Читать онлайн «Битва за галактику». Страница 43

Так зародилась идея паспортизации каждого корабля НАТО. Попов не только изобрёл радио, но и придумал посылать прерывистый сигнал по азбуке Морзе. С появлением радистов родилась и радиоразведка, ибо каждый оператор имеет свой почерк. Никто не считает точки и тире. Каждая группа имеет собственное звучание и воспринимается как обычная речь. Например, старший радист линкора «Тирпиц» к каждой группе добавлял лишнюю точку, но она не нарушала мелодию текста. Именно эта индивидуальная особенность почерка и послужила причиной гибели корабля. Советская радиоразведка засекла работу этого радиста, пеленгаторы определили местонахождение линкора, и началась охота. В море вышли подводные лодки, союзники, получив из Москвы важные разведданные, вывели из баз свои лучшие корабли. Торпеда с подводной лодки К-21, казалось бы, нанесла незначительные повреждения, всего лишь сорвало кингстон забортной воды. Но если принять во внимание метровый диаметр трубы и разрушенный запорный клапан, становится понятной причина постановки линкора в ремонт.

Дальнейшее развитие радиотехники, радиоэлектроники и радиолокации шло параллельно с появлением новых систем радиоразведки, а в дальнейшем — и средств подавления радиосигналов. На первый взгляд, какая может быть разница между двумя кораблями-близнецами с абсолютно идентичным радиооборудованием? Построены на одной верфи, аппаратура с одного завода, но различие не только в магнитных полях, совершенно разные показатели собственного фона радиоизлучения. Даже два радиолокатора с близкими серийными номерами имеют индивидуальный характер посылаемых импульсов. У одного заикается магнетрон, у другого посыл на несколько миллисекунд короче, разная форма боковых лепестков и многое другое. Со временем самолёты АВАКС могли различать корабли за тысячу километров до визуального сближения. Кстати, первым дальнобойным оружием на Ту-95 были крылатые ракеты, простые и надежные на базе самолёта МиГ-15. Они наводились по лучу или встроенной системой самонаведения, дешёвые, со стопроцентной гарантией попадания по морским целям.

Двухмесячный отпуск пролетел для капитан-лейтенанта Владимира Викторовича Темлякова одним днем. Он просто отдыхал, иногда предаваясь ничегонеделанию, под настроение занимался домашними делами, в выходные встречался с теми из школьных друзей, кто никуда не уехал. Таких осталось совсем немного, большинство рассеялось по галактике: кто на космические предприятия, кто соблазнился перспективами обучения в загадочных университетах древних. Несколько человек отправились осваивать новые планеты — одним словом, и до этого немноголюдный город сейчас выглядел почти пустым. Родители потихоньку подталкивали к идее жениться и порадовать «стариков» внуками, на что Владимир отшучивался. Во время кратких отстоев в системе Денеб экипаж имел возможность отдохнуть или в жилом модуле верфи, или на самой планете. Практически все нашли себе подруг, не отстал от друзей и Владимир, только вот о свадьбе говорить еще рано. После космоса и потрясающих воображение орбитальных станций жизнь на Земле казалась патриархальной, даже музейной. Нельзя сказать, что люди закутались в свой мирок, наоборот, события в других мирах активно обсуждались. Многие жители родного райцентра успели побывать на других планетах, любители экстремальных развлечений даже высаживались на астероиды. Но при всех новых веяниях жизненный уклад оставался прежним. Бразилия по-прежнему самозабвенно отплясывала на карнавалах, Китай устраивал шоу с драконами, испанцы с немцами с воинствующим азартом играли в футбол.

Два месяца отдыха, и ни одной мысли о предстоящем назначении. Начальству виднее. Наступит время, и всё ему скажут, точнее — зачитают приказ. Ещё один орден на груди стал для Владимира головной болью, родители и родственники интересовались с затаённой мыслью, не связана ли награда с лишениями и риском для жизни. Друзья и знакомые, наоборот, желали услышать про отчаянные сражения и рискованные боевые операции. Увы, орден высок, да получен за секретные операции, про которые он не вправе говорить, даже нельзя намекнуть, что это тайна. Пришлось придумать историю о том, как его корабль преследовал опасного шпиона и удачно взял его на абордаж. Поверили или нет, но больше к теме наград не возвращались. Сам новоиспечённый капитан-лейтенант оценивал свои заслуги гораздо ниже и не понимал причины столь серьёзной начальственной благодарности. Да, они нашли главную базу флота хананеев и сумели снять характеристики полей и излучений всех находящихся там кораблей. Но в понимании Владимира он и его экипаж не сделали ничего экстраординарного, всего лишь рутина повседневной службы.

