищения и ужаса, пали ниц перед волчьим жрецом в чёрной броне. Дрожа, они бормотали слова, в которых Ульрик разбирал мольбы к Богу-Императору о защите и всепрощении. Мимоходом фенрисиец задумался, искренни ли их клятвы или же эти люди тоже являются приспешниками врага. Следовавшие за Убийцей космодесантники пробегали мимо съёжившихся сервов, почти не обращая на них внимания: судя по звукам, в других помещениях творилась какая-то кутерьма.

Кровь Ульрика взыграла от первобытного рвения и предвкушения битвы. Подобное волнение он испытывал ещё будучи «кровавым когтём», но с тех пор ощущения притупились, заглушенные опытом и самоконтролем, которому верховный жрец научился за многие века на службе ордену. Теперь воин не подчинялся инстинктам и резким порывам. Они стали для него инструментами, орудиями, которые Убийца настраивал и использовал для выполнения той или иной задачи.

Сатар Погубленный. Волчий жрец обнажил клыки, размышляя о своей добыче. Он ещё не забыл Свена Вульфбада, сменившего шкуру отступника, что предал фенрисийских братьев и увел большую часть Великой роты по пути Хаоса. Легко было представить, как яростно Тёмные Ангелы ненавидели изменников, но всей их ненависти оказалось недостаточно для поимки врага — точно так же, как и Космическим Волкам пока не удавалось настичь Вульфбада. Именно поэтому Ульрик посоветовал Крому немедленно начать штурм крематория: воины Скалы могли бы проявить большую осмотрительность и не атаковать, пока полностью не уверятся в успехе, и это дало бы предателю время для подготовки. Внезапный же натиск, возможно, застанет Альфа-Легионера врасплох.

Убийцы Змиев тем временем прорывались в часовни и святилища, окружавшие приёмный зал. Все помещения были заполнены толпами скорбящих, что пришли отдать долг ушедшим друзьям и членам семьи. Старинные скамьи громко скрипели под весом печальных прихожан, и ещё больше сервов-ульевиков молились, стоя в проходах и вдоль стен. На восковых печатях, прилепленных ко лбу каждого из них, имелись порядковые номера домовин с телами их близких. Из свитков, приколотых к рукавам эйриаксцев, можно было узнать о размере их пожертвований в сундуки Экклезиархии, сделанных ради отдельных поминальных речей для усопших. В передней части каждой часовни находился каменный алтарь, из-за которого пастырь-мирянин читал литанию памяти о мёртвых. Порой эти проповедники делали паузы в монотонном напеве, чтобы особенно хорошо отозваться о духе человека, чьи безутешные родственники проявили наибольшую щедрость в своих подношениях.

Когда фенрисийцы ворвались в эти покои, прервав траурные обряды, скорбящих и пастырей равно охватили тревога и смятение. Хватило одной команды рычащим тоном, чтобы ульевики бросились наружу, в приёмный зал и далее на улицы города. Наблюдая за этим поспешным исходом, Ульрик заметил людей в плащах, появившихся из тенистых альковов. Эти скрытные создания, зловещие и загадочные с виду, ничем не пытались помешать Убийцам Змиев. Верховный жрец предположил, что перед ним стражи, которые наблюдали за погребальными церемониями и докладывали своему господину-изменнику о любых подозрительных вещах. Скорее всего, они уже сообщили Погубленному о появлении Волков. Теперь дозорные могли наилучшим образом послужить хозяину, возбудив подозрительность космодесантников и тем самым задержав их здесь. Потребовались бы немалые усилия, чтобы выдернуть этих часовых из толчеи напуганных гражданских.