Пионерами в применении кораблей-шпионов являются японцы, именно они первыми придумали использовать для разведки обычные рыболовные суда. Созданная англичанами военная империя «Восходящего солнца» в первую очередь не доверяла своим патронам. Внедрение нелегалов исключалось по определению: японец, он и в Англии японец, и в Гонконге китайцы сразу укажут пальцем на чужака. Зато воняющая тухлой рыбой шхуна ни у кого не вызовет интереса, вот и привозили японские рыбаки свой улов к причалам военных баз. В полученной доле трофейного флота Третьего рейха кроме китобойных флотилий оказалось множество рыболовецких шхун океанического лова, а первые выходы на промысел порадовали богатыми уловами селедки и трески. В СССР практически голод, крестьяне Украины бежали куда глаза глядят. Беспредел бандитов и нашпигованные немецкими минами поля заставляли покинуть родной дом самых упёртых почитателей предков. Правительство сделало ставку на развитие океанического лова, а вместе с ним появились и замаскированные под рыбаков суда-шпионы. Правда, их безнаказанные действия продолжались недолго, обвешанные различными антеннами чистенькие сейнеры и траулеры быстро привлекли к себе особое внимание. Сначала им запретили заходить в порты, затем американцы расширили территориальные воды с трех до двенадцати миль. Естественным ответным шагом было строительство БКРов — больших кораблей разведки, от которых американцы шарахались как чёрт от ладана.

Таким же шпионским кораблем являлся замаскированный под буксир «Властелин», а сам особый флот ГРУ насчитывал за сотню подобных неприметных суденышек. Задача найти места базирования флотов Свободной и Единой галактик являлась общей для всех, с одной лишь разницей. Для старшего лейтенанта Владимира Викторовича Темлякова и некоторых других командиров это было единственной целью, и их никогда не отвлекали на выполнение других мероприятий. Успех, в общем-то, пришел случайно, в один из дней бесполезного исследования очередной системы планет вахтенный офицер вызвал Владимира в рубку.

— Командир! Слева сто двадцать, склонение плюс тридцать, крейсер марутов идет от линии противостояния с хананеями.

— Может, вызовем и спросим координаты их базы? — пошутил оператор БЧ-4.

— Так, господа, мы поступим проще. Пристроимся за ним, посмотрим, где они устроят себе отдых.

— А что, командир, хорошая мысль, заодно узнаем, что пьёт местная элита космофлота.

— Это я и так могу сказать — у них в моде аррак.

— Аррак или раки?

— Тебе бы дегустатором работать, раки — водка из сброженного изюма с анисовыми семенами.

— Никогда бы не поверил, гадость еще та.

— Гадость не гадость, а люди пьют.

— Что же тогда аррак?

— Водка из сока сахарной пальмы с добавлением специй балли-бал.

— Ладно, командир, уговорил, лучше пшеничной ничего нет. Так, мы поворачиваем за крейсером или как?

— Господин вахтенный офицер! Повторить последний приказ командира!

— Пристроиться за крейсером и следовать до конечной точки маршрута!

— То-то же, а то развели демагогию на спиртоводочную тему.

— Есть, командир, разговор на алкогольные темы отложим до прибытия на базу.

— Сейчас аккуратненько подворачиваем на параллельный курс и держим скорость на десять процентов ниже.

— Быстро уйдет вперед, потеряем из вида.

— Уйдет — и хорошо, на пределе контакта добавим и пойдем следом.

— Стрёмно. А вдруг потеряем?

— Не понял! Как это вы собираетесь его потерять? Да с его размерами пространственные завихрения останутся ещё на неделю!

— Да нет, я понимаю, просто хочется повисеть у него на хвосте, позлить гада.

— Хочешь напроситься на досмотр? Буксир мчится наперегонки с крейсером? У тебя головка не бо-бо?

— Всё нормально, командир, просто скучно, мотаемся между марутами и хананееми, а проку никакого.

— Теперь попрошу с максимальным толком проследить, куда мчится этот крейсер.

— Как скажете, командир, пробежим, как Тузик на верёвочке.

— Стас! — позвал Владимир командира БЧ-4. — Зайди в рубку.